Читаем 2666 полностью

Следующую убитую женщину нашли рядом с шоссе на Эрмосильо, в десяти километрах от Санта-Тереса, два дня спустя после того, как обнаружили труп Люси Энн Сандер. Тело увидели четверо работников ранчо и племянник хозяина. Они уже в течение двадцати часов искали убежавшую скотину. Все пятеро ехали верхом, и, убедившись, что перед ними женский труп, племянник послал одного из работников обратно на ранчо — сообщить хозяину; остальные не двигались, с удивлением разглядывая совершенно ненормальную позу, в которой находился труп, — головой в засыпанной яме. Словно убийца, без сомнения сумасшедший, решил: похоронил голову — и достаточно. Или думал, что если засыпать землей голову, то остальное тело будет недоступно взору. Женщина лежала лицом вниз, руки вдоль тела. На обеих руках не хватало указательных и безымянных пальцев. На одежде виднелись пятна засохшей крови. Одета она была в платье из тонкой фиолетовой ткани с застежкой спереди. На ней не обнаружили ни чулок, ни туфель. Уже потом судмедэксперт установил, что, несмотря на множественные ножевые ранения в области груди и предплечий, причиной смерти стало удушение с переломом подъязычной кости. Следов изнасилования не нашли. Делом занимался судебный полицейский Хосе Маркес: он не замедлил установить личность погибшей — Америка Гарсия Сифуэнтес, двадцати трех лет, работала официанткой в баре «Серафиноc», принадлежавшем Луису Чантре; на означенного Чантре в полиции лежало объемное досье: тот баловался сутенерством и, как говорили, подрабатывал полицейским информатором. Америка Гарсия Сифуэнтес снимала дом с еще двумя девушками, тоже официантками, но те не сказали ничего существенного для следствия. Единственное, что было бесспорно установлено, выглядело так: Америка Гарсия Сифуэнтес вышла из дома в пять вечера и пошла в «Серафиноc», где и проработала до четырех утра, когда бар закрылся. Домой она больше не вернулась. Судейский Хосе Маркес задержал на пару дней Луиса Чантре, но у того оказалось железное алиби. Америка Гарсия Сифуэнтес была родом из штата Герреро и уже пять лет проживала в Санта-Тереса, куда прибыла вместе со своим братом, который сейчас находился в Соединенных Штатах (как свидетельствовали ее коллеги по работе) и с которым она не переписывалась. Еще несколько дней Хосе Маркес допрашивал некоторых клиентов «Серафиноc» — безрезультатно.

Две недели спустя, в мае 1994 года, прямо на выходе из школы «Диего де Ривера», в районе Ломас-дель-Торо была похищена Моника Дуран Рейес. Ей было двенадцать, ученицей она слыла хорошей, пусть и немного беззаботной. Это был ее первый год в средней школе. Отец и мать работали на фабрике «Мадерас-де-Мехико», поставлявшей в США и Канаду мебель в колониальном и деревенском стиле. У нее была младшая сестра, тоже школьница, а также старшая, девушка шестнадцати лет, работавшая на фабрике по производству кабеля, и старший брат — мальчик пятнадцати лет, который трудился на той же фабрике, что и родители. Тело обнаружили спустя два дня после похищения, на обочине дороги Санта-Тереса — Пуэбло-Асуль. Она лежала одетая, рядом валялся портфель с книгами и тетрадями. Согласно протоколу судмедэкспертизы ее изнасиловали и задушили. Далее в ходе следствия некоторые ее подруги показали, что видели, как Моника садится в черную машину с тонированными стеклами, возможно, «перегрино», или «мастерроуд», или «силенсьосо». Никто ее не тащил силком. У нее было много времени, чтобы закричать, но она не кричала. Более того, разглядев одну из подруг, помахала ей рукой — до свидания, мол. И Моника не казалась напуганной.