Рассказ

Проба

Сергей Анатольевич Носов , Сергей Носов

Соседи по свету. Дерево, полное птиц

Это издание, по существу, содержит под своей обложкой две книги. Их авторы, Александр Попов и Любовь Симонова, незнакомы друг с другом. Однако, по мнению редактора-составителя, их творчество родственно в чем-то корневом и главном.С одной стороны, каждому из них удалось редчайшее для нашего времени подделок и имитаций – нащупать свою, уникальную тропу движения к сути, к истокам вещей. С другой, основа их творчества – самозабвенное доверие миру, открытость его энергиям. Диалог со вселенной, ведомый в детстве любому, перерастает здесь границы художественного приема, творческого метода. Диалог становится насущной необходимостью, оборачивается путеводной спасительной нитью.«Дерево, полное птиц», «Соседи по свету»… Прислушаемся же к голосам, звучащим со страниц этой книги.

Александр Евгеньевич Попов , Любовь Гавриловна Симонова

Мои домочадцы

«Однажды все мои домочадцы собрались на канавке за хутором. Тут же, около них, поместился березовский мужичок Аким, который хотя и пришел за спешным делом (занять печеного хлеба на ужин), но тем не менее посиживал себе на канавке. Дело было летом…»

Александр Иванович Эртель

Калитка в бездну (СИ)

Группа студентов геофака отправляется в путешествие по хорошо изученным пещерам. К своему удивлению, ребята находят проход в область, не отмеченную на карте, и решают исследовать её. Однако подъём из подземных глубин может оказаться намного сложнее спуска, а под покровом вечной тьмы скрыты тайны, способные перевернуть представление о реальности и даже свести с ума...

Демид Максимович Толкачев

Всех убить нельзя

Николай Николаевич Наседкин

Гений

Александр Всеволодович Климов , Игорь Николаевич Белогруд

7 дней жизни (СИ)

Её зовут Аи – Любовь, она обычная японская девочка – жительница города Нагасаки: отличница в школе и гордость родителей. Обычную девичью юность перечеркнула вторая мировая война. Аи скоро исполниться 15 лет, и она пытается не думать о войне и жить обычной жизнью, вот только по злой иронии судьбы она родилась 9 августа и все её детским надеждам и мечтам не суждено сбыться.

Терентий Иванович

«В один жаркий-жаркий день пришлось мне ехать из Киева в деревню, где я жил на даче. Ехал я на извозчичьих дрожках, и колёса, то и дело, прикасались к кузову, со скрипучим шорохом.– Подвиньтесь, барин, направо…Я подвигался направо.– Теперь немножко на эту сторону, барин…»

Иероним Иеронимович Ясинский

То, что мы знаем (ЛП)

Сэм решает отвезти Дина к преподобному Рою ЛеГранжу. АУ.

Автор Неизвестeн

Перечёркнутая нота (СИ)

Часто чувство долга и вины призвано отвлекать марионетку от нитей, принуждающих её делать то, что требует манипулятор. Так Орочимару взрастил целую армию пешек, послушно исполнявших его приказы, но не всякую волю к свободе ему удалось сломить.

Автор Неизвестeн

Как маркиз свой кафтан назад получил

«Он был прекрасен. Замечателен. Уникален. И стал причиной того, что маркиз де Карабас оказался прикован цепью к шесту посередине круглой комнаты, глубоко под землей, а вода поднималась все выше и выше. В нем было тридцать карманов, семь обычных, девятнадцать потайных и четыре таких, которые и найти было почти невозможно – даже самому маркизу, время от времени…»

Нил Гейман

Нещечко (СИ)

  К девятому классу Катюшка осиротела. От опеки её защитили односельчане - пускай девка в родном доме живёт, она со всем справится. Так и случилось.

