Рассказ

Грехи князя Сарадина
Грехи князя Сарадина

«Когда Фламбо брал месячный отпуск в своей конторе в Вестминстере, он проводил это время на парусной шлюпке, такой маленькой, что чаще всего ей пользовались как весельной лодкой. К тому же он предпочитал отдыхать в графствах восточной Англии, где среди крошечных речек шлюпка казалась волшебным корабликом, скользившим по суше через луга и поля. В суденышке могли с удобством расположиться два человека; оставалось место лишь для самых необходимых вещей, и Фламбо брал то, что считал необходимым по своему разумению. Обычно это сводилось к четырем вещам: консервам из лосося, если захочется есть, заряженным револьверам, если захочется пострелять, бутылке бренди на случай обморока и священнику на случай скоропостижной кончины. С этим легким багажом он неторопливо плыл по узким речкам, собираясь со временем достигнуть Норфолкских озер, а пока что наслаждаясь видами лугов, склонившихся над рекой садовых деревьев и отраженных в воде поселков и особняков, останавливаясь порыбачить в тихих заводях и в некотором смысле прижимаясь к берегу…»

Гилберт Кийт Честертон

Детективы / Проза / Классические детективы / Рассказ
Пьяная стерлядь
Пьяная стерлядь

«Аня сделала то, что давно хотела, – вышла замуж. Так уж случилось, что мужа она нашла в Петербурге, куда приехала в компании друзей. То есть она ехала с подругой, подруга ехала с бойфрендом и со своей коллегой, которую сопровождал муж, причем явно чужой, что сути дела не меняло. Зачем Аня вообще согласилась на эту поездку, она плохо понимала.Среди Аниных знакомых были те, которые обожали Питер, и те, кто его уважал, но не любил. Сама она относилась ко вторым. Наверное, сказалась еще студенческая поездка на выходные с любимым на тот момент мужчиной, который как раз был из первых. Он мечтал показать Ане белые ночи, мосты, фонтаны, дворы-колодцы и музеи. Он мог подолгу стоять около каждой таблички на доме, каждой завитушки на фасаде. Аня в первую же белую ночь, промерзнув до костей, начала страдать циститом и ни о чем, кроме туалета, думать не могла. Частые позывы к мочеиспусканию разрушили любовь, и она сразу по приезде в Москву с любимым рассталась, впрочем, без всякого сожаления. Тот, кстати, так и не понял, что случилось, – ведь все было так прекрасно: удивительный город, пронизывающий ветер с Невы и сама Нева… Аня запомнила Питер по кафешкам, в которых был отвратительный кофе, зато были туалеты. И если молодого человека Аня спустя некоторое время вспоминала с некоторой теплотой, то Питеру свой цистит она простить так и не смогла…»

Маша Трауб

Современные любовные романы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Рассказ / Романы
Кристалл для невесты (СИ)
Кристалл для невесты (СИ)

  Впервые я услышал о разумных кристаллах Линдоса от офицеров Тани Роговой и Кирилла Демченко, пары молодых инженеров-аналитиков что поднялись на "Аврору" когда мы проходили мимо этой недавно открытой планеты. Правда, о том что на Линдосе нашли жизнь уже проскользнула пара статей в уважаемых серьезных журналах, и ходили слухи о чем-то абсолютно невероятном. Да, таинственный Линдос... Я жадно рассматривал планету в иллюминаторах - мы не планировали долгую высадку, только забрать с собой старожилов со станции, на нашем пути к газовой туманности Фридмана. Обнаженный до костей, с безбрежными покрытыми каменистыми волнами равнинами, высоченными, доходящими до самых ядовитых облаков-испарений мертвыми вулканами (в трубках вулканов и нашли таинственные кристаллы) и потеками рыже-красной застывшей лавы под сумеречным небом, странный и загадочный мир нескончаемой ночи, на вид он был совсем неприветливый и даже жестокий. Таня и Кирилл прожили тут два года на крохотной прилепившейся к склону вулкана оледенелой станции, и за проделанную работу получили звания офицеров, я же служил юнкером на звездолете "Аврора", и Линдос был всего лишь одной из многочисленных стоянок на нашем пути.

Матвей Фальконский

Проза / Фантастика / Фантастика: прочее / Рассказ
По древнему обычаю (СИ)
По древнему обычаю (СИ)

  Последний рубеж - так назывют на Земле Хокинг, самое далекое место, где ступила нога человека. Оледенелый мир, царство сплошного камня и инея, вращающийся на таком далеком расстоянии от своей звезды Бетельгейзе, что здесь царит нескончаемая зимняя ночь. Треть планеты покрывает закованный в лед океан, четверть - ряды голых безжизненных каменных дюн и остывшие вулканы. Человек построил в этом мире свою базу: крохотный одноэтажный бетонный кубик, обвитый проводами и трубами жизнеобеспечения, как будто объятый страхом перед чужим миром лепится к острому базальтовому торцу скалы, рядом погрузился в промерзшую землю звездолет, а за ним прячется электрокар. Борис Липман и Глеб Мовшович познакомились еще на Земле, затем вместе служили на Марсе и в целом хорошо сработались и полностью доверяли друг другу, как говорится хоть в разведку иди. Разведка разведкой, а Хокинг стал настоящим испытанием для обоих. Липман и Мовшович проводили каждый свое геологическое исследование, кроме того вели обязательные дневники, по очереди готовили еду из синтет-наборов и делали мелкий ремонт, и через каждые трое суток наслаждались четырьмя часами свободного времени. Проводили они его по разному: Борис сворачивался клубочком на тахте под клетчатым пледом и читал Стругацких, а Глеб, натянув скафандр, отправлялся на пешую одинокую прогулку. Мовшович просто бродил среди снега, камней и льда под пепельно-черным небом, и никто не знал о чем знаменитый ученый размышляет в это время. Через два года шаттл должен был привести еще четырех новых колонистов, двух американцев и двух китаянок, так что пионерам осталось продержаться совсем недолго.

Матвей Фальконский

Проза / Фантастика / Фантастика: прочее / Рассказ