Читаем A and B, или Как приручить Мародеров (СИ) полностью

У арки стоял Люциус с налепленной на лицо улыбкой, рядом с ним его шафер, Энтони Мальсибер, а справа три малоизвестные Нарциссе девушки — подружки невесты. Всех их выбрала Вальбурга, подчеркнув, что свадьба — это публичное, политическое событие, и личные вкусы жениха и невесты играют здесь последнюю роль. Но Нарциссе было плевать, кто будет стоять с ней в этот момент. Ведь не они выходили замуж за Люциуса, а она.

Сердце Нарциссы дрогнуло лишь один раз.

Не во время церемонии. Сказать «да» было просто, к этому ее готовили с детства.

Оно дрогнуло, когда после торжественного поцелуя, скрепляющего брак, Нарцисса повернулась к гостям, сверкая счастливыми глазами и увидела позади всех статного юношу в черном костюме.

Темного Лорда.

Он с улыбкой посмотрел ей в глаза, и Нарцисса вся затрепетала от ужаса и от исходящей от него угрозы. Гости замерли, даже Вальбурга застыла, будто бы забыв дышать. Лорд легким шагом прошел между рядами прямо к арке, склонился к руке Нарциссы, которую от страха та даже забыла протянуть ему, и тихо произнес:

— Поздравляю вас Нарцисса с этим событием. Поздравляю всех троих.

Последнюю фразу он произнес почти шепотом.

Когда Нарцисса наконец совладала с собой и расцвела в очаровательнейшей из своих улыбок, Лорд уже выпрямился. Кивнул Люциусу, без сожаления извинился за спешку и незамедлительно покинул празднество в стылой тишине. Никто, кроме Нарциссы не расслышал последние слова Волдеморта. Но ее встревоженный, недоверчивый взгляд и подрагивание рук, которыми Нарцисса хотела прикоснуться к животу, выдали ее с головой. Перед теми, конечно, кто умел видеть.

Люциус дернулся, скосив глаза на Нарциссу, и что-то непонятное, счастливое и одновременно испуганное вспыхнуло внутри него. Вальбурга лишь хмыкнула, парализуя невестку взглядом, Друэлла смотрела неодобрительно, но теперь не было смысла следовать формальностям и обвинять дочь в преждевременном сексе с ее теперь уже мужем. Нарцисса же была так занята обдумыванием новой мысли, что совсем позабыла и про Лорда, и про свадьбу. В ее теле что-то изменялось в этот самый момент…

Драко проснулся и громко, тоскливо заплакал.

Нарцисса бросилась к нему со всех ног, подхватила на руки и начала укачивать.

— Госпоже нужно отдохнуть, — тоненько пропела маленькая эльфийка, подбегая к Нарциссе.

Нарцисса взглянула на нее, потом на сына, и отрицательно покачала головой.

Вот уж нет! Своих детей она воспитает сама. Пусть она и не спит ночами, забывает поесть, существенно потеряла в весе, потому что доктора запретили есть очень многое — у Драко появилась аллергия на молоко. Пусть. Зато ее сын не будет чувствовать себя так, словно родителям плевать на него, у ее сына будет все ее внимание и любовь. Тем более… она ведь не сможет родить еще одного. Она просто не переживет этого физически, так сказали врачи.

Домовиха виновато отступила, съежившись.

— Может быть, госпожа хотя бы примет ванную?

Нарцисса бросила на нее рассерженный взгляд, но смилостивилась. Люциус снова будет ругать домовиков, что те не дают отдыхать матери и не исполняют обязанности нянек. То, что это был выбор Нарциссы, его не волновало.

— Хорошо, — сжалилась она. — Подготовь ванную с солью и не забудь принести масла.

Драко почти успокоился, когда в залу вбежал другой домовик с вестями.

— Госпожа, к нам прибыл гость. Господин Энтони Мальсибер. Нам впустить его?

Нарцисса удивилась. Мальсибер не показывал никакой ревности из-за того, что Нарцисса вышла не за него. Он ненавидел Люциуса, да, но зачем он пришел к ним домой?

Нарцисса замялась, затем опустила Драко в кроватку.

— Присмотри за ним, — махнула она рукой. — Я лично встречу.

Ее шаги отдавались глухим одиноким звуком в огромном пустом холле, но Нарцисса никогда не задумывалась о том, зачем паре человек столько пространства — она считала, что чем большим ты можешь обладать, тем лучше. Энтони стоял у самых дверей, задумчиво озираясь, но еще издалека Нарцисса почувствовала в нем неладное.

Нарцисса остановилась напротив Мальсибера, а тот стоял немного покосившись и полубоком к ней, кося глазами, как пугливая лошадь. Казалось, что Энтони стоит неимоверных усилий просто сосредоточить на Нарциссе свой взгляд. Он покачивался, немного подрагивал и выглядел совсем нездорово. Одежда была растрепанной и грязной, ботинки нечищенными, а рубашка — незаправленной. Одним словом — кошмар аристократического общества.

Нарцисса, не выдержав запаха, на шаг отступила.

— Тони? Зачем ты здесь?

— Цисси, — он пошел на нее, споткнулся, схватил ее за руки и упал на колени, глядя снизу вверх, как побитый пес. — Цисси, что с тобой сделало замужество?

Нарцисса вздрогнула от неприкрытой жалости в его голосе, мельком взглянула в зеркало сбоку на стене. Ее красота не увяла, но сейчас выглядела изможденной. Глаза впали, оттененные нездоровыми тенями, кожа на красивых скулах натянулась, губы посерели и волосы начали тускнеть. Но изящество, грация и достоинство — этого Нарциссу было не лишить.