Читаем А вот и Санта полностью

Шумная рождественская деревня исчезла. Вместо этого на столешницу проецировался город или что-то вроде города: жуткое геометрическое владение невозможной архитектуры, простирающееся вдоль исчезающей линии ужасной черноты - бушующая земля безумств. Вогнутые горизонты, усеянные звёздами или чем-то вроде звёзд, сверкали вблизи кубистических пропастей. Санта видел здания и улицы, туннели и многоэтажные дома, странные приплюснутые заводы, из труб которых шёл маслянистый дым. Табличка с надписью гласила: ОСТАВЬ НАДЕЖДУ, ВСЯК СЮДА ВХОДЯЩИЙ, а за ней простирался задумчивый некрополь, систематизированный и бесконечный, лишённый ошибок в своих неисчислимых углах, линиях и призматических зданиях, где горгульи летали, как птицы, и демонические персонажи гуляли по улицам, где кровь пузырилась по бордюрам, и пылающие пожары вырывались из канализационных решёток, но за этими решётками виднелись кричащие лица и тянущиеся руки, обожжённые дотла, но всё равно продолжавшие тянуться в непостижимой демонстрации безнадежности.

Это было столпотворение; это было разрушение. Это был хаос до бесконечности. Сточные канавы были чёрными от ядовитых слизей. Приземистые стигийские церкви воспевали адских богов. Безумие было здесь монархом, атаксия - единственным порядком, тьма - единственным светом.

Искусный, невыразимый и невозмутимый монарх смотрел в ответ...

Санта всё это видел. Он видел, как время течёт вспять, смерть превращается в жизнь, как целые варианты будущего поглощаются глубоко в чреве истории. Он видел ужас - безмерный и бесконечный - скользящий вперёд, в визжащую чёрную бесконечность. И он также видел людей. Или такие вещи, как люди, пробирающиеся взад и вперёд между чудовищами с вогнутыми лицами, грудами частей тел и дрожащими трупами младенцев, снующих взад и вперёд в бесконечном путешествии, которое будет продолжаться и продолжаться до тех пор, пока не настанет время, когда сама тьма содрогнётся и умрёт...

Санта упал на пол, полупарализованный.

"Боже, храни меня!" - умоляли его мысли, и в тот же момент что-то на стене привлекло его взгляд...

Это были часы с кукушкой, но радостных праздничных мотивов не осталось. Они имели форму гроба и были чёрными, а на их маятниках свисали символы демонов Баальцефона и Хираньякашипу. На циферблате были изображены четыре, а не две стрелки, и когда одна из них пробила тринадцать часов, окошко распахнулось, и из него выскочила маленькая кукла Санта-Клауса, которая закричала:

- Пошёл ты нахуй, Санта! Твоя мать сосёт дьяволу хер и лижет ему задницу! Съешь дерьмо и умри, ублюдок!

И так тринадцать раз.

Измученный, Санта отпрянул назад и начал пятиться на четвереньках, но после нескольких движений...

- О-У-У! Твою ж мать! Ублюдки!

Он случайно нанёс руку на ещё один длинный гвоздь, воткнутый в пол. Он прошёл прямо сквозь его руку.

- Грёбаные куски ДЕРЬМА!

Он отдёрнул руку, и из раны хлынула кровь.

Затем тень пронеслась над ним.

- Не самый твой удачный день, да, Санта?

Это был другой Санта, стоявший перед ним и смотрящий вниз, высокомерно скрестив руки.

- Ты злобный ублюдок!

- Что ж, спасибо...

- Ты не можешь так поступать со мной! - Санта взревел. - Я Санта-Клаус!

- Больше нет, - голос другого Санты звучал как сыпучий сухой гравий. - Твой крошечный разум не может осознать всей важности этого момента. Знаешь, это похоже на что угодно, например, на то, откуда ты родом, я имею в виду технологии. С каждым годом технологии развиваются немного больше, становятся немного сложнее. Становятся всё лучше и лучше. То же самое здесь. Ты не представляешь, как долго я этого ждал. И это не только я, уверяю тебя. Мало-помалу био-колдуны доработали систему и к настоящему моменту, как видишь, устранили все ошибки.

Настоящий Санта поморщился.

- Био-колдуны? О чём, чёрт возьми, ты говоришь?!

- Каждый год, столетие за столетием они становились немного ближе к успеху, цель, естественно, заключалась в том, чтобы изменить твой курс в канун Рождества и привести тебя сюда. Что ж, сегодня ночью это сработало.

Сердце настоящего Санты начало пропускать удары.

- Это просто комбинация манипуляций с Шестигранным потоком, расчёта нескольких квадратных уравнений и некоторой математической теории, а затем добавления щепотки колдовства. Или я должен сказать то, что ты бы назвал колдовством. Это то, что мы называем оккультной наукой.

Настоящий Санта продолжал смотреть вверх, открыв рот и пуская слюни.

Другой Санта помог ему подняться.

- Пойдём. Думаю, остальное тебя тоже впечатлит.

Настоящий Санта сейчас был почти в бреду. Он прекрасно представлял себе, где находится, и каждый раз, когда его мысли метались в поисках способа выбраться, он вспоминал надпись на оптическом экране: ОСТАВЬ НАДЕЖДУ, ВСЯК СЮДА ВХОДЯЩИЙ.

Как на автомате, он последовал за хозяином этого места из теперь уже невменяемой рождественской комнаты обратно в первый коридор, затем во второй, а затем обратно на вонючий, душный склад.