Читаем A and B, или Как приручить Мародеров (СИ) полностью

— Я прошу отнестись к этому с уважением, – продолжала фея. — Это невероятно сложный ритуал, и провести его совсем не просто. Тот, кто решился на это ради вас – невероятный человек. Не нужно глупых шуток. Те, кому необходимо, пусть идут за мной. Остальные могут вернуться в школу вместе с вашими друзьями. Всех тех, кто пойдет со мной, я выведу обратно сама.

Небольшая группа студентов, посовещавшись несколько минут, отделилась от остальных и робко приблизилась к фее. Та, взглянув в глаза каждому из них, размеренно кивнула и, развернувшись, полетела вглубь Леса. Ее крылья, словно свет маяка, освещали дорогу следующим за ней студентам и указывали путь.

— Шах и мат, — тихо произнесла Беата, глядя в спину удаляющемуся за феей Малфою.

— Что… Что ты имеешь в виду? – Сириус постепенно приходил в себя.

— Это действительно очень сложный ритуал – из разряда темной магии. Требует огромного количества усилий и приготовлений. Но и результат… того стоит. Его можно провести только во время Хэллоуина и на определенной земле, вроде той, на которой стоит Лес.

— Эти АВ…

— Прекрати, Блэк! То, что они сделали – восхитительно! Это же не просто глупая выходка, это удивительный шанс для тех, кто не успел попрощаться с тем, кого любил! – глаза Беаты пылали в темноте, рассержено смотря на Сириуса.

Тот вдруг задумчиво кивнул, а потом обернулся к Джеймсу:

— Сохатый, ты не мог бы вернуть учеников в их кроватки? Мне тут нужно кое-что и кое с кем обсудить.

Беата удивленно взглянула на Сириуса, но, прежде чем она успела что-нибудь спросить, Джеймс, понимающе хмыкнув, уже направился к ученикам, привлекая к себе их внимание и указывая рукой в сторону тропы.

Сириус, удовлетворенно ухмыльнувшись, вновь развернулся к Беате.

— Ну а теперь мы поговорим.

***

— Что ты делаешь, идиот?! – прошипела Паркер, осторожно заглядывая Регулусу через плечо.

— Обматываю его бородой, — шепотом ответил слизеринец. – Ему так только теплее будет!

— Я думала, ты пошутил, когда сказал, что собираешься сделать это! Это же директор школы!

— Ну и что? Он не человек, что ли? Над ним теперь и подшутить нельзя?

— Регулус! – Эмили вцепилась в плечо слизеринца, пытаясь оттащить его от длиннобородого волшебника. Парень изо всех сил сопротивлялся, вцепившись в бороду Дамблдора, отчего та опасно натягивалась.

Их безмолвная борьба с пыхтением, сопением и шипением продолжалась несколько минут. Внезапно Регулус почувствовал, что борода в его руках по неведомой причине стала оттягиваться обратно. Он медленно начал поднимать глаза и закричал от ужаса и неожиданности, когда встретился взглядом с серьезными ярко-голубыми глазами директора школы. Эмили подпрыгнула на месте, встревоженная воплями Регулуса, а затем, подняв голову, и сама подхватила крик слизеринца. В глазах Дамблдора плясало не сулившее ничего хорошего голубое пламя. Директор открыл рот, собираясь что-то сказать, но слизеринец с когтевранкой завопили еще громче и, спотыкаясь на ходу, как можно быстрее побежали вон из залы. Дамблдор грозно хохотал им вслед, размахивая руками, отчего на бегущих обрушивались ярко-синие искры, а за спиной что-то грохотало и гремело.

Только через десять минут сумасшедшего бега друзья остановились, чтобы передохнуть.

— Черт! – воскликнул Регулус. – Он же просто подшутил над нами, как над самыми глупыми малолетками!

— Ты хотел подшутить над ним, он – над тобой, — с трудом произнесла запыхавшаяся Эмили.

Регулус только вздохнул, подозрительно оглядывая себя в поисках ранений или какого-либо ущерба, потрогал накладные ногти на одной руке, потом – на другой, и его лицо внезапно приобрело выражение неописуемого ужаса.

— Что с тобой? – обеспокоенно спросила Эмили.

— Ногти бабы Яги! Я их приклеил сегодня днем, но они… они не снимаются!

— Подожди-подожди. Они и не должны, разве нет? Ты же специально…

— Да нет! Они как будто вросли в настоящие ногти! Когда я пытаюсь их отклеить, мне становится больно!

— А…

— Дамблдор наверняка специально заколдовал их, пока мы убегали!

— Ну раз заколдовал, значит можно и расколдовать, — несколько неуверенно произнесла Эмили. – Дай посмотрю, о…

— Что?

— А твой грим? На лице. Он стирается? – девушка аккуратно провела рукой по лицу Регулуса. – Ой, кажется, нет…

Регулус вдруг вздрогнул, неуверенно уставившись за спину Паркер. Та обернулась, ожидая увидеть самое худшее – например, разгневанного Дамблдора или Филча, или Малфоя на худой конец, но перед ней стоял лишь Ремус Люпин.

— Ремус? – облегченно выдохнула девушка. – Это всего лишь ты.

— Да, — неожиданно холодно ответил тот, и в его глазах сверкнула плохо скрываемая ярость. – Это всего лишь я.

— Подожди, ты чего?

— Ничего, можете продолжать то, что начали, — ровно произнес Люпин и, резко развернувшись, удалился в противоположном направлении.

— Что с ним такое? – недоумевала Паркер.

— Амэл, за те годы, что ты усердно училась, твои мозги, кажется, совсем заплесневели, — вздохнул Регулус и, видя, что девушка до сих пор ничего не поняла, воскликнул: — Не надо было гладить меня по лицу!

— Я и не гладила! Я проверяла…

— Да, но как это выглядело со стороны?