Читаем 4. Акбар Наме. Том 4 полностью

Вот рассказ об этом чудесном событии, способный послужить хроникой судьбы. В предшествующую ночь на крепость предприняли атаку со всех сторон, и в стене образовалось несколько проломов. Признаки повреждений у цитадели были налицо. Храбрецы завоевательной армии около сабата начали натиск и разрушили значительную часть цельной стены. Прошло полночи, прежде чем [крепостной] гарнизон устремился к пролому, и пока одни разбирались с разрушениями, другие доставляли муслин, хлопок, дерево и масло и заполняли всем этим пролом с целью поджечь кипу, когда подойдут газии. Так они рассчитывали остановить [противника]. В это время Его Величество увидел, как человек в латах, известных как хазар михи (тысяча когтей), что явно указывало на статус предводителя, подошел к пролому и стал руководить работами. Тогда не знали, кто он такой. Его Величество взял одно из особых ружей, Санграм, и прицелился. Он сказал Шуджаат-хану и радже Бхагавант Дасу, что, стреляя в хищного зверя, понял по испытываемому удовольствию и легкости рук — попал в цель. Хан Джахан сообщил: человек был там всю ночь и руководил операциями, и если не придет снова, станет очевидно — он убит. Через час Джаббар Кули Дивана доложил, что враг исчез. В то же время в нескольких местах в крепости развели костры. У придворных имелись разные мнения по этому поводу, но раджа Бхагавант Дас считал, что это Джохар [сожжение]. В Индии есть обычай: когда приходит беда, разводят огромный костер из сандалового дерева, алоэ и т.д., с добавлением хвороста и масла. Затем жестокосердному доверенному мужу поручают женщин. Как только

узнают о поражении и смерти мужчин, этот непоколебимый человек превращает невинных женщин в пепел. В самом деле поутру, когда подул ветерок победы и власти, выяснилось, что мушкет Шахиншаха сразил Джаймала⁷, управителя крепости, и разом поверг и его, и цитадель. Костры действительно были Джохаром, и их развели в доме одного из ближайших слуг раны, Паты, принадлежавшего к клану 321 Сисудия, а также в доме Ратхоров, главой которого являлся Сахиб-хан. Также большой костер разложили в доме Чуханов⁸, глава которого — Айссар Дас. Около трехсот женщин сгорело в этом разрушительном пламени⁹. И хотя в ту ночь никто не оставался у пролома, а все, пораженные смертью Джаймала, забились в угол отступления, всё же соблюдались меры предосторожности, и героев и газиев созвали отовсюду и направили в крепость на рассвете. Когда поднялся утренний ветерок славы, энергичные молодые ратники и храбрые воины покинули батареи, и вошли в крепость, и начали убивать и брать в плен. Раджпутов покинула нить размышления, и они сражались и погибали. По приказу доставили от сабата подвижных и опытных слонов. Сначала привели и поставили у основания стены Гирдбаз Дхокара. Затем — Мадхукара, Джангию, Сабдалию и Кадиру. Каждый из них был способен на невообразимое.

Два войска с поднятыми копьями

Затаились в засаде и выстроились в ряд — Обладатели железных кулаков, способные перекусить сталь, Все знамениты и облачены в сталь.

Герои размахивали мечами, красными от крови.

Один жизнь отдавал, другой устремлялся вперед.

Они рубили мечами хоботы слонов. Казалось, змеи сыпались с небес¹⁰, Предводитель на могучем свирепом слоне Непрестанно натягивал тетиву¹¹.

Кто-то отдавал долг ненависти копьем и мечом.

Иногда сердце разрывалось, а порой дух захватывало.

Тюльпаны рисовал его кинжал.

Дождь [лился] из колец доспехов героев.