Поэзия

Я - Никто
Я - Никто

Читателю предлагаются новые переводы Эмили Дикинсон. Чем вызвано их появление? Очевидно, что существующих на русском языке переводов мало. Громадную работу по знакомству русскоязычного читателя с поэзией Э. Дикинсон выполнила В. Н. Маркова. Ее слух, отточенный переводами японских хокку, позволил ей сделать колоссальный шаг в сторону Дикинсон по сравнению с робкими, многословными и малочисленными попытками предшественников. Работа В. Н. Марковой стала пробным камнем для последующих переводчиков. Тем не менее переведена все еще малая часть наследия Эмили и вовсе нет переводов ее писем, которые сами по себе поэзия.Представляемая подборка почти полностью совпадает с опубликованными в билингве "Американская поэзия в русских переводах", М., Радуга, 1983. На то есть несколько причин. Отчасти, переводчик оставил себе возможность иметь ориентир в виде давно любимых переводов. Но главное — это попытаться еще ближе подойти к оригиналу, столь яркому, лаконичному, простому и сложному одновременно. Опыт показывает, что неправильно понятые (или опущенные) несколько слов, существенно меняют, а иногда и искажают смысл стихотворения. Именно поэтому переводчик позволил себе в некоторых, казавшихся ему чрезвычайно значимыми, стихотворениях отказаться от размерности и рифмовки оригинала, чтобы в верлибре точнее передать смысл происходящего.Творчество Эмили Дикинсон, на наш взгляд, урок всем нам. Она была смертельно правдива и обладала достаточной храбростью остаться Поэтом "не ко Времени". Остаться Певчим Робином и Черного на Белое не говорить. Вот последняя записка родственникам, которых она непрошено одарила тысячами исписанных листков: "Маленькие кузины. Отозвана назад. Эмили".Поговори с нами, Эмили!

Эмили Элизабет Дикинсон , Эмили Дикинсон

Поэзия / Стихи и поэзия
Сонет 23 Уильям Шекспир, - литературный перевод Свами Ранинанда
Сонет 23 Уильям Шекспир, - литературный перевод Свами Ранинанда

Изучая эпоху Уильяма Шекспира я попытался понять дух эпохи, всю сложность взаимоотношений живших тогда,- плоть от плоти. Это уклад жизни шекспировского средневековья. Очевидно, в будущем человеческие чувства останутся, такими же. Вполне вероятно, что чувства людей живших в далеком прошлом были более чище и ярче, мы только можем предполагать изучая и анализируя тексты тех времен. Это и было основной моей целью и мотивацией для перевода мной Сонета 23 Уильяма Шекспира, ибо предыдущие переводы, не дали мне объемлющего ответа на возникшие вопросы в ходе изучения текста оригинала. Однако можно отметить что текст оригинала Сонета 23 отличается от текста Сонета 116 в значимой части стилистикой и морфологическими признаками, где четко отчерчиваются временные рамки формирования старо британского диалекта. Предположительно, что Сонет 23 был написан в более раннем, творческом периоде Шекспира.

Александр Сергеевич Комаров

Поэзия / Лирика / Зарубежная старинная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Сонет 104 Уильям Шекспир, - литературный перевод Свами Ранинанда
Сонет 104 Уильям Шекспир, - литературный перевод Свами Ранинанда

 Сонет 104 — это романтический сонет, который посвящён разрушительной силе времени из серии сонетов «Прекрасная молодёжь» («Fair Youth»). Когда каждый человек, не зависимо от его состояния или социального статуса стареет и теряет красоту, но есть такие люди, у которых по истечению времени красота остаётся неизменной. Автор сонета взяв опорную тему из древнеримской поэзии мастерски использует литературные приёмы, описывая в виде примера разлуку со своим другом. Адресат, он же главный герой сонета и близкий друг, который значительно моложе его, и к которому он обращается с необычайной лирической нежностью. Автор сонета откровенно восхищается тем, что его друг сохранил свою юношескую внешность за то время, в течении которого они были в разлуке. Можно ли, утверждать, что разлука надуманна, в тоже время является литературным вымыслом? — Отнюдь, это не так! Искренность автора сонета не вызывает никаких сомнений, что видно из содержания текста повествования. Сонет был предназначен для адресата, с которым автор сонета очень давно знаком и очень близок. — Но можно ли, утверждать, что взаимоотношения автора сонета с адресатом сложились, как отношения двух мужчин геев? Пользуясь ссылкой на Горация: «...я отрезвился от любви к Инахии — третий декабрь с той поры листву с деревьев стряхивал...». Учитывая бисексуальную ориентацию Горация, в традициях римских патрициев, — где следует следующее «…к мальчикам страсти огонь зажечь иль к нежным девушкам»? Горацию во время написания было около 25-27-ми лет, а Инахия — это юноша, который моложе его. Гораций имел ввиду не разлуку с Инахией, а наоборот длительный срок влюблённости в Инахию, во время трёхлетнего военного похода римлян.

