Читаем Аддикт полностью

– Теперь я буду направлять тебя, – девушка осторожно пригладила его темные взъерошенные волосы, коснулась лица и вздрогнула. Серебров смотрел на нее пустым, покорным взглядом…

– Не смотри на меня так, – прошептала Лиля. Ей не нравилось это ощущение. Она вцепилась в перевязанное плечо, но Серебров даже не дернулся.

– Я могу сделать с тобой, что захочу, – голос дрожал, и стоило Лиле подумать, как охотник поднял пистолет, приставил к своему виску – на губах появилась счастливая улыбка. Будто он спрашивал: «Вот так, да? Я все верно сделал?»

На секунду перед глазами девушки промелькнула картинка, как Серебров спускает курок…

– Нет! – истерично вскрикнула она. Испугавшись собственных мыслей, Лиля вцепилась в его руку и отвела пистолет как можно дальше. Ей было страшно, как никогда в жизни. Всхлипывая, она попросила:

– Поцелуй меня…

Борис покорно подался вперед и коснулся губами ее губ. В его движениях не было чувств. Он просто делал то, что она велела.

Лиля ощутила это, прижалась к нему всем телом, она целовала его в ответ со всей страстью. Ее кожа раскраснелась. Стало нестерпимо жарко, нет, горячо! Настоящее пекло. Пот пропал, кожа стала сухой, губы потрескались, мысли путались, как в бреду. Она не ощущала пространства вокруг – не могла понять, то ли они в крошечной душной комнате, то ли на дне черной бездонной пропасти.

– Скажи, что любишь меня.

– Я люблю тебя, – безэмоционально, словно робот, повторил он.

– Не говори так, – Лиля тряхнула его. Ее затрясло от гнева, и она уже требовала: – Скажи, что любишь меня!

– Я люблю… – так же монотонно начал повторять Серебров, и Лиля зажала его рот рукой.

За их спиной раздалось громыхание, и дверь открылась – в комнату вбежал Валер и с ужасом уставился на охотников. Лиля прижалась к Сереброву, словно искала защиты. Охотник приобнял ее здоровой рукой, все еще сжимая оружие, которое Лиля так и не приказала бросить. Борис не сводил холодного взгляда с коллеги – словно видел в нем опасность.

Валер стоял далеко, но она ощущала его присутствие. Как-то иначе. Понимала, что не сможет добраться до него нитями, да и… зачем он ей?

– Лиля, – начал было Валер, но Борис тут же направил на него пистолет, а девушка уткнулась в грудь охотника.

– Я не отдам тебя, не отдам…

– Дмитрий Царев успел обратиться в мори за считаные секунды, – внезапно заговорил Валер. Спокойно, ровно, будто рассказывал о прогнозе погоды. Мужчина завел руку за спину.

– Он вцепился в плечо Бориса, один из когтей прошил насквозь левый бок. Знаешь, все равно если бы тебе пропороли тело шампуром – Лиля знала, что охотник пристально на нее смотрит, и не могла не слушать его тихий вкрадчивый голос. Прикусив губу, она безотчетно погладила рану Бориса на боку, перестала с силой сжимать плечо.

– Ты подавила его волю, но это не значит, что он не чувствует боли.

– Тебе больно? – тихо спросила Лиля, заглядывая в пустые глаза Бори, и заметила, как он едва заметно вздрагивает. Лиля опустила его руку и принялась целовать мозолистые костяшки на кулаке. Сколько раз он их сбивал? Кожа навсегда осталась красноватой.

– Сереброву нужен врач, – Валер словно читал ее мысли, взывая к разуму. Немного помолчав, охотник добавил: – И тебе тоже.

– Со мной все кончено, – хрипло проговорила девушка. – Я больше не хочу…

– Но ты же понимаешь, что тогда произойдет? – уточнил охотник. Лиля кивнула.

– И что ты причинишь вред Боре? Посмотри, что сделал с ним Дмитрий всего за несколько секунд. И он стоял дальше, чем ты. Обращаясь, ты можешь убить его.

Лиля с ужасом оглянулась на Валера – не веря его словам.

Но… он прав.

Девушка растерянно посмотрела на Бориса. Казалось, как только он отойдет от нее, Лиля испарится, навсегда исчезнет.

Валер понял ее замешательство.

– Если хочешь, можешь взять меня.

– Нет!

– Я смогу вывести тебя, смогу помочь Борису. И тебя никто не тронет, – продолжал мужчина. – Но ты не сможешь удерживать и меня, и Сереброва.

Лиля потупилась. Она понимала, о чем говорил охотник.

Она сжала зубы, зажмурилась… и в следующую секунду Борис поднялся, опершись о плечо напарницы, и медленно пошел к выходу. Пистолет с глухим стуком выпал из его руки.

Лиля осталась позади, не двигаясь, не поднимая головы.

Она отпускала его… отпускала… он не вернется…

Борис шел вперед, к выходу, а Лиля медленно отступала назад к неприметной двери, ведущей в бойлерную.

Чем дальше отходил охотник, тем сильнее натягивались нити, тем больнее становилось Лиле. Мысли путались сильнее. В голове уже звучали голоса, то тихие, то нестерпимо громкие. Девушка морщилась, пыталась заткнуть уши, но звуки становились только громче.

Лиля опустила взгляд на руки – рубцы на предплечьях нестерпимо жгло. Девушка задрала рукава – старые раны вскрылись, но вместо крови сочилась черная вязкая жидкость.

Нити натянулись, начали лопаться – Серебров едва заметно вздрагивал, а Лиля громко всхлипывала. С каждой утраченной нитью все глубже становились раны, все сильнее заливались черным руки, громче звучали голоса.