Читаем 1919 полностью

Так что в конце концов Джо все-таки пришлось поехать в Джорджтаун узнавать, где Джейни. Мать была дома, и сестренки тоже, и все наперебой стали рассказывать, что собираются отремонтировать дом на десять тысяч страховой премии, подученной после смерти отца, и хорошо бы ему поехать на кладбище посмотреть могилу, но Джо сказал, чего ради, и поторопился уйти. Они засыпали его вопросами, расспрашивали, как ему живется, и он не знал, что им к черту отвечать. Они дали ему адрес Джейни, но не знали, в котором часу она уходит из своей конторы. Он зашел в театр Беласко и купил билеты и опять пошел в Риггс-билдинг. Он столкнулся с Джейни, когда она выходила из лифта. Она была нарядно одета, и подбородок был вздернут как-то по-новому, независимо и задорно. Он был так рад встрече, что даже испугался, как бы не разреветься. И голос у нее стал другой. Она говорила быстро и отрывисто и каким-то вызывающим тоном, какого у нее никогда раньше не было. Он повел ее обедать и в театр, и она ему рассказала, как ей замечательно служится у Дрейфуса и Кэрола и с какими интересными людьми она встречается. В ее присутствии он чувствовал себя жалким бродягой.

Потом он довел ее до дому - она жила вместе с приятельницей - и поехал в трамвае на вокзал. Он сел в вагон для курящих и закурил сигару. На душе было мерзко. На другой день он отыскал в Нью-Йорке одного знакомого парня, и они вместе выпили и подцепили каких-то баб, и и еще через день он сидел на скамейке в Юнион-сквер с головной болью и без гроша в кармане. Он нашел корешки билетов в театр Беласко, куда водил Джейни, и аккуратно уложил их вместе с прочими мелочами в сигарную коробку.

Следующий корабль, на который он нанялся, была "Северная звезда", идущая в Сен-Назер с грузом консервов; все знали, что это вовсе не консервы, а боеприпасы, и команде была обещана премия за прохождение опасной зоны. "Северная звезда" была плавучим гробом, раньше она перевозила руду на Великих озерах и текла так, что чуть не все время приходилось выкачивать воду, но Джо нравились ребята, и харчи были замечательные, и старик капитан Перри был чудеснейший старый морской волк. Он несколько лет прожил на суше в Атлантик-Хайлендс, но снова нанялся на корабль, соблазнившись большим жалованьем: он копил деньги на приданое дочери, страховую премию она, во всяком случае, получит, говорил он помощнику, хрипло посмеиваясь; Джо слышал этот разговор. Плавание было легкое, попутный ветер дул все время, покуда они не вошли в Бискайский залив. Когда они увидели низкое и песчаное французское побережье у устья Луары, было очень холодно и море было совершенно спокойно.

Они подняли флаг, сообщили имя корабля, и радио работало без перерыва, и они, надо сказать, здорово переволновались из-за мин, пока не подошел французский патрульный катер, который ввел их в реку по извилистому каналу между минными полями.

Увидев в дымном сумраке шпили, и длинные ряды серых домов, и невысокие скученные трубы Сен-Назера, ребята принялись хлопать друг друга по спине и заговорили о том, как они сегодня вечером надерутся.

На самом же деле они бросили якорь посредине реки, и капитан Перри и первый помощник съехали на берег в шлюпке, и их поставили в док только через два дня, так как в порту не было места. Когда ребята сошли на берег поглядеть на мамзелей и на vin rouge [красное вино (франц.)], им пришлось при выходе из порта предъявить паспорта краснолицему стражу в синем с красной обшивкой мундире и с черными закрученными усищами. Блэки Флэннеген уже присел на корточки за его спиной, и кто-то уже собирался как следует влепить ему, как вдруг старший механик закричал им с той стороны улицы:

- Да бросьте вы! Вы что, не видите, это же французский фараон! Хотите, чтобы вас забрали тут же в порту?

Джо и Флэннеген отделились от прочих ребят и пошли поглядеть город. Улицы были вымощены булыжником, страшно короткие и смешные, и старухи все были в белых кружевных чепцах, и все кругом, казалось, вот-вот развалится. Даже собаки были какие-то особенные, лягушечьи собаки. Они добрались до трактира с вывеской "Американский бар", но он ничуть не походил ни на один бар, который им случалось видеть в Штатах. Для начала они взяли бутылку коньяку. Флэннеген сказал, что город похож на Хобокен, а Джо сказал, что он, скорей, похож на Вильфранш - он был там, когда служил в военном флоте. Американские доллары куда угодно заведут, если не давать себя околпачивать.

В трактир зашел еще один американец, и они разговорились, и он рассказал, что плавал на "Освего" и что в них пустили торпеду в самом устье Луары. Они угостили его коньяком, и он рассказал, как это было подводная лодка начисто разнесла бедный старый "Освего", когда дым рассеялся, он сложился вдвое, точно перочинный ножик. По этому поводу они выпили еще бутылку коньяку, а потом тот парень повел их в один знакомый дом, и там были еще ребята из их команды, и все пили пиво и танцевали с барышнями.