Автор Неизвестeн

Литературоведение / Поэзия / Зарубежная классика / Зарубежная поэзия
Чай
Чай

Новая книга стихотворений Евгении Добровой вышла в издательстве «Русский двор» (2010). Литературный обозреватель Данила Давыдов пишет про «Чай» в «Книжном обозрении»: «С одной стороны — здесь тонко-иронические (но и печальные в то же время) верлибры, заметки поэта как наблюдателя парадоксов реальности. С другой — ритмически более строгие тексты, изысканные фонетически и в то же время какие-то нарочито детские…» Два полярных мнения о поэзии Добровой, не противоречащие, впрочем, друг другу, принадлежат главным редакторам литературных журналов: «Одно-два-три стихотворения — и, будто ажурным мостиком по-над бездной, ты переходишь то ли в волшебную, то ли в игрушечную страну, где любуются маркизами Бакст и Сомов, где томно пришептывают Николай Агнивцев и молодой Вертинский, где все предметы и явления скучной повседневности изукрашены фольгой, мишурой, рождественской канителью». (Сергей Чупринин, послесловие к книге «Мари-Лиз».); автор — «опытный стилист и понимает, что истинно высокое высоким стилем выразить невозможно. Она сознательно (или бессознательно, в силу таланта) создает негативный лексический фон». (Евгений Степанов, «Футурум АРТ», № 4, 2002).

Евгения Александровна Доброва

Лирика / Стихи и поэзия
Дьявол. В быте, легенде и в литературе средних веков
Дьявол. В быте, легенде и в литературе средних веков

 АМФИТЕАТРОВ Александр Валентинович [1862–1923] — фельетонист и беллетрист. Газетная вырезка, обрывок случайно услышанной беседы, скандал в московских аристократических кругах вдохновляют его, служа материалом для фельетонов, подчас весьма острых. Один из таковых, «Господа Обмановы», т. е. Романовы, вызвал ссылку А. в Минусинск [1902]. Фельетонный характер окрашивает все творчество А. Он пишет стихи, драмы, критические статьи и романы — об артисте Далматове и о протопопе Аввакуме, о Нероне («Зверь из бездны»), о быте и нравах конца XIX в. (романы «Восьмидесятники» и «Девятидесятники»), о женском вопросе и проституции («Виктория Павловна» и «Марья Лусьева») — всегда многословные и почти всегда поверхностные. А. привлекает общественная хроника с широким захватом эпохи. У него же находим произведения из эпохи крепостного права («Княжна»), из жизни театра («Сумерки божков»), на оккультные темы (роман «Жарцвет»). «Бегом через жизнь» — так характеризует творчество А. один из критиков. Большинство книг А. - свод старых и новых фельетонов. Бульварные приемы А. способствовали широкой популярности его, особенно в мелкобуржуазных слоях. Портретность фигур придает его сочинениям интерес любопытных общественно-исторических документов.

Александр Валентинович Амфитеатров

Поэзия / Стихи и поэзия
Призраки Пушкина. Национальный поэт на rendezvous
Призраки Пушкина. Национальный поэт на rendezvous

Наследие А. С. Пушкина, до недавних пор считавшееся неприкосновенным, теперь все чаще становится объектом ревизии: в центре внимания критиков оказываются содержащиеся в нем патриархальные, имперские и милитаристские значения. Илья Виницкий противопоставляет идеологическим оценкам другой подход – литературоведческий анализ, проблематизирующее прочтение текстов классика и реконструкцию контекстов, в которых они создавались. Свою задачу автор видит в том, чтобы показать творчество Пушкина как парадоксальное и живое скрещение самых разных традиций, идей и культурных тенденций, а также в том, чтобы исследовать разные сценарии мифологизации Пушкина: от государственно-пропагандистского и имперского до либерально-просветительского и эмигрантского. Что мы получим, если подвергнем историко-культурной рефлексии юмор Пушкина? Какие стихотворения великий поэт «диктовал» из загробного мира спиритистам? Как фальсификация письма Пушкина к Николаю I связана с процессом Синявского и Даниэля? На эти и другие увлекательные вопросы отвечают статьи, вошедшие в этот сборник. Илья Виницкий – филолог, профессор Принстонского университета.

Илья Юрьевич Виницкий

Литературоведение / Поэзия
Желтая птица
Желтая птица

Сегодня мир волшебен, завтра — жесток, и вдруг снова поворачивается к тебе самой сияющей, солнечной стороной… Киммерийские закаты и счастье ушедшего детства; горы Армении и безумные улицы Москвы; китайские драконы и колдовская флейта; египетская Маат и парижский Латинский квартал. Бесконечность, неисчерпаемость жизни дразнят и манят, уводят за собой, и душа идет этой долгой дорогой, надеясь и любя. Стихотворение как пророчество, рифма как песня, рельефный и емкий образ, то обжигающий жарким дыханием жизни, то звучащий нежной и тихой молитвой. Книга Ирины Горюновой «Желтая птица» — сочетание пламенных эмоций и напряженной работы духа. Автор смелой кистью пишет мир внешний, с его яркими красками, запахами, музыкой, одновременно раскрывая сокровища внутреннего мира, погружая нас в мелодии тайных воспоминаний, показывая странствия души по временам и странам. Каждое стихотворение — символ, за которым свет живой улыбки; подлинные слезы, за которыми — бездны истории, богатство образов и ассоциаций. Это свобода и радость мастера; это настоящая поэзия.

Ирина Стояновна Горюнова

Поэзия / Стихи и поэзия