Читаем 2013 год полностью

В самом конце 1970-х годов Андрей покинул свой родной Талды-Курган и приехал в Ленинград, где поступил в музыкальное училище по классу скрипки. Однако, как и многих молодых людей того времени, его привлекал не столько путь постижения секретов скрипичного мастерства, сколько путь духовного совершенства, и не случайно, наверное, поэтому в очень скором времени он стал членом небольшой оккультной группы, собиравшейся в крохотной комнатке питерской коммуналки, одной из жилиц которой была знаменитая органистка Нина Оксентян, смотревшая на эти сборища квадратными от ужаса глазами. Опираясь на духовные практики буддизма, христианства, йоги, каббалы, даосизма и шаманизма дона Хуана, члены этой группы устраивали медиумические сеансы, предавались индивидуальным медитациям и прочим аутотренингам. Из рассказов Андрея можно было заключить, что все то, чем они тогда занимались, вообще-то не выходило за пределы нормативно-джентльменского оккультного набора тех лет, правда, за одним серьезным исключением: на одном из медиумических сеансов им было сообщено, что вскоре должен произойти некий грандиозный глобальный катаклизм, который уничтожит всю цивилизацию и большую часть земного населения, и что на членов группы возложена грандиозная миссия – быть учителями и вождями нового человечества. Я не буду подробно останавливаться на рассказе Андрея о том, как он ходил по улицам Ленинграда, сознавая, что все это будет уничтожено, что всего этого больше никто никогда не увидит, и мучаясь от мысли, что ни знакомым, ни близким, ни родным он не может поведать об этом, ибо эту тайну не должен был знать никто, кроме членов его группы. Так шел день за днем, и вот на очередном медиумическом сеансе была объявлена точная дата катаклизма. На этот сеанс явились все великие учителя человечества: и Будда, и Христос, и Шри-Аурабиндо, – и каждому члену группы дано было персональное задание и указано персональное место Советского Союза, которое останется невредимым после катаклизма и из которого должна была начинаться их великая миссия. Кому-то выпало ехать в Закавказье, кому-то в сибирскую глубинку, а Андрею выпал его родной Талды-Курган, также входивший в число тех немногих мест, которые должны были уцелеть после конца света.

С самого раннего утра условленного дня в родительском доме Талды-Кургана Андрей не отходил от радио: он ждал обещанных вестей. Но вот день прошел, а никаких вестей так и не было. Не было их и на следующий день, и на день, наступивший после следующего. Не было их и на следующей неделе – их не было вообще. По прошествии какого-то времени Андрей решился наконец возвратиться в Ленинград, куда начали подтягиваться постепенно и другие сбитые с толку члены группы. Наверное, они вели между собой беседы, подобные беседе двух учеников по дороге в Эммаус, пока к ним не присоединился Христос, но дело не в этом, а в том, что вскоре в Ленинград вернулся еще один участник группы, ради которого я и пересказываю эту историю, ибо в этом, по-моему, и заключается самое интересное. Этот человек был уверен, что предсказанная катастрофа свершилась, земная цивилизация уничтожена и большая часть человечества погибла, а то, что все как бы осталось по-прежнему, невредимый Ленинград стоит на своем месте и он сидит в крохотной комнатке питерской коммуналки в прежней компании посвященных, в то время как за стенкой продолжает нервничать знаменитая органистка Нина Оксентян, – все это лишь кажимость, лишь майя, лишь демоническое наваждение, которое послано ему как искушение и как испытание. Никакие уговоры, никакие доказательства не могли убедить его в обратном, и он твердо стоял на своем, что и привело его в конце концов в психиатрическую лечебницу.

5

Конечно же, к этой истории можно относиться по-разному, но мне она кажется крайне поучительной. Меня восхищает стойкость и бесконечная преданность идее, несмотря ни на какие внешние обстоятельства и ни на какие самые убедительные доказательства.