Читаем 1c2b9509b53cb0837976a7dc6c8bcd37 полностью

Если проанализировать все транзакции блока, в том числе связанные со

смарт-контрактами, можно рассчитать совокупный объем газа, требуемый на

обработку всего блока. Поэтому в сети Ethereum размер блока ограничен не

объемом в байтах, как в Биткоине, а в максимально допустимом количестве

газа на один блок. Получается, что в блоке может быть и небольшое число

транзакций, но многие из них могут оказаться весьма «газозатратными», поэтому лимит может быть достигнут довольно быстро. На текущий момент

лимит на один блок составляет величину около 8 млн единиц газа, что

позволяет поместить в один блок Ethereum максимально чуть меньше четырех

сотен стандартных транзакций. Предполагается, что лимит газа на блок будет

расти по мере естественного увеличения вычислительных возможностей узлов

сети.

Теперь становится понятно, почему концепт смарт-контрактов имеет ряд

очевидных преимуществ по сравнению с контрактами обычными. Однако

нельзя не обратить внимание на то, что и здесь есть свои уязвимости.

Поскольку смарт-контракты создаются самими участниками сети, в этом

процессе присутствует так называемый «человеческий фактор». Такой, например, как профессиональная квалификация программистов, создающих

алгоритмы и программные коды. За несколько лет существования проекта

Ethereum было отмечено много случаев, когда ошибки, допущенные

программистами при написании кодов смарт-контрактов, приводили к

серьезным финансовым потерям.

Этот факт часто используется в критических оценках подобных систем, поскольку его сложно избежать в силу полной открытости и децентрализации

сети. В феврале 2018 года сводная группа экспертов объявила, что около 34

000 смарт-контрактов в сети Ethereum имеют потенциальные проблемы и

уязвимости, о которых пока не подозревают их владельцы. Были случаи, когда

из-за ошибок в кодах смарт-контрактов злоумышленники похищали десятки

миллионов долларов. Для того чтобы минимизировать риски, авторам смарт-

контрактов рекомендуется уделять больше времени их тестированию, а также

заказывать аудит кода у признанных профессионалов отрасли.

Наконец настало время рассмотреть, какие функции в основном выполняют

смарт-контракты в сети Ethereum на текущий момент. Согласно статистике, всего в сеть было помещено чуть менее 2 млн смарт-контрактов, из которых

около полумиллиона находятся в «активном» состоянии. Общее же количество

транзакций, связанных со смарт-контрактами, оценивается более чем в 100

млн. Определенная часть смарт-контрактов обеспечивала деятельность

децентрализованных криптовалютных бирж, поддержку внебиржевых сделок

между контрагентами, а также организацию криптоигр, некоторые из которых

завоевали широкую популярность. Но все же подавляющее большинство

смарт-контрактов были задействованы для обеспечения выпуска и обращения

цифровых криптожетонов, или так называемых токенов. Именно проект

Ethereum дал старт интереснейшему и весьма масштабному явлению в

цифровом децентрализованном мире под названием «токенизация», описание

которого потребует отдельного подробного рассказа.

Токенизация

Каждая блокчейн-платформа имеет свою основную криптовалюту в виде

цифровых монет, или, как их еще называют, коинов — от английского слова

coin («монета»). Эмиссия собственной криптовалюты обычно продиктована

необходимостью создавать монетарную мотивацию для узлов, поддерживающих стабильную работу сети. В частности, в проектах Биткоин

или Ethereum существуют собственные базовые криптовалюты, которые

используются как для выплат майнингового вознаграждения, так и оплаты

транзакционных комиссий. В дополнение к этому эти криптовалюты

применяются еще и как платежные средства и даже как инструменты для

инвестиций. Хотя, например, первоначальная идея проекта Ethereum подобного использования своих монет не предполагала, но это стало одним из

естественных последствий эксплуатации возможностей проекта. Для

поддержки децентрализованных проектов, которые хотели бы иметь

собственные цифровые активы, платформа Ethereum предложила

возможности для их создания. Данный тип активов начали называть

цифровыми криптожетонами или просто токенами (от английского token —

«жетон»). Главное отличие токенов от коинов — отсутствие собственной

блокчейн-инфраструктуры; они стали технологической надстройкой над уже

существующей сетью, которая обеспечивала их эмиссию и

децентрализованное обращение.

Для чего же разработчикам проектов на базе сети Ethereum могли

понадобиться собственные токены и почему они не захотели использовать для

своих нужд уже имеющуюся криптовалюту сети — эфир? Во-первых, они не

хотели попадать в зависимость от ценовой рыночной конъюнктуры монет

эфира. Колебания цены базовой криптовалюты проекта могли быть весьма

значительными, и, как показали дальнейшие события, эти предположения

оказались верными. Но главной причиной был тот факт, что эфир подходил

далеко не для всех проектов, поскольку их потребности выходили за рамки

обычных свойств криптомонет. У ряда проектов возникла необходимость

создать новый тип цифровых активов, коренным образом отличающийся от