Читаем 1612-й. Как Нижний Новгород Россию спасал полностью

В ходе первых обсуждений кандидатура Михаила Романова была отклонена. Участник событий Федор Боборыкин писал, что земские чины и бояре не испытывали уважения к Михаилу. Вспоминали, что боярин Иван Никитич Романов действовал заодно с Мстиславским и настаивал на приглашении поляков в Кремль. Что сам Михаил Романов в течение всей осады неотлучно находился при дяде в Кремле.

Земский собор заседал уже третью неделю, не сильно приблизившись к решению главного вопроса. Круг кандидатов сузился, но ни один из них не смог получить большинства. Вариант с жеребьевкой был отвергнут. Но Собор твердо решил довести дело до конца: «да не отступят от места сего, преж даже не изберетца царь Московскому государству». И именно с этого времени стал намечаться перелом настроений в пользу Михаила.

Второго февраля романовская партия добилась первого небольшого успеха. Было решено направить в Польшу гонцов с поручением добиваться освобождения из плена Филарета Романова, Василия Голицына и их товарищей. На Михаила начал работать авторитет его отца — фигуры тоже весьма неоднозначной.

Федор Никитич (Филарет) Романов принадлежал к числу крупнейших политиков России своего времени, в котором честолюбие сочеталось с умом и характером. Он сам был уже ветераном сражений за престол. Усилия Романова по свержению Годуновых закончились его отправкой в монастырь. Чин митрополита монах Филарет получил из рук Лжедмитрия I, сан тушинского патриарха — из рук Лжедмитрия II. Возглавляя де-факто тушинское правительство, Романов активно работал на свержение Василия Шуйского руками самозванца, а затем поддержал кандидатуру царевича Владислава. Но когда поляки повели свою игру и трон опустел, Филарет стал продвигать на царство своего сына Михаила, из-за чего во многом и был подвергнут польским репрессиям. И он имел мужество выступить против решения Семибоярщины о сдаче Смоленска, чем снискал себе популярность среди патриотов. Казаки хорошо знали Филарета по тушинскому лагерю и уважали его.

Прежние избирательные кампании Романовых заканчивались неудачей, но каждая понемногу приучала Россию к их имени. Многолетние усилия отца приносили плоды сыну. Фамилия Романова звучала все чаще в стенах Успенского собора. Партия Романовых на Соборе ширилась, у нее появлялись все новые сторонники, которые проявляли все большую организованность. Огромную роль сыграла поддержка Романова таким союзником, как духовенство Троице-Сергиева монастыря.

Земские власти бдительно следили за всем, что творилось в Кремле, пресекая сепаратные действия отдельных группировок в стенах Собора. Романовская партия решила собраться на московском подворье Троице-Сергиева монастыря, у Богоявления на Торгу в Китай-городе. Авраамий Палицын был участником встречи (владыка Дионисий предпочел остаться в тени) и рассказывал, как на Троицкое подворье явились «многие дворяне, и дети боярские, и гости многих разных городов, и атаманы, и казаки». Имена главных организаторов февральского совещания точно неизвестны, но их, очевидно, нужно искать среди наиболее отмеченных сразу по воцарении Михаила — князь Иван Черкасский, князь Афанасий Лобанов, Константин Михалков, Владимир Вешняков.

Собравшиеся на Троицком подворье представители дворян, казаков и городов постановили добиваться избрания Михаила и разработали наказ, обосновывавший его права на трон. Главным аргументом было то, что Михаил происходил от царского благородного племени, «понеже он хвалам достойного великого государя Ивана Васильевича законныя супруги царицы Анастасии Романовны родного племянника Федора Никитича — сын».

Аргумент был сильным. Даже дальнее родство с угасшей династией (внучатый племянник первой жены Ивана Грозного), времена которой уже воспринимались как ушедший Золотой век, добавляло Михаилу голосов. Особенно на фоне того, что значительная часть более высокородной аристократии вышла из Смуты куда более замаранной, чем юный Михаил Федорович. И у него на Соборе стала складываться массовая база «Сам по себе и Михаил, 16-летний мальчик, ничем не выдававшийся, мог иметь мало видов на престол, и, однако, на нем сошлись такие враждебные друг другу силы, как дворянство и казачество», — подчеркивал Ключевский. Избрание Михаила Романова было предопределено прежде всего позицией казачества. «Именно вольные казаки, во многом составлявшие московское ополчение, заставили Боярскую думу и Собор сделать выбор в пользу Михаила Романова», — утверждает его биограф Козляков.

Володихин пишет, что партии Романовых удалось наладить «связи с властями Троице-Сергиева монастыря, богатейшими купцами и казачеством. Троицкие власти предоставили сторонникам Михаила Федоровича свое московское подворье обители для совещаний. Купцы дали средства на ведение „предвыборной кампании“. Казачьи атаманы обеспечили военную силу, поддержавшую эту „партию“. Казаки устраивали буйные выступления на подворье митрополита Крутицкого и в самом Кремле».