Читаем Абордаж полностью

— Здесь чисто, — ответила Уилла, как будто проблема была в этом.

Камила вздрогнула.

— Я чувствую, как призраки убитых коров смотрят на меня прямо сейчас.

— Свиней, — поправила Уилла. — Здесь забивали свиней.

— О, ну, это намного лучше, — саркастично отметила Камила.

— Можешь найти себе другое убежище, чтобы спрятаться там, пока не будет организована транспортировка.

— Я-то могу, — надменно ответила Камила.

— Учитывая то, что ты едва можешь ориентироваться в торговом районе с открытыми глазами, я бы посоветовала тебе оставаться на месте, пока не снимем повязку, — фыркнула Уилла.

— Прекрати раздражать свою сестру.

Обе девушки повернулись на дверь, где стоял их отец. Камила взглянула на него, хотя сомневалась, что с одним глазом это было бы устрашающе. Уилла поднялась, переводя взгляд с отца на Камилу и обратно.

— Я бы хотел поговорить с Камилой наедине.

— Не думаю, что это хорошая идея, — ответила Уилла. — Может, сейчас у нее функционирует только один глаз, но она все еще в состоянии придушить тебя капельницей.

— Не сомневаюсь, — сказал отец, входя в комнату. Он остановился у изножья кровати и уставился на Камилу, которая кипела от ярости и предательства. Наконец сказал: — Я здесь не для того, чтобы извиняться.

Камила хихикнула.

— Представляю.

— Ты решила рискнуть своей жизнью, чтобы спасти киборга, которого любишь, а я решил сделать то, что необходимо, чтобы защитить дело, начатое твоей матерью.

— Что это значит? — Камила терпеть не могла находиться в неведении, как сейчас. — Почему у меня такое чувство, что все остальные члены нашей семьи участвуют в чем-то, от чего меня отстранили?

— Потому что так и есть, — заявил отец. — Ты никогда не проявляла интереса к происходящему на уровне политики, поэтому мы решили не привлекать тебя. Не было причин подвергать риску твою жизнь.

— Пока не было? — разочаровано спросила она.

— Да.

— Так… Что это? — потребовала Камила. — Вы входите в группу Сары?

— В некотором роде, — ответила Уилла, — Мы работаем независимо от "Гражданского неповиновения", но в рамках более широкой сети восстания. Все наши организации разделены. Сара не знает, что мы работаем на нее на Кирсе.

— А ты финансируешь Сару? — Камила жестом указала на отца. — Ты следишь за тем, чтобы она получала оружие, еду и медикаменты, которые я сортировала.

— Отчасти да, — признал отец. — Но в основном это ее криптовалюта. Я покупаю ее и использую, чтобы получать высокий процент от того, что она забирает.

— Ладно, если отбросить ложь, которую вы все годами мне говорили, то каков теперь план? — поинтересовалась Камила. — Вы вытащили меня из государственной тюрьмы. Даже если алиби Уиллы, которое она не хочет объяснять, сработает, они поймут, что я пропала, и начнут копаться в ваших жизнях.

— Ты не пропала, — поправил отец.

Камила нахмурилась.

— Что это значит?

— Ты умерла, — вмешалась Уилла в откровенно грубой манере. — Прошлой ночью ты умерла на операционном столе. Произошел разрыв анестезийных баллонов с газом. Все врачи и медсестры в палате умерли вместе с тобой от острого отравления.

На минуту Камила испытала тошноту. Ее отец шагнул вперед и протянул ей маленький планшет «SeeSpeak». Когда она увидела изображение на экране, то отшатнулась.

— Это?..

— Это ты, — сказала Уилла со странным волнением. — Или точнее, твое ДНК и твои органы. Биологически, это ты, но без души, которая делает тебя тобой.

Камила посмотрела на отца.

— Можешь перевести?

— Уже много лет в своей лаборатории Уилла воспроизводит наши ткани и органы, — сказал он, словно это была самая обычная в мире вещь.

— Все началось с того, что у нас всегда был доступ к любым заменителям, которые могли бы нам понадобиться, — объяснила Уилла. — После того, как был принят закон о донорстве органов и все правила и нормы, я запаниковала. Мама только что умерла. Сара сбежала. Меня ужасала смерть. И я подумала: «Почему бы не создать копии всех частей, которые могут нам понадобиться».

— Как и положено, — сухо ответила Камила.

— Верно, — согласилась Уилла с диким блеском в глазах. — И вот однажды ночью мне пришла в голову другая мысль. Я решила посмотреть, смогу ли создать андроида на биологической основе. Полную копию человека, вплоть до цепочки аминокислот.

— И ты ей позволил? — Камила уставилась на отца. — Ты позволил своему ребенку — совсем маленькому ребенку — играть в лаборатории в безумного ученого? Ты позволил ей создавать биологических андроидов?

— Это ей нравилось, — слабо объяснил ответ. — Наконец-то к ней вернулась искра. Я не видел ничего плохого.

— Святое дерьмо! — Камила вскинула руки. — Неужели я единственный человек в этой семье, который не подсел на сверхсильные таблетки, приводящие к безумию?

Уилла закатила глаза.

— Не надо так драматизировать, Кэм! Это было совершенно безопасно.

— Ну. — вклинился отец. — В основном.

Уилла хмыкнула.

— Это был один андроид-изгой, и ее легко остановили до того, как она сбежала из лаборатории.

Камила уставилась на них обоих.

— Вы оба безумцы.

— Безумцы, которые спасли тебе жизнь, бросив твою биологическую копию на операционный стол, — проворчала Уилла.