Читаем Абсолем полностью

— Через некоторое время, когда я окончательно выбилась из сил и охрипла, появился он. Дино. Не сказал ни слова, даже не посмотрел на меня. Просто оставил поднос с едой и вышел. В тот раз я не притронулась к еде. Не стала я есть и на следующий день. Я отказывалась от пищи, надеясь, что это спровоцирует его на какие-то действия, но, судя по всему, Дино было всё равно. Я поняла, что если и дальше буду упорствовать, то долго не протяну. Я начала пить воду, когда он уходил. Но мне кажется, он видел это. У меня было ощущение, что он постоянно наблюдал за мной. Однажды, как обычно, он принёс еду, но задержался. Он внимательно рассматривал меня, затем быстро вышел, но через некоторое время вернулся с микроскриннингом. Он молча положил его передо мной и вышел. Я была поражена. Я уже давно поняла, что беременна, но как это понял Дино? Ведь живота ещё даже не было видно. Мне ничего не оставалось. Я провела скриннинг, который, конечно же подтвердил мою беременность — я была на третьем месяце. Я очень боялась реакции абсолема, но ничего не изменилось. Совершенно. Он всё так же приносил мне еду, правда, теперь на подносе часто были свежие фрукты, овощи, творог, орехи, рыба. Он по-прежнему забирал мою одежду, приносил обратно чистую, иногда даже выводил на прогулку, так я поняла, что мы находимся где-то за городом. Дом был в какой-то сельской местности на отшибе, тогда я и поняла, что кричать и звать на помощь бесполезно. Но я больше и не делала попыток сбежать. Я полностью сосредоточилась на своем ребёнке. Теперь я съедала всё, что он приносил, много спала, старалась не думать о том, что меня ждёт. Дино явно заметил перемены в моем поведении. Я почувствовала, что и он постепенно расслабился. Порой он даже не блокировал дверь моей комнаты, впрочем, я и не пыталась её покинуть. Во-первых, я не знала, где мы находимся, как близко люди. Вовторых, и это самое главное, беременность проходила очень тяжело. Я с трудом вставала по утрам, мне все время хотелось лежать, но я пересиливала себя. Однажды, проснувшись, я не увидела привычного завтрака на подносе. Я встала и начала бродить по дому. В то утро мне было особенно плохо, и я придерживалась за стены. Тошнотворный комок всё подкатывал к горлу, и в какой-то момент я не выдержала и сложилась пополам. Меня всю трясло, я не могла понять, холодно мне или жарко, ледяные или горячие капли стекают по спине, я лишь чувствовала ручейки, текущие по хребту, капли пота выступили на висках, над верхней губой, на груди, меня всю трясло. Мне было так плохо, хотелось увидеть хоть кого-то. Я начала звать Дино, но даже он не отзывался. Вытерев рот, я с трудом встала на ноги и пошла дальше. Я решила вернуться в свою комнату и прилечь, но очередной приступ тошноты скрутил меня через несколько шагов. Больше я не поднималась. Я потеряла сознание. Когда я очнулась, уже было темно. Не знаю, каким чудом нашла в себе силы подняться и добрести до двери. То, что я увидела во дворе перед домом, поразило меня. Там стоял флип с маркировкой Большой Московской лаборатории. И он был на ходу! Я тут же взобралась в него и взяла курс на это место.

София замолчала. Я же в тот момент совершенно опешил.

— В ночь, когда погиб сын, из дальнего ангара лаборатории действительно исчез резервный флип. Но это же невозможно, абсолем не был обучен навыкам пилота. — Я пораженно покачал головой и посмотрел на Софию. — Где этот флип сейчас?

Она виновато приподняла плечи, чуть закусив нижнюю губу:

— Я его утопила. Не знаю, что на меня нашло, но я боялась, что он отследит меня по этому флипу. Я посадила его на дно озера, которое находится в паре километров отсюда.

Я до сих пор не знаю, чем руководствовался абсолем, когда похищал Софию, зачем он держал её в том доме, и вообще, что это за дом и почему в итоге отпустил. Я бы дорого заплатил, чтобы получить ответы на эти вопросы, но увы. Впрочем, в тот момент я был счастлив и без ответов. София была жива и сидела передо мной, более того, она носила под сердцем моего внука. О чём ещё можно было мечтать?!