Читаем 10`92 полностью

— Тиша, ну какие деревни? Мы, блин, не в Золотом кольце живём и не в сибирской глухомани!

Толстый насупился и пожал плечами.

— Ну можно ещё лотерейные билеты под видом новых банкнот впарить. Мол, реформа денежная началась, обмен идёт!

— Ты откуда это всё собираешь? — не выдержал я, хоть и прекрасно знал ответ.

— В газетах пишут, полно случаев…

— Во-первых, обманывать пенсионеров нехорошо, — счёл необходимым заметить я, пусть и не особо рассчитывал Тишу этим аргументом впечатлить. — Во-вторых, прикопают тебя где-нибудь в лесочке с такими замашками.

— Чего это? За что? — округлил глаза Морозов.

Рома не выдержал, заржал в голос.

— Нет, ну сам прикинь — ты в деревню приезжаешь в модных шмотках и на машине, да ещё пытаешься местных кинуть. Такого сам бог велел грохнуть и обобрать.

Я кивнул и вышел из гаража, Романов, позвякивая ключами от автомобиля, двинулся следом. На улице он достал из кармана пачку «Родопи» и закурил.

— Чего так жидко? — удивился я.

— Блин, Серый, ты будто с луны свалился! — возмутился Рома. — Сигареты подорожали пипец как! Нормальные теперь дешевле чем за стольник не найти, а я не миллионер подпольный так шиковать.

Он выпустил в небо струю табачного дыма, уселся за руль и завёл двигатель, затем спросил:

— Куда едем?

Юлить и тянуть время я не стал, ответил прямо:

— На базу Мальцева.

Рома от удивления даже матернулся.

— На фига?

— Он со мной не рассчитался до конца, кое-что заберу в счёт долга.

— Серый, ты точно уверен?

— Да не очкуй, всё нормально будет.

Думаю, предложи я Роме пятьсот рублей или даже тысячу, он мог бы и не согласиться, но водка — это святое. Поломаться — поломался, но и только. Да и то больше для виду.

— Там хоть есть что брать? — спросил он, когда мы въехали на промзону. — Не всё вывезли ещё?

— Тебе-то какая разница? Вывезли, развернёмся и уедем.

Рома обиженно засопел и заткнулся. Вновь он забеспокоился, только когда я вытянул из сумки кусачки.

— Не примут нас тут?

— Да никого кругом! — отмахнулся я и огляделся, но ничего подозрительного не заметил.

Да и что подозрительного могло быть на зажатом высоченными бетонными заборами пятачке? Тут и в разгар рабочего дня не самое оживлённое место, а уж с наступлением ранних осенних сумерек округа и вовсе словно вымерла.

Я подступил к воротам, напрягся, и кусачки не без труда, но всё же справились со стягивавшей створки цепью; навесной замок с лязгом упал на землю. Поднял его и закинул в траву. Потом распахнул ворота и скомандовал приятелю:

— Рома, заезжай!

Тот медлить не стал и загнал «буханку» во двор, а я вновь сдвинул створки и осмотрелся. Гаражный бокс стоял открытым, поэтому сразу мелькнула мысль, что всё уже украдено до нас, но не проверить самому было бы просто глупо, и я указал Романову на здание цеха.

— Задом к нему сдай!

Идти внутрь не было никакого желания, а вот нежелания туда идти, напротив, было хоть отбавляй. Всё же едва ноги в прошлый раз унёс, чуть не грохнули. Да ещё Рома подлил масла в огонь, спросив:

— Это здесь Мальцева завалили, да?

— Угу, — промычал я в ответ и шагнул в цех.

В темноте кровавых пятен на бетонном полу разглядеть не получилось, да и пылью всё давно затянуло. Впрочем, воспоминания о прошлом волновали недолго, куда больше беспокоило, не спёр ли кто-нибудь колючую проволоку. Но нет — не спёрли, так и лежала у забора рядом с опрокинутыми малярными козлами.

Я вернулся к машине, распахнул задние дверцы и достал брезентовую спецовку, затем надел пошитые из столь же грубого материала рабочие рукавицы. Рома с тяжким вздохом последовал моему примеру, а потом мы принялись тягать мотки колючей проволоки и грузить их в «буханку». Не могу сказать, что работа была такой уж утомительной, но в темноте ничего не стоило упасть или ободраться о железные острия, под конец даже запыхались немного.

— Валим отсюда! — поторопил меня Рома, закинув в машину рукавицы. — Если нас тут примут…

— Не каркай! — прошипел я и вскинулся, заслышав странный лязг, но тревога оказалась ложной: просто ветер стукнул одной дверцей ворот о другую.

И всё же я выглянул в проезд первым, осмотрелся и лишь после этого дал отмашку Романову.

— Погнали!

Тот подкатил к воротам и остановился, позволяя мне забраться в кабину, тогда я замахал рукой.

— Да проезжай ты! Проезжай! — дал вывести автомобиль с территории, сдвинул створки и лишь после этого присоединился к приятелю, развалился на сиденье, с облегчением перевёл дух. — Погнали!

Ну и мы погнали. Рома мигом пришёл в превосходное расположение духа и принялся сыпать шутками-прибаутками, потом спросил:

— И много за колючку выручишь?

— Хрен да маленько, — честно сознался я. — Хозблок знаешь, где я сторожем подрабатываю? Давай туда.

— Так ты не на продажу? — опешил Романов. — В натуре, что ли?

— Зато на дежурствах спать спокойно буду. Затянем ворота колючкой, никто не залезет, — отбрехался я. — Да и не моя водка, мы ж там с дядькой на пару сторожим — он проспонсировал.

— А-а-а! — понятливо протянул Рома. — Вмажем?

— Не, в ночь сегодня. Сами пейте.

— Какой! Завтра переезд, Дюша ныть начнёт, чтоб не квасили.

— Ну тогда после.

Романов кивнул.

— Завтра, ага!