Читаем 494507 полностью

Несут посыльные-ветра к иным трибунам

листовки пепла от костра

Джордано Бруно.

Равновесность

…шажок, ещё…

Дрожит стальная жила. В напряженьи

амфитеатр ощерил хищно пасть…

Едина кара всем икарам – пасть,

не одолев земного притяженья.

И раз… и два…

Харибда-тьма затягивает в бездну.

Металлом тишина звенит в ушах.

Один случайный жест, неверный шаг…

одна шальная мысль – и я исчезну…

И… шаг, другой…

Но что за неспокойная планида –

рубить концы и, ставя жизнь на кон,

пересекать воздушный рубикон

в истлевших декорациях аида.

шаг…

Игра с судьбой. Путь, ставший самоцелью.

Мосты разведены и сожжены.

Лишь лучик ариадниной струны

пульсирует во мраке надземелья…

…вдох…

…Расхристан в пустоте под тёмным сводом,

на грани, где смешались явь и сон,

ступаю – с ритмом сердца в унисон –

по присмиревшим галилейским водам,

направив взгляд не под ноги, но в небо.

Беглец, освободившийся от уз,

я стряхиваю с плеч сизифов груз

гордыни, страха, робости и гнева.

…выдох

Последний шаг, прыжок из ниоткуда.

Я открываю медленно глаза.

А под ногами колобродит зал,

рукоплеща обыденному чуду.

Не Айс!

Около девятого часа возопил Иисус громким голосом:

Или?, Или?! лама? савахфани?? то есть:

Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?

Мф.27:46

Запутавшись в сетях телепрограмм,

я щёлкал между фильмом и футболом.

По двум каналам Пасху служит храм,

по остальным – sex, drugs & coca-cola.

Так задремал. И сон – как суррогат,

бред с видеоидеесинкразией.

Я наблюдал, как гнёт понты Пилат –

ведущий show «Кто Хочет Стать Мессией?»

«Шли sms» – паяц скривил уста

и ухмыльнулся в камеру лукаво, –

«на номер X – и я спасу Христа,

на номер V – я отпущу Варавву!».

Иуда тыкал пальцем в свежий прайс:

«Подешевели поцелуи... Кризис!»

Поп-рокер вяло сетовал: «Не Айс!»,

тряся докладом судмесэкспертизы.

Апостолы – кто плакал, кто зевал;

Пётр-пролетарий вздумал дебоширить.

Как выброшенный на берег нарвал,

Спаситель умирал в прямом эфире.

«Или-или, лама савахфани!» –

шепнул, великой жаждою снедаем,

но голос goblinский промолвил: «Сникерсни!

Не дай себе засохнуть! Будь джедаем!»

Second Life

Который день сейчас? Который год?..

Сквозь темноту дворов по мутным лужам

спешит домой усталый пешеход,

чтоб полуфабрикат умять на ужин

и, в тесной комнатёнке запершись,

забыв про все насущные проблемы,

усидчиво прожить другую жизнь

под клавиш стук и щёлканье модема.

так много дел: пропатчить анти-чит ;)

он в местной кибер-лиге лидер клана

плюс рецек на стихире настрочить

ещё сто баллов – и анонс на главной :)))

...Там, за его окном, гудит весна:

звенит капель, коты орут на крыше...

а он сидит в старкрафте до поздна

разит врагов по мановенью мыши ;)

...а за окном стоит нещадный зной.

И чем так человек прогневал Бога?..

об этом пишут в ленте новостной

у Бога к сожалению нет блога ;(

...А за окном беснуется метель...

Звонила мать. Хворает. Просит внуков.

как неохота покидать постель ;((

она согрета телом... ноутбука

забыться виртуальным псевдосном :)^z-z-z

и стать нужней счастливей и моложе

А за окном… Плевать, что за окном.

И – Господи, прости – он прав.

Быть может.

Я – лицедей всемирной паутины.

Я – лицемер. И дьявол, и святой.

Ничтожество, ублюдок андрогинный.

Кривая скобка, точка с запятой.

Но потрясти улыбкой Моны Лизы,

ухмылкой мефистофельской завлечь

не в силах я, неискренний подлиза –

подспорье для людей, забывших речь.

Я – оправдание потоков лжи и брани.

Им кажется – коль корчит рожи смайл,

то все слова уже не бьют, не ранят.

И жизнь их не стезя, а просто файл.

Чуть что не так (погиб, попал в кутузку),

есть способ избавления от бед –

скорее запустить перезагрузку…

...

[MZ] : а фоттт и йа! фсем чмоки!

[efes] : хай )

[Margaritk@] : превед!!!

человечки

И увидел Бог всё, что Он создал,

и вот, хорошо весьма…

Бытие 1:31

Почемучка, сев на тучке, смотрит сквозь прозрачный купол

на невзрачную планетку. Взгляд усталый из-под век.

Непоседе стало скучно, захотелось новых кукол:

горсть земли, набор для лепки – получился человек.

Ай, поделка – просто чудо! Динозавров – в мусор, в печку,

и ни капельки не жаль их – нынче новая игра.

Богом быть совсем не трудно – для тщедушных человечков:

дай заветные скрижальки, а потом – чуть что – карай.

Безответные игрушки одеваются по спичке,

ходят строем, спят в коробках и смиренно терпят гнёт,

на игрушечных войнушках умирают по привычке,

с вдохновеньем и сноровкой, будто зная наперёд,

что игре не длиться вечно, что когда-нибудь под утро,

подивившись беспорядку, кто-то сильный и большой

бросит взгляд на человечков – бесконечный, чуткий, мудрый –

принесёт ведро и тряпку и вздохнёт: «Нехорошо...»

Выходной

Тяжёлые шаги всё ближе, ближе...

Кривая тень легла на аналой.

Я с высоты распятья ясно вижу,

как прежний мир становится золой.

Но, принимая пламя словно милость, –

как жарки и нежны его уста! –

Я, так же, как в Тот день, шепча: «Свершилось!»,

схожу – прочь! – с ненавистного креста.

Блаженство! – после вековечной муки –

вздохнуть легко, всей грудью, наконец,

размять, встряхнуть истерзанные руки