Читаем 10`92 полностью

И пусть пришлось наступить на горло собственной гордости, я всё же сделал телефонный звонок, а затем поехал в центр города. Встретиться договорились в столовой при доме Печати — той самой, где происходил приснопамятный разговор с парочкой грузинских бандитов. Когда подошёл, красные «жигули» пятой модели уже стояли неподалёку, а прямо от входа я увидел занявшего один из столов Козлова.

Радио негромко наигрывало:

Позади крутой поворот! [14]

Но нет — крутой поворот ждал меня впереди. И хотелось верить, что это поворот в верном направлении.

Старший оперуполномоченный совместил встречу с обедом, а мне кусок в горло не лез, ничего брать не стал.

— Ну? — поторопил меня капитан, стоило только сесть напротив.

«Не нукай, не запряг», — хотел буркнуть я в ответ, но сдержался и спросил:

— Есть выходы на ГАИ?

— Права отобрали?

Я даже не улыбнулся шутке и вкратце описал цель своего визита. К величайшему облегчению, Козлов сразу меня куда подальше не послал и какое-то время ковырял вилкой сложный гарнир, потом уточнил:

— А человек вообще захочет с нами работать?

— А у него выбор есть?

— Тоже верно, — кивнул опер, решительным движением отодвинул от себя тарелку и поднялся из-за стола. — Поехали!

И мы поехали, а по пути я не удержался и рассказал Козлову о своих злоключениях, но тот к моим бедам оказался безучастен. Такое впечатление — просто пропустил всё мимо ушей, даже не посоветовал ничего. Досадно, но ожидать чего-то иного было по меньшей мере наивно.

Рабочий день только начинал близиться к своему завершению, и застать Лемешева дома я особо не рассчитывал, тем сильнее обрадовался, когда после первого же звонка послышался щелчок замка. Вот только ждал перегонщик определённо не меня и даже попытался захлопнуть дверь, но ничего у него из этого не вышло. Первым делом я вставил в щель ногу, затем без особого труда протиснулся в квартиру и толчком в грудь отпихнул Лемешева от входа.

— Не ждал?

Тот затравленно огляделся.

— Расслабься! — успокаивающе произнёс я.

— У меня всё забрали! — выкрикнул Лемешев, не желая следовать моему совету. — Вообще всё! Оставьте меня в покое!

Не знаю, как насчёт «вообще всего», но телевизора в комнате и в самом деле не обнаружилась, одна лишь подставка под него. Да и сам перегонщик заметно осунулся и будто бы даже похудел. Впрочем, ни жалости, ни сочувствия к нему я не испытал и с недоброй усмешкой спросил:

— И даже бабу?

Мясистые кулаки непроизвольно сжались, и стало ясно, что если на его ненаглядную и покушались, то Лемешеву эти посягательства пока удавалось отбивать. Ключевое слово — «пока».

— Так не забрали бабу? — повторил я свой вопрос. — Ну и не дури тогда. Деньги — дело наживное. Если договоримся, будешь работать как раньше. Пошли!

И Лемешев пошёл. Засомневался поначалу, а потом обречённо махнул рукой и поплёлся вслед за мной. Уселся на переднее пассажирское сиденье и вскоре выложил нам все свои беды и горести. Не пришлось ни давить, ни угрожать, просто Козлов умел задавать правильные вопросы.

Схема деятельности перегонщиков оказалась далеко не так проста, как представлялось мне поначалу. Пусть машины и не приобретались в Европе легально, но и о чистом угоне речи всё же не шло. Какой-то дальний родственник, укативший в Германию по программе репатриации, договаривался с владельцами застрахованных автомобилей и те за не столь уж и существенное вознаграждение отдавали ключи и заявляли в полицию об угоне лишь после того, как машины пересекали границу с Польшей. Впоследствии их объявляли в розыск по линии Интерпола, но при наличии нужных связей легализовать транспорт в России не составляло особого труда.

Вот только нужными связями обладал Сивый, и своими контактами он с партнёром не поделился. Как не свёл и с людьми, которые могли перебить номера и сделать новые документы.

— У меня всё забрали, всё! — заладил под конец рассказа Лемешев. — Даже машину по доверенности отдал. Кислый сказал, что с милицией вопрос решит, а сам свои долги закрыл, наркоман проклятый!

— Что за машина была?

— «Опель «Вектра» трёхлетний.

— Знаешь, кому отдал? — уточнил капитан, а после утвердительного кивка заявил: — Вернём.

— И у тебя ведь ещё машины где-то заныканы, — заметил я. — Сам говорил, что в них все деньги вложены.

— Да мало ли что я говорил!

— Помолчи! — оборвал его Козлов. — Узнаю через знакомых, сколько будет стоить постановка машин на учёт. Завтра позвоню и скажу. Но «опель» заберём в любом случае.

После обмена телефонными номерами Лемешев выбрался из машины, а капитан развернулся и спросил:

— Ну и какую выгоду из всего этого ты хочешь поиметь?

Я скромничать не стал.

— Говорил же: с Демидовым не по своей воле связался, уйти из бригады хочу. Можешь попросить кого-нибудь из шестого отдела, чтобы они меня прикрыли? Против них точно не попрут.

Козлов только головой покачал.