Публицистика

Под ударением
Под ударением

В этот последний изданный при жизни Сьюзен Сонтаг сборник ее эссе вошло более сорока текстов, написанных и опубликованных с 1982 по 2001 год. Он представляет собой серию, казалось бы, разрозненных критических работ, объединенных в три раздела: «Чтение», где Сонтаг утверждает новые литературные каноны – произведения Машаду де Ассиза и Роберта Вальзера, – «Взгляд», в котором писательница дает проницательные и экспрессивные комментарии о фотографии и кинематографе, и «Там и здесь» – ряд заметок, посвященных рефлексии на тему собственного творческого пути. Но по мере прочтения тексты Сонтаг, неизменно эмоциональные и лирические, складываются в единую картину ее неповторимого видения мира искусства и своего места в нем.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Сьюзен Сонтаг

Публицистика / Критика / Документальное
Если честно
Если честно

«Если честно» – искренний рассказ, в котором каждый сможет узнать себя. Все мы порой вынуждены лгать во благо и уходить от ответов, чтобы не задеть чувства окружающих. Но как быть, если совсем не умеешь лгать?Родители научили Майкла Левитона никогда не врать и ничего не утаивать – абсолютная честность во что бы то ни стало. И сами вели себя с ним так же: папа не поддавался ему при игре в шахматы, а когда ребенок случайно услышал слово «фетиш», мама подробно все объяснила ему про секс. Но, вступив во взрослую жизнь, он узнает, что правда – не лучший помощник, когда нужно произвести впечатление на девушку или пройти собеседование. Не пора ли научиться лгать? Приведет ли это к желаемому успеху?Документальная проза от музыканта, фотографа и сценариста телеканала HBO читается как увлекательная трагикомедия и ставит по-настоящему глубокие вопросы.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Майкл Левитон

Публицистика
Крыша. Устная история рэкета
Крыша. Устная история рэкета

В августе 1991 года умерла Советская империя. Буржуазная революция породила героев своего времени. Десятилетие 90-х запомнилось, прежде всего, детективной историей. Слова «кооператор», «ваучер», «приватизация» ныне забываются. Единственно, что вызывает эмоцию, — это тень г-на Бандита. Его образ в варился в сознание. Сегодняшняя спокойная жизнь выдавливает это клише с трудом.Двадцать лет спустя, словно по Дюма, еще есть шансы понять, откуда взялись на берегах Невы эти лица. Кстати, было правильным взглянуть на прошлое и в связи с тем, что российские политики никогда не испытывали непреодолимую моральную потребность доказать свою непричастность к организованной преступности.

Евгений Владимирович Вышенков

Документальная литература / Публицистика / Прочая документальная литература / Документальное
Почему евреи не любят Сталина
Почему евреи не любят Сталина

Проблемы, связанные с памятью о сталинизме, в сегодняшней России болезнены и остры. На прилавках — масса просталинской литературы: художественной, публицистической, квазиисторической. В социологических опросах Сталин неизменно в первой тройке «самых выдающихся деятелей всех времен». В оправдательном духе интерпретируется сталинская политика и в новых учебниках истории для школы.А рядом — безусловные достижения историков и архивистов, сотни посвященных сталинизму фундаментальных томов документов, научных статей и монографий. Но они если и оказывают влияние на массовое сознание, то слишком слабое.Причины этого и в недостатке практических механизмов такого влияния, и в исторической политике последних лет. Но более всего — в особенностях нынешнего состояния нашей национальной исторической памяти о сталинизме.

Яков Иосифович Рабинович

Публицистика / История / Политика / Образование и наука / Документальное
Энциклопедия диссидентства. Восточная Европа, 1956–1989. Албания, Болгария, Венгрия, Восточная Германия, Польша, Румыния, Чехословакия, Югославия
Энциклопедия диссидентства. Восточная Европа, 1956–1989. Албания, Болгария, Венгрия, Восточная Германия, Польша, Румыния, Чехословакия, Югославия

Интеллектуальное наследие диссидентов советского периода до сих пор должным образом не осмыслено и не оценено, хотя их опыт в текущей политической реальности более чем актуален. Предлагаемый энциклопедический проект впервые дает совокупное представление о том, насколько значимой была роль инакомыслящих в борьбе с тоталитарной системой, о масштабах и широте спектра политических практик и методов ненасильственного сопротивления в СССР и других странах социалистического лагеря. В это издание вошли биографии 160 активных участников независимой гражданской, политической, интеллектуальной и религиозной жизни в Восточной Европе 1950–1980‐х. В судьбах этих людей были и тюремные сроки, и эмиграция, и принудительное лечение в психиатрических больницах, и политические триумфы. Наряду с биографическими текстами в книгу включены обширные исторические очерки о социально-политической и культурной специфике эпохи. В основе издания – перевод с польского языка первого тома Словаря диссидентов (2007), над которым совместно работали национальные центры и авторские коллективы из стран-участниц.