Лариса Анатольевна Львова

Хризо

«…Право не знаю, что тебе сказать. Не потому не знаю, что нечего, а потому, что очень много материала. С чего начать? Не знаю, что предпочесть! Начну хоть с сестры. Когда бы ты знал, как она очаровательна! Впрочем, нет: Розенцвейг от нее в восторге; но тебе бы она не понравилась; она слишком не развита, сказал бы ты. Пусть так! Описать тебе ее я не могу. Что я скажу: ей еще нет шестнадцати лет; зовут ее «Хризо», и это значит по-гречески золото…»

Константин Николаевич Леонтьев

Реконструкция парадигм (СИ)

Эта история о вопросе, об отказе от былых устоев, и о принятии нового мира, лишившегося в себе самого главного...

Георгий Витальевич Беклемишев

Анти-романтика (СИ)

Романтика умирала долго... В агонии, криках и муках... За ней через стекло наблюдали... Люди в белых халатах...   © Глеб Самойлов гр. The Matrixx

Дмитрий Подземный

Моя теща (СИ)

Это рассказ о женщине, которая пережила Отечественную войну, разруху и многое другое. Но, несмотря на все трудности, она не утратила оптимизма и своей поистине неиссякаемой жизненной энергии. Для меня эта женщина - символ ушедшей советской эпохи. 

Валерий Борисович Рыбалкин , Валерий Рыбалкин

Катастрофа

Журнал «Искорка» 1985 г., № 7, стр. 11-23

Борис Николаевич Никольский

Операция "Лагерь Ученых" (СИ)

Люди полагают, что могут брать у Зоны все, что они хотят. Это излишняя самоуверенность или действительно могут? Решено организовать еще один лагерь внутри Периметра. Для этого есть все: лучшие сталкеры, мощное военное сопровождение, современнейшее оборудование. Осталось всего лишь доставить груз до точки назначения и откроются безграничные возможности для изучения артефактов... Dнимание: продолжение рассказа "Зов долга".

Никита Одинович Сычев

Операция "Небесный экспресс" (СИ)

Первая из историй про Джейн Бонем, агента с восемью нолями в номере, с правом на воскрешение.

Владимир Юрьевич Аникин

Улица Верности (СИ)

   Отрок имеет быть трезв и воздержен...    "Юности честное зерцало"   

Михаил Григорьевич Корешковский

Закрытые пространства в голове (СИ)

   Сухая тополиная листва приятно хрустела под изрядно потрепанными сандалиями Павлика. Пахло скошенной травой и еще откуда-то несся запах свежего хлеба, слева из барака раздавалась в тишине матерная брань, было солнечно и очень тепло, лето стремительно бежало к своему исходу и было понятно, что сухих дней будет не много, может быть неделя, ну от силы полторы... При каждом шаге огромный серый чехол бил по ногам, но Павлик не замечал этого и все продолжал спускаться вниз по улице, где на перекрестке его уже ждали несколько барабанщиков. Сейчас он только улыбался всему и чувствовал внутри какую-то очень важную причастность к этому миру, к этой улице, домам, редким прохожим, кислому воздуху и всему тому, что происходит и произойдет.

Андрей Владимирович Ларин

Странный мальчик

«Уже были съедены закуски и произнесены первые тосты за здоровье именинницы, ее родных и близких. Перед горячим объявили небольшой перерыв – молодежь удалилась в соседнюю комнату танцевать, а люди постарше остались за столом, с разрешения хозяйки достали кто трубки, кто сигареты и с удовольствием закурили…»

Юрий Павлович Вяземский , Семен Соломонович Юшкевич

Деревенская газета

«В один летний день на краю леса, пред которым расстилались луга с болотами, с сигарой во рту сидел помещик деревни Ивовки; подле него лежал молодой человек, недавно поступивший в дом к этому помещику учителем. Оба они ходили с ружьями и ничего не убили…»

