Читаем Абрам Ганнибал полностью

Смутное время (термин В. О. Ключевского) в нашей истории не закончилось избранием в 1613 году на русский престол Михаила Федоровича Романова: оно то вдруг вспыхивало, то угасало. Согласно завещанию Анны Иоанновны 17 октября 1740 года двухмесячный младенец Иоанн Антонович при регентстве Бирона вступил на престол, 9 ноября 1740 года Миних во главе «преображенского капральства» арестовал регента Бирона и передал власть ни к чему не способной легкомысленной Анне Леопольдовне, принцессе Елизавете Екатерине Христине Мекленбург-Шверинской (1718–1746). Ее мать великую княгиню Екатерину Ивановну Петр I привез в 1716 году в Данинг к жениху Карлу-Леопольду. В этой поездке при Петре Алексеевиче находился Абрам Арап. Ночью 25 ноября 1741 года то же «преображенское капральство» еще раз переменило власть и усадило на русский трон Елизавету Петровну, наконец преодолевшую длинную очередь к нему. Всеобщему ликованию не было конца. Сразу же приступили к розыску сосланных и посаженных прежними правителями «где кто окажется» и возвращению их в столицу. Тотчас начали карать свергнутых, судьба семейства Анны Леопольдовны и ее сына сделалась ужасной[457].

Дочь Петра Великого не была достаточно образованной и выдающейся правительницей, но обладала природным умом, превосходным вкусом, а главное — умела услышать и оценить. Ее стараниями были учреждены Московский университет, Пажеский корпус, Академия художеств, появился профессиональный русский театр, Фарфоровый завод. При ней Россия располагала победоносной армией. Императрица была прежде всего женщиной, ее стихия — балы, наряды, любование собой, она жила «не сводя с себя глаз» (В. О. Ключевский), могла потерять важнейший документ и даже секретный договор с дружественной державой, могла распорядиться отрезать фрейлине язык, но и поддержать Ломоносова. И все же царствование ее для России было благом.

Сделавшись императрицей, Елизавета Петровна пыталась воевать с немецким засильем. Трех самых знаменитых иностранцев первой половины XVIII столетия она удерживала в ссылке. Остерман, руководивший внешней политикой России при Анне Иоанновне, скончался в ссылке в Березове. Временщик Бирон, стоявший вплотную к трону Анны Иоанновны, по указу Анны Леопольдовны отправился в Пелым (Зауралье, ныне Свердловская область), в 1742 году ему было разрешено жить в Ярославле. Генерал-фельдмаршал Миних, самый талантливый из них троих, самый деятельный, приносящий огромную пользу России, по воцарении Елизаветы Петровны был тоже сослан в Пелым. Непонятно, отчего условия ссылки Бирона оказались много мягче, чем Миниха. Не оттого ли, что Миних учинил переворот, а его жертвой стал Бирон?.. Бунтовщиков власти не любят. Но главное, его обвиняли в том, что он «способствовал вступлению на престол отпрыска Брауншвейгской фамилии, а не прямого потомка Петра I, цесаревны Елизаветы Петровны»[458]. Пелымский затворник с завидным постоянством отправлял на имя Елизаветы Петровны не прошения о помиловании, а проекты переустройства государственного управления и огорчался, что он не вызван ко двору для получения достойной его должности. В Петербург Бирона и Миниха возвратил Петр III. На одном из первых торжественных приемов в только что отстроенном Зимнем дворце незадачливый император решил помирить непримиримых врагов, он предложил Миниху и Бирону взять бокалы с вином и в знак примирения втроем их осушить. Бирон уронил свой бокал, и они разошлись в разные концы зала[459]. Екатерина II возвратила Бирону «курляндский престол», и он доживал свой век в Митавском замке. Во время переворота 28 июня 1762 года Миних оставался верным присяге, данной Петру III, Екатерина II простила его. По просьбе императрицы он до своей кончины «исполнял обязанности главного командующего над балтийскими портами в России».

В 1741 году Ганнибал лишился могущественного покровителя, но приобрел другого, еще более могущественного. Для Абрама Арапа воцарение Елизаветы Петровны сделалось благом. Она знала его с юных лет, от отца перешли к ней самые добрые чувства к припорожнику. 25 ноября 1741 года Елизавета Петровна оказалась на троне, а 12 января подписала именной указ:

«Всемилостивейшее пожаловали мы от артиллерии подполковника Аврама Петрова сына Ганибаля в наши генерал-майоры армейски и быть ему в Ревеле обер-комендантом. А нынешнего обер-коменданта Философова перевесть в Ригу в Рединга.

Онаму ж Абраму Ганибалю Всемилостивейшее пожаловали мы за его долговременные и верные службы во Псковском уезде пригорода Воронича Михайловскую губу, которая после кончины блаженной памяти царевны Екатерины Ивановны приписана к нашему дворцу, в который по ведомости из нашей Дворцовой конторы показано по переписи генералитетской 569 душ, со всеми к ней принадлежащими землями в вечное владение и повелеваем нашему Сенату учинить по сему нашему указу. И о том, куда надлежит послать наши указы.

Елисавет»[460].