Коллектив авторов

Публицистика / История / Образование и наука
Детектив и политика 1991 №3(13)
Детектив и политика 1991 №3(13)

Дик Фрэнсис. НЕРВНе всё в порядке в королевстве скачек. Прямо на ипподроме застрелился классный жокей Арт Мэтьюз. Его молодой коллега Роб Финн затевает самостоятельное расследование…Ласло Дюрко. ПОД СЕНЬЮ СМЕРТИПрофессией Йовапа Киша долгое время была охота на людей.За ним тоже охотились.Но вот уже несколько лет охота идет только за ним. Киш чувствует, что стареет.Но без чувства опасности ему жизнь — не жизнь.Феликс Розинер. ЛИЛОВЫЙ ДЫМЙошке Янкелявичюсу казалось, что события тех четырех лет, прошедших после страшной войны, навсегда ушли из его жизни. Но вот уже скоро год, как стали приходить эти письма — из Чикаго, Кливленда, Иерусалима, Филадельфии… И снова из небытия возникает: слабый огонь сквозь туман и дым лиловый над пеленой тумана… Но вот огонь становится ярче — и из глубин памяти всплывают четыре безумных года меж смертью и жизнью, меж любовью и ненавистью…

Ласло Дюрко , Феликс Яковлевич Розинер , Дик Фрэнсис , Джордж Оруэлл , Алекс Слонби

Публицистика
Голливуд: оружие массового поражения
Голливуд: оружие массового поражения

С тех времен, как Владимир Ленин написал свою сакраментальную фразу про кино, которое для сильных мира сего является важнейшим из искусств, много лет утекло. За прошедший век сила воздействия кинематографа на сознание масс повысилась многократно. Соответственно, киноиндустрия стала практически всемогущим оружием в руках мировой закулисы в условиях созданного ей управляемого хаоса. Голливуд является сегодня наиболее эффективной, почти незатратной, а иногда и прибыльной частью глобальной майданной политики США, направленной против всех. Не отстает от Голливуда и созданный в лабораториях Тавистока рок-н-ролл, действующий на молодые умы как оружие массового поражения.Что такое масс-культура, чем для нашей страны опасны ее современные тенденции, как ей противостоять в условиях гибридной войны, ведущейся против нашей страны? Об этом книга Андрея Болдырева и Сергея Магнитова.

Андрей Валентинович Болдырев , Сергей Николаевич Магнитов

Публицистика
Роксолана-Хуррем и ее «Великолепный век». Тайны гарема и Стамбульского двора
Роксолана-Хуррем и ее «Великолепный век». Тайны гарема и Стамбульского двора

Нет сейчас более популярного любовно-исторического сериала, чем «ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК». История славянской пленницы Роксоланы, ставшей всесильной Хуррем, законной женой султана Сулеймана Великолепного, покорила многие миллионы телезрительниц. Ни до Роксоланы, ни после нее султаны Османской империи не женились на бывших рабынях по законам шариата и не жили в моногамном браке, они вообще предпочитали официально не жениться, владея огромными гаремами с сотнями наложниц. А Сулейман не только возвел любимую на престол Блистательной Порты, но и хранил ей верность до гроба — и после кончины Роксоланы написал такие стихи: «А если и в раю тебя не будет — не надо рая!»Эта книга — больше, чем политическая биография или любовный роман, вы найдете здесь массу интереснейшей информации о «Великолепном веке» Блистательной Порты, будь то самые сокровенные тайны гарема и Стамбульского двора, любовные стихи Роксоланы и Сулеймана, история появления кофе и рахат-лукума или старинные рецепты османской кухни, включая «эксклюзивные» блюда, приготовленные для пира в честь обрезания сыновей султана.

Наталья Павловна Павлищева

Публицистика / Документальное
Кто играет Путина. Акт четвертый – последний?
Кто играет Путина. Акт четвертый – последний?

Андрей Андреевич Пионтковский, писатель, журналист и общественный деятель, автор более двадцати книг и несколько сотен статей, известен как один из ведущих российских политологов. В своей новой книге он отвечает на три вопроса, которые широко обсуждаются в социальных сетях: почему В. В. Путин вот уже двадцать лет остается во главе государства, что он предпримет в ближайшем будущем и останется ли у власти после 2024 года? Для ответа на эти вопросы Андрей Пионтковский показывает скрытую механику путинского правления — силы, которые не только поддерживают, но зачастую подталкивают Владимира Путина к принятию тех или иных решений. Отсюда становится ясно, что будет делать Путин в оставшееся до 2024 года время, и сохранит ли он затем президентский пост. Пионтковский пишет обо всем этом глубоко и содержательно, а его острый слог оправдывает славу автора как одного из лучших политических публицистов России.

Андрей Андреевич Пионтковский

Публицистика / Учебная и научная литература / Образование и наука