Читаем 99942 [СИ] полностью

Здесь было не так холодно. И почти никакого снега.

Играла музыка.

Над зеркалом горел стилизованный под огромный апельсин светильник. Вдоль шкафа-купе стояли мужские туфли, шесть пар, на любой цвет и вкус. Некоторой обуви стоило выписать штраф за неправильную парковку. Максим снял пальто и разулся, пристроив свои зимние ботинки рядом с весенне-летней обувкой – точно угрюмый внедорожник затесался в компанию стильных кабриолетов. Грязный снег в протекторах подошвы пачкал паркет прихожей.

– Ба, какие люди! – Из кухни появился Паша Важник со шкварчащей сковородой на деревянной подставке. – У тебя, Максимыч, чуйка нереальная, аж зависть берёт. Под самый налив всегда приходишь. Чуешь, чуешь грибочки как пахнут? Лисички!… А сок где?

Максим посмотрел на свои руки. Ни пакета, ни коробки сока.

"Интересно, могу ли я сделать так, чтобы они появились? Это ведь мои сны…"

– Опять запивон забыл? – донёсся из зала голос Игорька Пономарёва.

– Хорошо, что водку не поручили! – а это Генка Шолтун.

– Паша, тряси закрома свои! Тёщин компотик с балкона направляй! – "Петрович, кому ж ещё командовать процессом?"

– Нехрен вообще запивать! – снова Пономарёв. – Врачи не рекомендуют!

– Тишина должна быть в библиотеке! – успокоил зал Важник. – Максимыч, давай за стол. После суток сегодня?

Максим рассеянно кивнул.

"Нет, мне не сюда. Надо к Диману. Надо позвонить своим, предупредить, чтобы поучастливей с другом, что не того приняли".

Вместо этого он прошёл в зал, пожал коллегам руки и сел на стул, спиной к окну. Все "свои" были здесь, в квартире Важника: сам Пашка, Петрович, Стас Улыбка, Пономарёв, Шолтун. Пригласили и "молодняк" – Белую Косточку. Шолтун, в кабинет к которому подсадили Белую Косточку, привёл новичка вливаться в коллектив.

– Где Эдик? – спросил Стас Улыбка у Важника.

– Табачит на балконе.

– Слышь, Игорёк, твою сигарету электронную скурили, – хохотнул Петрович, самый старый из следователей.

– Шутки у тебя, Петрович, из каменного века, – вернул Пономарёв. – Как и ты сам.

Появился незнакомый Максиму парень, сел на край дивана, заметил новое лицо и поздоровался кивком. Видимо, тот самый Эдик, знакомый Стаса Улыбки. Максим кивнул в ответ.

В гриве тополей за окном путалось солнце. В зале кружили чёрные и красные снежинки, но никто, кроме Максима, их не замечал.

– Какой повод? – спросил он.

– Пашка на дачу свою отправил. А мы, временно холостякующие лица, на культурную пьянку его подбили, – просветил Шолтун, глаза пьяно поблескивали – успел добежать до официального старта. – Ну и вас, неженатиков, решили подтянуть, честь оказать, – Шолтун замаркировал взглядом Максима и Пономарёва. – Со взрослыми дядьками хоть попьёте.

– Женёк, правда такая штука – красит она человека, – улыбался Пономарёв, скручивая пробку с переданной Важником литровой бутылки "Финляндии". – Сознайся, что решили рядом со свободными мужчинами посидеть. Ауру свою почистить.

– Даже Белая Косточка успел ячейку общества создать. А вы с Максом, что там доите?

– Не что, а кого.

Стараниями хозяина квартиры и Белой Косточки живенько заполнился стол. Салаты в одноразовых лотках из вспененного полистирола. Куриные крылышки и картофель фри, явно изъятые из таких же продовольственных подложек и разогретые на более привычной керамике. Жареные лисички. Буженина, салями, отварной язык, корнишоны и соус из хрена. Одна тарелка на двоих в виду минимализма стола, рюмка – каждому, святое.

– Ну, давайте, – Важник поднял чарку, взмахнул корнишоном. – За Стаса первую! Чтобы чекисты от него отлипли.

Жахнули. Пономарёв обновил рюмки. Стас Улыбка, оправдывая кличку, белозубо улыбался, но как-то потерянно и задумчиво. Максим словил его взгляд.

– Куда влез?

– Ты с отсыпным совсем от коллектива отбился, главных новостей не знаешь, – ответил Шолтун вместо Стаса. – Эсбэшники за Улыбку взялись, весь день в управлении шастали. Дела, документы, флешки, даже жёсткий диск забрали. Копают яму, волки. Стасик полдня у меня в кабинете сам не свой просидел.

– А с чего присосались?

– Жалобу хмырь один накатал.

– Ах ты ж, – посочувствовал Максим. В проверках мало приятного, а когда роют звери из "собственной безопасности" – вообще мрак. Даже Главное управление процессуального контроля за расследованием преступлений рядом не стояло, правда, и эти ребята нервы качают изрядно: "Следственные действия выполнены не в полном объёме, не своевременно, допущена волокита…" "А Иванова забыли проверить?" "А эту версию почему не отработали?" Вцепились в "полно, всесторонне, объективно, оперативно", ткнули пальцем в "отсутствие наступательности" и грозят каждый год увольнением. Хорошо хоть Валентинович вступается.

Снежинки сделались жирнее и настырнее, они больше не кружили, а сыпали. Чёрные – на лоб над переносицей, красные – на грудь под ключицей. Крошечные бомбы с болью. Осы с ледяным жалом.

"Хватит, хватит… когда вы устанете?!"

Водка не помогала. Максим распилил вилкой завёрнутую в бекон сырную палочку, но есть не стал – попросил сигарету и вышел на балкон.