Лучший специалист административного департамента вел себя как-то странно. Копался в «Деле 64». Напоминал сотрудникам уголовного розыска об их самой большой и позорной неудаче. Должно быть, что-то случилось. Причина конфликта – не незаконный сговор при строительстве, который расследует Второе управление. Судя по всему, причина – в «Деле 64», которым занималось Первое управление…

Миками остановился на площадке между этажами. Над ним находился уголовный розыск; под ним – административный департамент. Лестничная площадка представилась ему олицетворением положения, в котором он оказался.

Глава 17

– «Тоё», «Асахи», «Майнити» и «Киодо ньюс» – безнадежное дело. Они упорно хотят подать протест начальнику всего управления, и переубедить их невозможно.

Они втроем – Миками, Сува и Курамаэ – собрались в кабинете и обсуждали создавшееся положение.

– Ну хорошо, а кто, по-вашему, согласится на то, чтобы подать протест нам?

Сува оторвался от своих записей:

– «Таймс», «Телевидение Д.» и «Кэнмин-FM». С ними проблем не будет. Я еще не успел поговорить с Томино из «Д. Дейли», но я на девяносто девять процентов уверен, что и они не откажутся от нашего предложения…

Четыре местных канала. Миками предполагал, что для Сувы ничего не стоит склонить их на свою сторону. Наверное, придется попросить кого-то из них предложить подать протест в управление по связям со СМИ. Нет, еще лучше – пусть такое предложение внесут все четыре представителя вместе.

– А что «Ёмиури» и «Санкэй»?

– Представители «Ёмиури» пока не определились. Хотя они в целом поддерживают протест, судя по их поведению, они могут отколоться, если им покажется, что «Тоё» слишком нажимает. Представители «Санкэй» сказали, что согласятся на компромисс: то есть если протест подадут директору административного департамента.

– А оставшиеся трое?

– Оставшиеся… – промямлил Курамаэ.

Глядя на него, Миками подумал: наверное, ему до сих пор не по себе от выговора, который он выслушал утром.

– Значит… Эн-эйч-кей, «Дзидзи-пресс» и «Токио Симбун» предпочитают выжидать. Они против сокрытия персональных данных в принципе, но письменный протест, по их мнению, – это чересчур. Скорее всего, что бы ни случилось, они примкнут к большинству.

Миками закурил сигарету. Посчитал в уме голоса. Четверо за то, чтобы подать протест начальнику всего управления. Четверо – за то, чтобы оставить его у Миками. Трое пока не определились. Представитель одного издания согласен, чтобы протест подали Акаме, а еще про одного «не известно».

Подсчеты выглядели не слишком хорошо.

– Нельзя ли уговорить «Санкэй» на то, чтобы оставить протест у Исии в секретариате?

– Это будет нелегко. Они не захотят потерять лицо в присутствии остальных.

Перед тем как повернуться к Курамаэ, Миками кивнул:

– Поговорите еще раз с представителями Эн-эйч-кей, «Дзи-дзи-пресс» и «Токио Симбун». Попробуйте переманить их на нашу сторону. Намекните, что, по нашим сведениям, расследование незаконного сговора при строительстве музея затрагивает самые верхи.

– Никаких проблем.

Миками снова повернулся к Суве:

– А вы, пожалуйста, поработайте с «Майнити». Можете сказать, что нам известно: Второе управление обратило самое пристальное внимание на «Хаккаку констракшен».

– Хорошо. Хотя, возможно, при нынешнем положении дел будет легче попытать счастье с «Ёмиури».

– Они уже получили большой куш.

Сува кивнул, как будто хотел сказать, что он это помнит. И в «Ёмиури», и в «Асахи» появились большие репортажи о сговоре при строительстве. Поэтому больше всего сенсации нужны были, соответственно, «Майнити» и «Тоё».

– Значит, вы хотите, чтобы я и «Асахи» оставил в покое?

– Вот именно. По-моему, слишком большое давление на них может отозваться рикошетом.

– Верно, – согласился Сува, но тут же нахмурился. – Остается «Тоё». Их тоже не трогать?

– Не надо, я сам. Попробую договориться о встрече с кем-то из редакторов.

Идеальный вариант – если представители «Тоё» ослабят хватку. Приходилось учитывать личное влияние Акикавы, а также то, что в этом месяце газета официально представляла пресс-клуб. Если «Тоё» согласится оставить протест в управлении по связям со СМИ, скорее всего, многие другие согласятся с ними, в том числе Эн-эйч-кей и «Дзидзи-пресс». Но Миками понимал, что отношения слишком обострились. Кроме того, Акикава не из тех, кто клюнет, как только ему покажут наживку. Нет, если они хотят быстро изменить мнение за то время, что им осталось, их единственная надежда – пойти напрямую к боссу Акикавы и рассчитывать на его начальственное решение.

– И еще одно… – Миками понизил голос до шепота, чтобы Микумо не слышала. – Старик, которого сбила машина, умер. Прошу вас изучить все обстоятельства дела. И постарайтесь, чтобы до конца совещания члены пресс-клуба ничего не знали.

Когда до них дошел смысл сказанного, оба молча кивнули. Миками посмотрел на настенные часы. Начало двенадцатого.

– Ладно, приступайте!

Оба его подчиненных встали и поклонились. Миками тоже встал и похлопал Курамаэ по спине:

– Ваши старания оценят по достоинству.