Читаем 1 полностью

Эти налётчики могли бы послужить мне спасением, но я был безоружен, а значит крайне уязвим. Совсем не факт, что кто-то захочет делится ценной водой или едой с упавшим с поезда бродягой. Проще дать ему умереть…

Я понимал, что в пустыне при моём текущем состоянии я не протяну и двух дней, а сделав несложные математические расчёты, я понял что ни до одного города я не дойду пешком и в помине – меня угораздило свалится точно посередине между Уфой и… кто там дальше по маршруту? Не помню уже…

Оставалась лишь призрачная надежда на то, что я наткнусь на кого-то вроде мародёров или какой-нибудь посёлок или город. Между краевыми городами их было всего четыре, в них редко останавливались поезда, так что я их не помнил. Да и жило там от силы по сто-двести зверей…

Я закрыл глаза, продолжая идти. Казалось, что метры пролетают под ногами куда быстрее.

И так мне пришлось идти очень долго. Не открывая глаз, просто прямо по железной дороге, вдоль бесконечных рельс и шпал. Невольно вспомнился анекдот про “до фига” – мол, когда надоест считать шпалы на дороге Москва-Владивосток – это только половина. Темнело стремительно. Я не мог даже понять сколько я иду – я просто шёл и шёл, не останавливаясь. Много думал о всяком – в основном о смысле жизни, конечно. Как о нём не задуматься, когда сам ещё немного пьян и лиричен, с тобой никого кроме огромной пустыни и бескрайнего неба, пускай и затянутого тучами. Радовало только одно – не было жарко…

А потом я снова очнулся у рельс – не знаю как я попал туда, не знаю зачем, сколько времени прошло, сколько я шёл – просто снова поднявшись на ноги я шёл в первом же попавшем направлении – так до тех пор, пока рельсы не скрылись под слоем песка. Но даже тогда я продолжал идти куда глаза глядят.

На второй день я долго лежал, не зная что делать. Но выбора особо не было – идти. Идти хоть куда-нибудь, чтобы жизнь снова обрела смысл, чтобы сказать себе перед самой смертью – нет, я не сдавался. Я боролся до последнего, пускай и с самим собой.

Ко второму вечеру моей бесконечной прогулки ко мне внезапно вернулась боль в раненной ноге – видимо волшебство Рэи перестало работать. Идти стало тяжелее, но даже хромой на одну лапу – я шёл. И неимоверно гордился этим фактом – я шёл уже второй день. Может быть я похожу ещё денёк, но потом… Потом всё закончится. За всё моё путешествие я даже солнца не видел – так плотно скрывали небо свинцовые облака. Направление было забыто, надежда потеряна окончательно.

На третий день пришла жара. Адское пекло, несмотря на то что небо и не думало проясняться! Возможно, мне это всё казалось. Начали появляться миражи – оазисы, города… Поначалу я шёл к ним, но потом понимал что всё это было лишь обманкой…

Не в силах продолжать я наконец-то упал на колени и упёрся лапами в землю. Здесь я умру. По досадной глупости, оплошности, пьяному маразму – не от пули какого-нибудь засранца или не вытаскивая своего товарища из-под шквального огня, а так глупо и тихо. На родной земле – забытый и брошенный генерал новой Российской Армии.

Проклиная себя за решение пойти в армию, я вспомнил что хотел уволится три года назад, но Добб не дал – не хотелось бросать этого старого как история киборга. Хотелось погибнуть с честью, забрав с собой побольше тех, кто захочет мою жизнь на блюдечке с голубой каёмочкой. Как Терминатор хотя бы…

Внезапно уши дёрнулись, улавливая посторонний шум. После двух дней в полной тишине я слышал отчётливо как никогда – работу двигателя. Я тут же встал, можно даже вскочил в полный рост, смотря вперёд – там, на горизонте появилась колонна машин, поднимающих за собой клубы пыли. Я даже не знал кто это такие – у них был какой-то здоровый грузовик, пара небольших машин и даже три квадроцикла – они шли впереди основной группы, как на разведке. Когда они приблизились достаточно, я поднял на всякий случай лапы вверх – что ещё я мог сделать? Я уже сдался – пускай берут в плен…

====== 58. По фашистам, по беде... ======

Больше всего в своей жизни, я, наверное, ненавидел томительные, долгие и ненужные ожидания чего-то непонятного. Грузовик неизвестных мне зверей нёсся на меня с порядочно скоростью, но колени устали, и несмотря ни на что, я встал на обе лапы, гордо выпятив грудь. Чёрт возьми, я же генерал целой армии, пускай её численность пока что была ограниченна двумя сотнями морд, но зато каких! Вооружённых по самому последнему слову техники людей, тренированные и закалённые в боях, готовые порвать кого надо как тузик грелку по первому приказу! Да у этого отребья не было и одной десятой того, что было у меня на расстоянии вытянутой руки, и…

Закончить мою мысль мне помешал нарастающий звук двигателей квадроциклов. Странно, что вместо обычного стрёкота двухтактника, я слышал какой-то неподобающий гул и свист воздуха, втягиваемого в воздухозаборники машин. На каждом из трёх спокойно сидели три самки – это было видно по их фигуре. Одеты они были явно не по погоде – облегающие чёрные комбинезоны со множеством карманов, глухие чёрные шлемы. Окружив меня, они дали приблизится грузовику.