Во-первых, цех они могли заменить разве что очень маленький. А ежели большой, то в случае резкого сокращения программы выпуска. Ибо обрабатывающие центры, концентрируя обработку, не уменьшают машинного времени. А потому в массовом производстве не применяются. Сам факт их появления там, где производится стрелковое оружие, говорит о серийности красноречивей, нежели любая статистика.

Во-вторых, раз уж начали разговор, не мешало бы сообщить, что за фирма поставила ценное оборудование? Неужели отечественная? Но уж, наверное, этим бы похвастались! А, значит, машины импортные? В РФ станкостроение стремится к нулю! В 1990 г. выпущено 16,7 тыс. станков с ЧПУ, в 1996-99 гг. — по 100 штук! И это отнюдь не обрабатывающие центры! Доля станков высокой и особо высокой точности упала с 16 % до 1,3 %. (Данные из «Белой книги» С. Глазьева, С. Кара-Мурзы, С. Батчикова, изданной в 2003 г.).

А если станки импортные, нетрудно представить положение оружейников, когда от них потребуется наращивать производство! В случае большой войны — заказать негде, запасных частей нет! Сохранились ли прежние технологические цепочки? И как их обеспечить рабочими, если ПТУ готовят парикмахеров, а не токарей и фрезеровщиков? Нет, я подожду завидовать ижевчанам!

И как вам нравится поразительное сосредоточение производства оборонных изделий на считанных заводах? «Все яйца не кладут в одну корзину» — правило для европейцев и американцев, но не для российских «демократов»! АК производит один Ижевск, «Тополя» — только Московский институт теплотехники, снаряды для танковых пушек — тоже единственное предприятие! Как будто специально создаются идеальные условия для вероятного противника! Очередной парадокс «оборонки»? Право же, их устанешь перечислять!

По всему, нам пора думать о мобилизации! И не думать, а делать! Время уходит, мы съезжаем в конец списка цивилизованных государств. Как не понять, что народ надорвался в битве с фашизмом, в Отечественной войне 1941-45 гг.? И хотя после неё нашёл силы на восстановление хозяйства, космос, атом и противостояние в холодной войне, но ушло поколение победителей, а дети и внуки, увы, оказались не на высоте.

Однако прошло достаточно времени. Не пора ли встряхнуться и объявить новую мобилизацию, на этот раз не для борьбы с фашизмом и не во имя мира на Земле, а для сохранения Человечества? Кажется, никому, кроме нас, это неинтересно!

Вы спросите, а при чём здесь «оборонка»? А при том, что без неё никакая мобилизация невозможна: не дрекольем же сражаться? Грядет мировой кризис, который так и хочется назвать вселенским, и для того чтобы мы встретили его во всеоружии, надо, чтобы от нашей «оборонки» осталось хоть что-нибудь!

И то, что я, снарядник с 35-летним стажем, как никто знающий реальное состояние отрасли, всё же надеюсь на неё — это тоже один из парадоксов «оборонки»! Последний в этой статье, но далеко не последний во времени!

Ю.М. ШАБАЛИН

ОТДЕЛ РАЗНЫХ ДЕЛ

ВАЖНОСТЬ ТРИБУНАЛА

Комитет по Гражданскому Трибуналу Национальной Ассамблеи появился по предложению фракции национал-патриотов.

Сама концепция Трибунала возникла еще до создания Ассамблеи. В плане ее реализации на народно-патриотической конференции был учрежден Московский гражданский антифашистский трибунал и принята антифашистская декларация. Инициаторы проекта Гражданского Трибунала рассматривают этот процесс, в отличие от Нюрбергского, как суд не над структурами, а над явлением, которое, по их мнению, начинает распространяться в нашей стране. Один из авторов этого проекта, председатель комитета по Гражданскому Трибуналу Валерий Смирнов обосновывает свое предложение.

— Валерий Марксович, в чем суть такого органа, как Гражданский Трибунал?

— Гражданский Трибунал — это не юридическая инстанция, он не подменяет собой органы правосудия и не является альтернативной судебной властью. Его задача — дать политическую оценку конкретным действиям, путем которых формально демократический режим преобразуется в фашистский. На мой взгляд, решения Трибунала должны быть скорее сходны с вердиктом присяжных, которые от лица гражданского общества выносят принципиальные оценки: «виновен» или «не виновен». Юридическую оценку должны давать другие инстанции, возможно, в том числе, и международные. Для этого у нас есть Конституция и законы, как бы защищающие права граждан. Вот в этом «как бы» и вся суть, отличающая демократическое государство от тоталитарного.