Попаданцы

История одного невероятного открытия
История одного невероятного открытия

Книга из серии «Невероятная наука и таинственные приключения профессора Странника». Руководитель АО «Заслон» и профессор Странник оказываются в невероятных ситуациях, используя состояния необычной реальности. Им удается выяснить происхождение современной разработки — научного медицинского открытия с древними корнями исследований алхимиков рыцарей-госпитальеров. В результате пролит свет на причину трагической гибели средневекового алхимика Странника ради бесценной информации для Клана бессмертных. Вновь обретенная дружба позволила Нескучному и Страннику оказаться на легендарном «Летучем голландце» в гостях у бессмертного сэра Авнера Альбы, в месте пересечения прошлого, настоящего и будущего. Друзья оказываются перед началом нового витка развития ЧЕЛОВЕЧЕСТВА без болезней и неизбежной старости. Продолжение следует…

Андрей Леонидович Останин

Попаданцы / Учебная и научная литература / Образование и наука
За Гранью, книга 1-я (СИ)
За Гранью, книга 1-я (СИ)

Мир, насколько он разный и разный ли? Судьба в виде Хранительницы Деи, решила заняться моим обучением. Моя прежняя реальность оказалась "за капсулированной", время в ней текло со скоростью ноль, пока меня "носило" за Гранью. "Мир мало того, что велик, его, как бы много или их, миров, а раз они разные, нужна разделительная грань между ними, а чтобы не шастал кто попало из мира в мир, за этим следит "Орден Хранителей Грани", где, собственно, и трудится многоуважаемая Дея." В этой новой реальности - государств нет никаких, есть условно разделенные области, где живут люди по интересам. Дуэли не только разрешены, но и поощряются, а также кровная месть и тому подобные прелести, правда правила по их проведению соблюдаются, почти честно... Со всей этой "кашей" мне помогают разбираться - Хранительница Дея и Стихия Воздуха Мария. И конечно мои верные местные друзья - Степан и Маша.

Михаил Мишенькин

Фантастика / Попаданцы / Фэнтези
Дьявол серой преисподней. Том 1
Дьявол серой преисподней. Том 1

Михаил Мичурин вёл возмутительно пассивный образ жизни. Он насильно заставил себя быть серой мышью и никак не выделяться среди других людей. В конечном итоге Мичурин стал узником собственной серой преисподней, которую он так усердно вылепливал из бездарно прожитых лет.К сожалению, первая в жизни попытка выйти за пределы бесцветного существования оборачивается для Михаила смертью. Однако после того, как в одном мире его глаза мертвенно потухли, в другом же они вновь открылись.Лишенный воспоминаний о случившимся, Михаил Мичурин просыпается неподалеку от живописной средневековой деревни. Вот только незадача... Первым же делом его приняли за преступника, что с недавнего времени похищает местных жителей.Сможет ли Мичурин добиться доверия и выжить? Кто на самом деле стоит за преступлениями? И почему Михаил не заполучил желанный покой даже после смерти?

Киллин Киллин

Детективная фантастика / Попаданцы / Фэнтези
В третью стражу. Трилогия (СИ)
В третью стражу. Трилогия (СИ)

Автономное плавание: Итак, 1936 год. Межвоенная Европа, в которой воюют пока лишь одни только бойцы невидимого фронта. А потом, конечно же, Испания и первые московские процессы... Вот куда занесло наших героев, но, сразу должны предупредить: они не будут внедрять промежуточный патрон, и жадно есть глазами "эффективных менеджеров" тоже не будут. Но что, тогда, они будут делать в чужом, враждебном мире? О! Вот это и есть, собственно, то, о чем эта книга. А посему, "заклепочников" просим не беспокоиться: ни альтернативного Т-28, ни реального PzKpfw III на страницах этой книги не ожидается. Зато знатоков и интересующихся этим периодом истории, - а межвоенная Европа это ведь чудный, навсегда потерянный мир, - мы приглашаем читать и грезить. Хотелось бы также избежать великих идеологических битв. Авторы с разумным уважением, но без восторженных истерик и верноподданнического замирания сердца относятся к истории СССР. Замирание сердца вызывает скорее утраченная эпоха. И если у авторов и есть ностальгия, то она по безвозвратно ушедшим людям и навсегда утраченным местам. Хотелось бы, например, увидеть Москву до масштабных перестроек, произведенных в угоду как тоталитарной гигантомании (и чем Сталинский ампир отличается от Гитлеровского ампира, или от американского того же времени?), так и либеральным веяниям, которые суть - всего лишь меркантильные интересы, сформулированные неглупыми людьми таким образом, чтобы затушевать их природу, определяющую либерализм, как явление общественной жизни. Но, увы, сие возможно теперь только в фантастическом романе. Вот, собственно, и все. Приятного чтения. Будет день: Кремлёвские разговоры. 1936 г., начало марта. - Проходите... товарищ Штейнбрюк... садитесь... Иногда важны не столько слова, сколько интонация, с которой они сказаны. Взгляд, жест, капля пота не вовремя скатившаяся по виску... А еще "запах" искренности или лжи, эманация страха, любви или еще чего-то, что порой оказывается важнее содержания беседы. Вчера был с докладом секретарь ЦК Ежов. Все еще секретарь... Техника игры в блинчики: С утра в Париже говорили... Говорили много. Много и только о "русском десанте". Вчера, если верить информационным агентствам, в Хихоне и Сантандере начали разгрузку части Красной Армии, прибывшие морем из Ленинграда под охраной крейсера "Киров" и нескольких эсминцев. Новость мгновенно "взорвала" столицу, и так перегретую до невозможности и в прямом, и в переносном смысле. Мнения "пикейных жилетов" разделились, что неудивительно, так как и в парламенте не пахло единством взглядов. Одни говорили, что Сталин толкает Европу в горнило новой мировой войны, другие восторгались решимостью Красного Чингисхана отстоять демократическую республику в за Пиренеями.

Александр Намор

Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Попаданцы