Читаем 4. Акбар Наме. Том 4 полностью

Среди событий тех дней — основание Нагарчаина²⁸ и игра в поло. Зодчий мастерской диковин и геометр чудес пожелал, дабы священная личность Его Величества Шахиншаха стала вместилищем таких совершенств, что величие его проявлялось бы во всём; повсюду у него возникали прекрасные мысли, и везде являл собой он небывалую красоту. Таким образом, Шахиншах обратил внимание на обновление и украшение селения Какрали. Эта страна цветов славилась среди других приятных мест климатом и располагалась в одном фар-санге от Агры. Его Величество частенько останавливался здесь, когда выезжал из города на охоту. И наслаждался этой забавой, и тешил разум ловлей зверей и птиц (соколиной охотой) в лугах. Возвратившись из Манду в столицу, он издал указ, чтобы там возвели крестьянские жилища и разбили украшающие жизнь сады. Архитекторы заложили фундаменты восхитительных домов в благополучный час и во время установленного положения звезд, благоприятного для закладывания основ удовольствия. Вскоре усердные строители закончили свой труд. А военачальники и другие слуги строили жилища и разбивали сады, соответствующие их положению. Вскоре всё было так обустроено, что походило на миниатюрный город. Его Величество назвал это святое место Нагарчаином — городом отдыха. Он часто играл там в поло и наслаждался охотой.

237

В тот год прибыл посол шаха Тахмаспа, правителя Персии, и привез в подарок диковины своей страны. Султан Махмуд из Бакара попросил [через того] назначить его Ханлар-хани, то есть Хан-хана-ном; но поскольку имелись военачальники более достойные, чем он, которые, учитывая свое положение и достоинства предшественников, не просили об этом назначении, его просьбу отклонили. Он послал много золота шаху, ныне покойному, в надежде, что судьба начнет благоволить ему [Султан Махмуду] после рекомендации того. Шах удовлетворил его просьбу и написал по этому поводу письмо. Но поскольку Хедив Мира восседал на маснаде [подушке] непредвзятости и справедливости, разменной монетой должны были явиться заслуги, а не чья-то рекомендация. Особенно если учесть, что сей высокий пост занимал сам Муним-хан. Таким образом, просьбу шаха отклонили, а посла отпустили в соответствии с обычаями принцев.

Глава 55

Попытка мирзы Мухаммад

Хакима обрести приют при мироохраняющем Дворе Шахиншаха, отнятие Кабула у мирзы Сулеймана и прочие удачные события

Уже было рассказано, как мирза Сулейман избавился от недостойного и злосчастного Абу-л-маали и оставил бадахшанцев в Кабуле. Он не ценил права возвышенной семьи и вершил труд врага под одеянием друга. И постоянно пытался наложить руку на Кабул

238

и оставить мирзу Мухаммад Хакима в одном из районов Бадахшана. Хотя верные кабульцы и понимали в какой-то степени намерения мирзы Сулеймана, однако, поскольку поведение [его] выглядело странно, они не были вполне уверены в этом деле. Наконец, он не удовольствовался числом воинов, уже посланных им, и начал отряжать новых. Однажды отправил Абд-ар-Рахман бека, сына Мир Тулака Кадими, с отрядом, а в другой раз выслал войска во главе с Тангри Барди куш-беги. Подозрения кабульцев подтвердились, и они приняли меры, чтобы поправить дела. Главную роль в этом сыграли Ходжа Хасан На-кшбанди, Баки Какшал, Сиундак, Али Мухаммад Асп, Банда Али Май-дани с прочими майдани и ходжа хизрияни, Яр Мухаммад Ахунд, Фируз и Халифа Абд-ал-лах. Они послали сообщения о происходящем Мухаммад Хакиму, который пришел в годы благоразумия, и тот, находясь в затруднительных обстоятельствах из-за скупости и дурного поведения бадахшанцев, одобрил их обеспокоенность и приступил к изгнанию бадахшанцев. Он отобрал земли Газни у Кара Ятима и сына Хусейна Кабули, дарованные им мирзой Сулейманом, и передал их Касим беку парванчи. Бангаш забрал у Мурад Ходжи и отдал его собственным слугам. Джалалабад и его владения до Инда, которые мирза Сулейман назначил Кази-хану [Бадахши], Саид-хану, Мубариз-хану и Баха-ад-дин-хану, [Мухаммад Хаким] сделал своими государственными землями. Мало-помалу он ослабил аркан притеснения, что бадахшанцы набросили на Кабул, и изгнал их всех с этих земель, и те были повержены и отправились к мирзе Сулейману. Беглец из Газни повстречал на перевалах Хинду Коха мирзу Сулеймана, который шел в Кабул, чтобы уладить дела, и рассказал ему обо всём произошедшем. После чего тот поспешил в Кабул. Когда Мухаммад Хаким получил известия о его приближении, то вверил крепость Баки Какшалу и нескольким преданным людям, а сам с отрядом верных сторонников отправился в сторону Джалалабада и Пешавара. Мирза Сулейман, подойдя к реке Баран, задержался там на несколько дней, чтобы дать отдых своим людям. Зная, что мирза пошел к Джалалабаду, он отложил завоевание Кабула до следующего времени года и от Дех-Минара направился в Джалалабад, собираясь захватить в плен Мухаммад Хакима. Когда последний прибыл в Даку¹, было получено ложное известие, что мирза Сулейман не преследует его, и потому Мухаммад Хаким повернул и двинулся к Кох-и-Барану².