Читаем Адаптированный Гораций полностью

Мессала. Ты летишь по блеющим волнамГде ночь могильная насквозь озаренаЗияньем колтуна косматой Береники,Девичий хоровод в беспоясных туникахТебя уводит в круг, все босы и легкиКак души в юности, и груди их крепкиЛетейской чернотой. В болотистом АидеЯ жертвы принесу карающей КипридеЧтоб дни твои вела, как некогда блеснойТой равнобедренной и пылкою весной,Красавицы сустав сведя крестообразно,Во власти пламени, влекущего к соблазнам,Златые времена! Скрипящая кроватьТомимой Делии, где некогда страдать,Прогулки с Цербером, приемы Персефоны,На небе чудные рублевские плафоны,На стогнах городских архангелов постыИ через Стикс ночной понтовые мосты —Я помню вас, друзья! Забудешь ли такое?Пусть жилы боевой биение тугоеСтремнины бдителя, которого играл —Суровый славянин, я стопы не считал —Разбудит Миноса дворцовые угодья,Что возле Гатчины, в летейски половодьяТам Делия жила и мучила свирельПытаясь превозмочь доставшую капель.Там мох благоухал и ели трепетали,Я за базаром не следил и мне внимали,Винище жрали мы и каждая бутыльВесенних чувств моих не миновала брыл.Невидимые за стигическим порогомМы шли за Делией к Эребовым отрогам,Ты чушь несла, жена, крутя веретено,Пряла и как могла бодяжила вино;Где Приапеи край и острова святыеГлядишь, сокочут ли развратницы младые,Там улиц майских лен летел заподлицоИ Коцита дуга смотрела мне в лицо;Мне виден зоркий мир и я готов стараться,Уж Маша в шлепанцах летит! власы струятсяПо воздуху, в дверях задумчивый супругВкушает отходной оторванный досугИ зацветает лавр и киннамона лозы,У Флегетона мирт, на Ахеронте розы…Теперь все кончено. Я сам уже причтенК незримым сущностям, косарь, Наполеон,Я по понятию живу, я существуюОнтологически, ансельмово паную,Несуществую я, и с этого вполнеБогов отсутствие доступно стало мне,Как Эпикура тень, живу и привечаюЖизнь незаметну — я и сам не замечаю,Харон мой друг, его шумит таксомотор,Трамвай в Элизиум уносится, востер,А я не борозжу небесны пропилеиПоскольку Делия внимает Лорелее.Что было горевать? К чему трагедий чин?Пропащие миры? Сомнительный зачинРасколотых сердец, несчастных мифологий,Которыми, увы, не скрасишь эпилога?Остался я один, среди других светилМерцает заодно бабахнувший тротил;Зевс Всевластитель! что мы сделали из жизни…Несутся в воздухе крылаты организмыКак жмуриков привет; что было горевать?На кой? Я так хочу всю жизнь переигратьВписав под тяжкими пустыми небесамиТебя и Делию, фонтан вазисубаниНеиссякающий, раскола избежать,Потягивать мерло и жребии бросать.Они нас предали, кудлаты серафимы,Мир поломался и несчастья неделимы.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Расправить крылья
Расправить крылья

Я – принцесса огромного королевства, и у меня немало обязанностей. Зато как у метаморфа – куча возможностей! Мои планы на жизнь весьма далеки от того, чего хочет король, но я всегда могу рассчитывать на помощь любимой старшей сестры. Академия магических секретов давно ждет меня! Даже если отец против, и придется штурмовать приемную комиссию под чужой личиной. Главное – не раскрыть свой секрет и не вляпаться в очередные неприятности. Но ведь не все из этого выполнимо, правда? Особенно когда вернулся тот, кого я и не ожидала увидеть, а мне напророчили спасти страну ценой собственной свободы.

Елена Левашова , Людмила Ивановна Кайсарова , Марина Ружанская , Юлия Эллисон , Анжелика Романова

Короткие любовные романы / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Романы
Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Полтава
Полтава

Это был бой, от которого зависело будущее нашего государства. Две славные армии сошлись в смертельной схватке, и гордо взвился над залитым кровью полем российский штандарт, знаменуя победу русского оружия. Это была ПОЛТАВА.Роман Станислава Венгловского посвящён событиям русско-шведской войны, увенчанной победой русского оружия мод Полтавой, где была разбита мощная армия прославленного шведского полководца — короля Карла XII. Яркая и выпуклая обрисовка характеров главных (Петра I, Мазепы, Карла XII) и второстепенных героев, малоизвестные исторические сведения и тщательно разработанная повествовательная интрига делают ромам не только содержательным, но и крайне увлекательным чтением.

Георгий Петрович Шторм , Станислав Антонович Венгловский , Александр Сергеевич Пушкин , Г. А. В. Траугот

Проза для детей / Поэзия / Классическая русская поэзия / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия