Читаем Ад - это космос полностью

– Не знаю. Я… Я просто не знаю. Но думаю, надо испытать Вескотта. Я никогда не слышал об имитации, которую нельзя разоблачить.

* * *

Розовощекому парню с прямым носом и голубыми глазами было года 23. Он постучал, прежде чем войти в каюту капитана, и вошел со шляпой в руке, высоко держа голову.

– Роджер Вескотт, сэр, – сказал он. – Вы за мной посылали?

Д‑р Кроуфорд поднялся и предупреждающе посмотрел на бледное лицо капитана.

– Я посылал за вами, – сказал он, кивком показав парню на центр комнаты. «Обычный парень, – подумал он. Крепкий торс, пышет здоровьем». Каковы ваши обязанности на этом корабле, Вескотт?

– Я – штурман, сэр. Я работаю со Скотти Мак Интайр и… я работал с Доном Шейвером.

Доктор переместил рукой пачку бумаг.

– Ты – дурак, Вескотт, – сказал он холодно. – Мог бы найти занятие получше, чем воровство в таком месте, как это.

Парень вздрогнул. В каюте стояла могильная тишина, воздух, казалось, был пропитан напряжением.

– Воровство? Я… я не понимаю.

– Не надо притворяться, ты прекрасно все понимаешь. Деньги, собранные для вдовы Шейвер – 2 тысячи. Они были в конверте, лежавшем на столе в моей каюте еще час назад. Ты зашел в каюту через пять минут после того, как я вышел, и почти сразу ее покинул. После этого деньги исчезли. Тебе не кажется, что всем будет лучше, если ты их вернешь?

Краска залила лицо парня, и в полном замешательстве он повернулся в сторону Джеффа, затем вновь к доктору.

– Сэр, я не понимаю, о чем вы говорите. Мне было приказано отправиться в вашу каюту совсем недавно, и я вас там не застал, поэтому я вышел оттуда. Я не видел никаких денег.

– Значит тебя послали, да? Понятно. Брось, Вескотт, есть свидетель, видевший, как ты заходил в каюту. И больше там никого не было. Ты сильно упростишь дело, если вернешь деньги мне. Никто об этом не узнает. Даю слово. Но мы все знаем и хотим получить деньги назад.

Вескотт беспомощно развел руками.

– Доктор, я не знаю ничего об этом. Он повернулся к Джеффу. – Капитан, вы были моим шкипером во время всей моей службы, вы же понимаете, что я не мог взять деньги. Я… я не мог украсть.

Джефф отвел глаза в смущении.

– Ты слышал, что сказал доктор, Вескотт. Полагаю, тебе лучше сознаться.

С пылающим от стыда лицом парень смотрел то на одного, то на другою, и глаза его от жгучей обиды стали наполняться слезами.

– Вы не верите мне, – сказал он, его голос стал жестким. – Вы думаете, что я лгу. Но я не брал никаких денег, как я могу их отдать? У меня нет двух тысяч.

Доктор с неприязнью хлопнул ладонью по столу.

– О’кей, Вескотт. Возвращайся к своим обязанностям. Мы перетряхнем весь корабль. Деньги здесь, на корабле, и мы знаем, что взял их ты. Мы их найдем и тогда тебе не поздоровится.

– Но я…

– Это все. Возвращайся к своим обязанностям.

Едва он вышел, как Джефф набросился на доктора.

– Я не могу играть в такие игры, Док. Я… я не понимал ситуации, пока не увидел парня, но – это совершенно ужасно.

– Мы имеем дело с чем‑то ужасным. Неужели надо видеть что‑то, чтобы этого бояться? Разве радиация сжигает менее жестоко оттого, что ее нельзя увидеть глазами? Или чума, или полиомиелит? О, я думал об этом до тошноты, и я честно признаюсь, мне страшно, мне так страшно, что я не могу заснуть. Это создание здесь, на корабле, и мы не можем его обнаружить, или доказать, что оно здесь. Если бы оно было добрым, или дружелюбным, или миролюбивым, оно бы дало об этом знать с самого начала, но оно не сделало этого; разве не ясно, что отсюда следует? Оно убило, дважды убило, и там, на Венере, где‑то эти люди лежат мертвые на скале, разлагаясь. Двое из нашего экипажа, Боб. И это – имитация, с которой мы только что говорили.

– Но он выглядел абсолютно нормальным. Реагировал так естественно.

– Послушай, Боб. Подумай, что оно может сделать на корабле, если мы это не остановим. Мы не знаем его силы и возможности. А как насчет нашего возвращения, когда эта тварь получит свободу? Мы не можем этого допустить, Боб.

– Тогда скажи все экипажу, пусть все будут настороже.

– И потерять шанс? Глупо. Кажется, я знаю способ поймать ее в ловушку. Все, что я могу – это размышлять и выдвигать гипотезы, но я думаю, что есть один ход. Дай мне шанс испробовать его.

Джефф выругался и повернулся к столу.

– О’кей, – сказал он с неохотой. – Я с тобой. Надеюсь, ты прав, Док. Все‑таки, из всех возможных ты выбрал самое худшее клеймо – вор.

– Есть и похуже, – ответил доктор тихо.

– Ну, я не догадываюсь.

– Шпион, – сказал доктор.

* * *

В столовой шум голосов быстро стих, когда капитан Джефф поднялся на платформу вместе с доктором Кроуфордом. Его голос зазвучал резко и ясно, отражаясь от металлических стен.

– Я собрал вас здесь, чтобы сказать, что среди вас есть вор.

Раздались сердитые восклицания, и все глаза обратились к капитану.