Читаем 2666 полностью

Жертву звали Эрика Мендоса. У нее было двое маленьких детей. Двадцать один год. Ее муж, Артуро Оливарес, ревновал и регулярно ее поколачивал. Той ночью, когда он решил ее убить, мужик напился, да еще и кузен был рядом. Они смотрели по телевизору футбольный матч и разговаривали о спорте и женщинах. Эрика Мендоса телевизор не смотрела, потому что готовила ужин. Дети спали. Вскоре Оливарес встал, взял нож и попросил кузена пойти с ним. Они вдвоем повели Эрику через шоссе на Пуэбло Асуль. Оливарес заявил, что поначалу женщина не протестовала. Потом они зашли подальше в пустыню и начали ее насиловать. Первым ее изнасиловал Оливарес. Затем сказал кузену сделать то же самое, но тот поначалу отказался. Но Оливарес был в таком состоянии, что лучше было подчиниться. Когда кузен закончил, Оливарес взялся за нож. Потом они руками вырыли неглубокую по всем меркам яму и бросили туда труп жертвы. Когда возвращались домой, Сеговья боялся, что Оливарес сделает то же самое с ним или с детьми, но у того, похоже, свалился с души груз — он шел расслабленный (ну, естественно, с поправкой на обстоятельства расслабленный). Дальше они продолжили смотреть телевизор, потом поужинали, и где-то через три часа Сеговья пошел домой. Идти ему пришлось долго и муторно — время-то какое уже было. Он минут сорок пять плелся до района Мадеро, где еще полчаса ждал автобуса Авенида-Мадеро — Авенида-Карранса. Вышел в районе Карранса и отправился на север, через район Веракрус и район Сьюдад-Нуэва, пока не пришел к проспекту Сементерьо, откуда уже прямиком зашагал к своему дому в районе Сан-Бартоломе. В общей сложности получилось четыре часа. Когда добрался до дому, уже рассвело, правда, поскольку было воскресенье, народу на улицах оказалось немного. Счастливая развязка дела Эрики Мендосы восстановила доверие к полиции со стороны журналистов.

Правда, не всех журналистов, а только тех, что работали в штате Сонора, — а в Мехико группа феминисток под названием «Женщины в действии» (ЖД) выступила в одной телепрограмме, обличая непрерывный ряд убийств в Санта-Тереса и требуя послать туда столичных полицейских, чтобы разобраться в ситуации, поскольку местная полиция не способна — возможно, находясь в сговоре с убийцами — решить проблему, которая уже по всем параметрам выглядела неприлично. В той же программе речь шла о серийном убийце. Кто стоит за этими смертями? Серийный убийца? Два серийных убийцы? Три? Ведущий программы упомянул Хааса, который сидел в тюрьме, а между тем дата его суда даже еще не была назначена. «Женщины в действии» сказали, что Хаас, скорее всего, козел отпущения, и пригласили ведущего озвучить хоть какую-нибудь серьезную улику, указывающую на то, что убийца — он. Также разговор зашел о ЖСДМ, сонорских феминистках, о подругах, которые трудились и заявляли о своих требованиях в самых что ни на есть недружественных условиях, и заявили, что не верят ни одному слову ясновидящей, что выступала с ними в программе, — мол, старушка ничего толком не знает, а хочет попиариться за их счет.

Временами Эльвире Кампос казалось, что вся Мексика сошла с ума. Смотря по телевизору программу с женщинами ЖД, она узнала в одной из них однокашницу. Как же та изменилась… Сильно постарела, с ужасом осознала она, у нее больше морщин, щеки брылями повисли, но это был тот же человек! Доктор Гонсалес Леон. Интересно, она все еще практикует? И с чего такое презрение в адрес ясновидящей из Эрмосильо? Директрисе психиатрической больницы Санта-Тереса очень захотелось расспросить Хуана де Дьос Мартинеса, но она знала: это значит сблизиться, войти, вместе, в закрытую комнату, от которой только у нее есть ключ. Иногда Эльвира Кампос думала, а не уехать ли ей из Мексики. Или покончить с собой до того, как исполнится пятьдесят пять. Или все-таки пятьдесят шесть?

В июле нашли труп женщины в пятистах метрах от обочины шоссе на Кананеа. Жертва была полностью обнажена и, согласно мнению Хуана де Дьос Мартинеса, который занимался делом до того, как его передали судейскому Лино Ривера, убийство было совершено прямо на этом месте: в сжатой в кулак руке женщины нашли траву сакате, которая росла только в этом районе. Как сказал судмедэксперт, смерть произошла в результате черепно-мозговой травмы и трех ран, нанесенных колюще-режущим предметом в области груди; однако более подробного вердикта он вынести не смог в связи с тем, что далеко зашедшее разложение не позволяло это сделать без дальнейшего патологоанатомического исследования. Данное исследование провели три студента-медика из Университета Санта-Тереса, его результаты были переданы в архив и там утеряны. Жертве исполнилось пятнадцать или шестнадцать лет. Ее так и не опознали.