Читаем 67-я параллель полностью

Вероника перешла через пути к красивому зданию вокзала, возле которого пассажиры уже фотографировались по очереди в стилизованной карете и покупали воду и мороженое. "Господи, ну и жара! Не Котлас, а пустыня Сахара!" – Вероника вошла в прохладное здание вокзала. Странное какое-то лето… Все навыворот. Тася с мужем сейчас в отпуске в Ялте и жалуются, что то и дело идут дожди и ветер студеный задувает – "нормально, на юга приехали!", а здесь негде укрыться от зноя.

На вокзале Ника запаслась кроссвордами, парой детективов и долго выбирала сувениры для мамы, сестры, мужа, подруг и Гершвина. Сувенирная лавка на вокзале порадовала богатым выбором.

С сожалением посмотрев на мороженое (хочется, конечно, но раз уж решила сбрасывать вес, нужно выдержать характер!) Ника поудобнее уложила покупки в пакет и закурила. Полпути уже позади. Завтра в это время она уже прибудет в Воркуту. Ровно сутки…

*

В Микуни Вероника посмотрела на столб с указателями разных городов и километражем. До Воркуты оставалось 952 километра. До Петербурга – 1400 с лишним. Тут же были Сыктывкар, Москва, Севастополь и даже Берлин и Нью-Йорк. Сделав селфи на фоне столба, стелы в виде железнодорожного стакана и на Скамье желаний, Ника позвонила маме и мужу и направилась в магазин, где, как ей сказали соседи с верхних полок, есть магнитики из всех городов на маршруте. "Первый раз тут проезжаю – надо купить! А то, например, Инту мы проезжаем ранним утром, там, наверное, все будет закрыто…"

Рельефная обезьянка, сидящая на груде драгоценных камней над надписью "Микунь" удивила Веронику. И только присмотревшись к магнитику, молодая женщина поняла, что на нем изображен медвежонок в кепке. Рассмеявшись, она купила сразу три магнитика – "Маме и Науму подарю, пусть тоже посмеются!"

Инта, Микунь, Ухта, Кожва, Печора, Сосногорск – все эти города были представлены тут на магнитиках, и Ника купила их по три-четыре штуки – себе, для отчета, и на подарки. "Выложу дома на холодильнике карту своего первого заполярного путешествия. А Науму подарю этого медвежонка в шапочке. Будет знать, как прикалываться! О, уже зовут на посадку. Расплачиваюсь и бегу…""

*

В Сосногорске вышла молодая пара с верхних полок. Теперь Никин вагон был полупустым. Услышав, что в Кожве, Печоре и Инте тоже будут высаживаться, Ника усмехнулась: "А Витя страдал из-за того, что я еду в плацкарте… Если так пойдет и дальше – то в Воркуту я приеду, как королева, одна во всем вагоне… Кстати, в этом поезде нет СВ. Но и в купейниках, через которые я проходила в душевую, очень даже хорошие условия!"

Солнце не опустилось ни на миллиметр, хотя по времени был уже вечер. Ника прогуливалась по перрону в солнцезащитных очках. И жара оставалась такой же сильной.

"Вижу на Яндекс-картах в "Паровозиках", где вы стоите, – шлепнулась ей СМС-ка от Вики. – Ну как там?"

"Нормально, только жарко", – ответила Вероника. "Счастливая! – воскликнула сестра. – А у нас + 14 и дождь…" "Так в чем проблема? Догоняй, вместе греться будем!" "А работу кто будет делать? – резонно спросила сестра. – У меня еще два срочных заказа до конца месяца". Вика была архитектором-дизайнером, свою работу любила и старалась выполнять ее идеально, с вдохновением.

Ника с наслаждением подставила солнцу лицо и руки. "Хоть позагораю на Севере. Дома-то погода нас не балует этим летом…"

*

В Кожве за полчаса до полуночи не потребовалось даже зажигать фонари. Стало еще светлее, и солнце, хоть и не стояло уже в центре неба, все равно заливало город и вокзал ровным дневным светом.

Здесь тоже высаживалось много пассажиров, и Веронике пришлось отойти к противоположному пути, пропуская спешащих к выходу с вокзала людей с багажом.

"Я тут подумал, – пришло сообщение от мужа, – прочитав твою предыдущую СМС-ку: ух ты, вы проехали Ухту! Оцени, какой каламбур получился!" "Да, – ответила Ника, – я тоже так подумала, выйдя на перрон: ух ты, Ухта!" "И как там? Светло?" "И солнечно. А у вас?" "Совсем наоборот. За окном в двух шагах ничего не видно от мороси. И Мася прячет нос – значит, и завтра теплее не будет…" "Привет ему и Чите!"

Чита, угрюмая молодая манулиха, названная в честь города, из которого была привезена, стала верной спутницей жизни манула Маси, но, в отличие от него, жить в доме наотрез отказывалась. Она предпочитала жилище, оборудованное под парадным крыльцом в доме Морского, где выводила и обихаживала котят и только хозяину разрешала иногда заглядывать к ним и даже брать на руки кого-нибудь из котят. К Веронике недоверчивая манулиха неожиданно отнеслась лояльно, даже разрешала изредка себя погладить, но к детям жену хозяина пока не подпускала.

"Тебе от них тоже большой пушистый привет!"

*

В эту ночь Вероника спала гораздо лучше, чем накануне, благодаря плотно закрытым жалюзи на боковом окне. Проснулась она только в Инте, когда мимо ее отсека, в котором она теперь ехала в гордом одиночестве, с шумом покатил огромный чемодан мужчина из соседнего отсека. "Тундра, – подумала Вероника, садясь и приподнимая тяжелую штору, – вот мы и доехали до нее… Вот она какая!"