Этот шарлатан уже подозревает ТЕБЯ.

Но папе свои подозрения никогда не озвучит.

И ни к чему это не приведет. ТЕБЕ не о чем беспокоиться.

Я улыбнулась, вспомнив вытянувшееся лицо Драммарда, когда он увидел комнаты М.: все на своих местах, идеальный порядок, чистота, в шкафах и ящиках все вещи аккуратно развешаны, сложены. Ничего интересного.

В этом Лина была мне помощницей. Я поощряла ее регулярно проводить уборку в комнатах М., пусть сестра больше и не жила в них. Нигде ни паутинки, даже намека на пыль. Раковина, зеркало над ней, плиточный пол в ванной сияли чистотой, как и предпочитала М.

Окна открыты, свежий воздух. Никакой затхлости, напоминавшей нам о ее отсутствии.

Пора и честь знать, не так ли? Мысленно я велела Драммарду встать с кресла и откланяться, и тогда мы с папой, как обычно, сядем ужинать в столовой, наслаждаясь вкусной стряпней Лины и приятно проводя вместе время.

Сегодня четверг. На ужин тушеная говяжья грудинка с пастернаком и жемчужным луком. На десерт – папино любимое лаймовое желе с овсяным печеньем.

Значит, Драммард унюхал аппетитные ароматы, доносящиеся из кухни, где хлопочет Лина? Слюнки у него потекли, стальной взгляд потеплел? И его нервная холостяцкая душонка начала оттаивать в предвкушении приглашения от папы («Останьтесь, отужинайте с нами») и – что маловероятно, но все же шанс на это есть – от мисс Фулмер («О да, оставайтесь, прошу вас. Мы будем рады, если вы составите нам компанию»)? Надеюсь, что так. Только кукиш с маслом он получит, а не приглашение.

– Мистер Фулмер, если передумаете и все-таки разрешите осмотреть мне весь дом, дайте знать.

Эти слова были обращены исключительно к отцу. На меня Драммард даже не взглянул. Фу, какая грубая бестактность. Странно, что папа не отреагировал. Впрочем, папа джентльмен до мозга костей, не станет скандалить в такой ситуации.

– Мы не передумаем, мистер Драммард, – холодно отвечала я. – За свои услуги вы запросили немалые деньги, и мы рассчитываем, что вы проведете следствие по делу об исчезновения Маргариты как настоящий профессионал, не нарушая наш покой. Мы надеемся, что вы доведете до конца незавершенное полицейское расследование и найдете ее.

Моя резкая, отрывистая речь вынудила Драммарда бросить на меня свирепый взгляд, в котором отразилось все: мужское негодование, бессилие, ярость.

Но он не посмел непочтительно выразиться в присутствии отца, ведь папа был его заказчиком.

– Мисс Фулмер, именно это я и намерен сделать.

Нахлобучив фетровую шляпу на свою тупую круглую голову, как «частные детективы» в «нуарных» фильмах, Драммард попрощался – с мрачным видом пожал руку отцу, но мне лишь коротко кивнул, отводя в сторону свои стальные глаза.

С проказливо-злым выражением лица я проводила Драммарда к выходу, пожелала ему удачи и распрощалась с ним.

Из окна холла наблюдала, как частный детектив важно вышагивает, направляясь к своему автомобилю (эффектному, но старому «Бьюику»), припаркованному на обочине.

Глупец! И он еще думает, что способен запугать меня.

Глава 40

Шоссе слез.

Тем не менее, при всей моей неприязни к Драммарду, при всем моем презрении к нему, он сумел меня удивить!

Позвольте уточнить: Лео Драммарда я видела лишь однажды, в тот декабрьский день 1991 года. В нашей гостиной, в присутствии отца. Тогда частный детектив еще только приступал к своему бесполезному расследованию, которое растянулось на семь дорогостоящих месяцев. Даже представить трудно, сколько тысяч долларов на это ушло.

(Хитрый сыщик общался исключительно с папой – звонил ему в его городской офис или домой, но в такое время дня, когда я была на работе или еще где-то и не имела возможности подслушать разговор по другому аппарату, хотя подслушивать не в моих привычках. Папа назначил Драммарду щедрый гонорар, но продолжал высылать ему деньги на множество других расходов, пока детектив разъезжал по штату Нью-Йорк, останавливаясь в дорогих отелях: у того постоянно возникали «дополнительные» или «непредвиденные» траты.)

(Да, я умоляла папу не оплачивать последние из предъявленных Драммардом счетов, но отец, будучи джентльменом, даже слушать ничего не хотел.)

И все же от этого сомнительного типа мы узнали поразительную информацию, которую полиция ни разу не удосужилась нам сообщить. Оказывается, в ту пору, когда исчезла М., также пропало без вести немало и других женщин. Правда, позже они были найдены, их личности установлены, многие страдали амнезией. Эти женщины объявлялись в незнакомых для них местах. Как правило, они стали жертвами нападений, но не могли вспомнить своих обидчиков или хотя бы то, что с ними случилось.

Некоторые даже не помнили собственных имен.

У этих женщин диагностировали временную потерю памяти. Предполагалось, что они стали жертвами похищения, но потом похитители по какой-то причине решили их не убивать, а отпустить.