Николай Васильевич Успенский

Кузнец

Орозбек Айтымбетов

Старики

Сильвио Д'Арцо

Васильки на Тверской

«…Мне вообще кажется, что каждая эпоха – это отдельная планета. И чужие планеты не стоит пока покорять. Мы еще не покорили свои. Бывает, эпоха длится сто лет – но событий на десятилетие. Впрочем, это не про Россию. Бывает, эпоха длится десятилетие – а событий на десятки веков. Вот это, увы, про нас. В том числе про те далекие 90-ые… Хотя не такие уж и далекие. Что такое двенадцать, пятнадцать, ну пусть даже двадцать лет? И все же. Теперь мне те годы вспоминаются настолько отчаянными, чужими и страшными, словно кто-то по ошибке сбросил на нас эти десятилетия. И они взорвались. Как бомба. Раня нас, калеча, убивая. И все-таки мы как-то выжили…»

Елена Сазанович , Елена Ивановна Сазанович

Ладья Отчаяния

Жил в белорусском городе Рогачёве небогатый дворянин Гервасий Выливаха – балагур и весельчак, пьяница и развратник. Жил с размахом, без оглядки, а когда пришла пора уходить из мира живых, то Гервасий и тут не потерял присутствия духа и затеял игру с самой Смертью…

Владимир Семенович Короткевич , Васіль Сёмуха

Жизнь

В книге собраны рассказы о жизни простых людей, которые так похожи на каждого из нас. Порой они сталкиваются с ситуациями, которые заставляют сделать выбор и понять, кто они есть на самом деле. Герои рассказов рассуждают над вопросами морали, религии, понимания себя и своих поступков. Жизненный выбор героев меняет их мировоззрение, заставляет увидеть самые важные ценности этой жизни.

Лилия Сергеевна Селяева

Морская даль

Дилан Томас (1914 – 1953) – валлиец, при жизни завоевавший своим творчеством сначала Англию, а потом и весь мир. Мастерская отделка и уникальное звучание стиха сделали его одним из самых заметных поэтов двадцатого столетия, вызывающих споры и вносящих новую струю в литературу. Его назвали самым загадочным и необъяснимым поэтом. Поэтом для интеллектуалов. Его стихами бредили все великие второй половины двадцатого века.Детство Томаса прошло главным образом в Суонси, а также на ферме в Кармартеншире, принадлежавшей семье его матери. Эти поездки в деревню и их контраст с городской жизнью в Суонси, стали основой для большой части его творчества Томаса, в особенности его рассказов и радиопостановок. Также важным источником вдохновения писателя были валлийский фольклор и мифология.

Дилан Томас

Неисправности в «вольво»-760-турбо: инструкция

Уилл Селф (р. 1961) – один из самых ярких современных английских прозаиков, «мастер эпатажа и язвительный насмешник с необычайным полетом фантазии».Критики находят в его творчестве влияние таких не похожих друг на друга авторов, как Франц Кафка, Уильям С. Берроуз, Мартин Эмис, Виктор Пелевин.С каждым прикосновением к прозе У. Селфа убеждаешься, что он еще более не прост, чем кажется с первого взгляда. Его фантастические конструкции, символические параллели и метафизические заключения произрастают из почвы повседневности, как цветы лотоса из болотной тины, с особенной отчетливостью выделяясь на ее фоне. Автор заставляет нас поверить в полную реальность происходящего, которая то и дело подтверждается десятками и сотнями конкретных деталей, заставляя удивляться и сопереживать, восхищаться и утирать слезы от смеха.

Уилл Селф

Происхождение и облик русской цивилизации

«Жил-был московский уроженец Владимир Иванович Пирожков.Происхождение его характеризуем как предельно демократическое, поскольку прадед Владимира Ивановича до семилетнего возраста состоял в крепостных, хотя и помер от дворянской болезни – скоротечной чахотки, дед трудился на винокуренном заводе братьев Рукавишниковых и пропал без вести в русско-японскую войну, отец всю жизнь прослужил в транспортной милиции и скончался в одночасье неведомо от чего…»

Вячеслав Алексеевич Пьецух

Сказка Черного леса (СИ)

Молодой студент по просьбе матери приехал в одну из деревень посреди Черного леса приглядеть за её больной сестрой. Вот только деревня почти вымерла. А юноше предстоит узнать, стоит ли доверять незнакомцам, которые встречаются на пути к дому.

Автор Неизвестeн