Философия

Империя знаков

Иллюстрированный сборник путевых заметок знаменитого французского интеллектуала, написанный по итогам его путешествия в Японию и освещающий различные стороны японской жизни с точки зрения человека западной культуры, одновременно восхищенного и удивленного жизненным миром иной цивилизации. Оглавление Где-то там c. 9-12 Незнакомый язык c. 13-16 Без слов c. 17-18 Вода и ком c. 19-24 Палочки c. 25-28 Пища, лишенная центра c. 29-34 Промежуток c. 35-39 Пашинко c. 40-43 Центр - город, центр - пустота c. 44-46 Без адресов c. 47-51 Вокзал c. 52-57 Пакеты c. 58-63 Три письма c. 64-73 Одушевленное/неодушевленное c. 74-77 Внутри/снаружи c. 78-80 Поклоны c. 81-86 Падение смысла c. 87-92 Избавление от смысла c. 93-97 Случай c. 98-104 Так c. 105-109 Писчебумажная лавка c. 110-114 Написанное лицо c. 115-122 Миллионы тел c. 123-128 Веко c. 129-132 Письмо жестокости c. 133-136 Кабинет знаков c. 137-143

Ролан Барт

Аномальщик. Часть 2 (СИ)

Алексей Леонидович Самылов

Онтология взрыва

Игорь Футымский

Этика, или познай самого себя

  "ЭТИКА, ИЛИ ПОЗНАЙ САМОГО СЕБЯ" — произведение Абеляра, написанное между 1132 и 1135. Состоит из двух книг (первая сохранилась полностью, вторая — небольшой фрагмент). Первое упоминание — в письме 1139 Гильома Сен-Тьерри к Бернарду Клервоскому, в котором было положено начало его диспута против Абеляра. Предполагалась как часть (наряду с теологией и антропологией, или тропологией) трактата "Теология".

Пьер Абеляр

Дитя цветов

Короткий рассказ о человеке, видящим мир, как художник, и о том, как сложно сохранять хрупкую красоту чуткой души. Безжалостен мир ко всему прекрасному, эта проблема является важнейшей для главного героя. Его существо на протяжении жизни терзается бездушной, алчной и мрачной частью нашего мира: страдания духа цивилизации есть его собственные страдания. Этот человек выбрал сам свой путь точно так же, как все мы делаем выбор каждый день, поступая хорошо или плохо, отдавая своё предпочтение духу или телу. "Белая ворона", выбравшая путь страданий добровольно. Возможно, именно поэтому он идет по жизни с клеймом сумасшедшего. Так это или нет, пытается выяснить врач психиатрической больницы, куда герой попадает по воле случая. Художник предпринимает попытки открыть потускневшие глаза врача на истину или лишь пытается представить свою точку зрения на неё.Вскоре врач выясняет, что у этого человека есть особенность, неизвестная доселе науке.

Константин Анхель

Завтрак с Сенекой. Как улучшить качество жизни с помощью учения стоиков

Стоицизм, самая влиятельная философская школа в Римской империи, предлагает действенные способы укрепить характер перед вызовами современных реалий. Сенека, которого считают самым талантливым и гуманным автором в истории стоицизма, учит нас необходимости свободы и цели в жизни. Его самый объемный труд, более сотни «Нравственных писем к Луцилию», адресованных близкому другу, рассказывает о том, как научиться утраченному искусству дружбы и осознать истинную ее природу, как преодолеть гнев, как встречать горе, как превратить неудачи в возможности для развития, как жить в обществе, как быть искренним, как жить, не боясь смерти, как полной грудью ощущать любовь и благодарность и как обрести свободу, спокойствие и радость.В этой книге, права на перевод которой купили 14 стран, философ Дэвид Фиделер анализирует классические работы Сенеки, объясняя его идеи, но не упрощая их. Мудростью Сенеки лучше всего наслаждаться в ходе ежедневного ритуала вроде бодрящей чашки кофе, усваивая проверенные временем истины о человеческой душе – как выяснилось, за прошедшие две тысячи лет она не слишком изменилась.«Мой идеал современного стоического мудреца – это человек, преобразующий страх в благоразумие, боль в информацию, ошибки в инициативу, желание в действие. Сенека создал полный курс обучения тому, как управлять своей жизнью и использовать эмоции по назначению – благодаря маленьким, но эффективным хитростям». (Н. Н. Талеб)

Дэвид Фиделер

Блаженный Августин за 90 минут

В книге "Блаженный Августин за 90 минут" Поль Стретерн предлагает сжатый, точный очерк жизни и трудов Августина и рассказывает, какое влияние его философия оказала на попытки человечества осознать смысл своего существования. Книга также включает избранные места из трудов Блаженного Августина, хронологию его жизни и перечень важнейших дат в истории философии, которые помогут читателю осознать место Августина в философской традиции.

Пол Стретерн

Я все смогу (СИ)

История о девочке, чья жизнь рухнула в один момент. О том, как некрасивый, не уверенный в себе ребёнок будет стараться, меняться и идти к своей цели. На пути ей встретится много преград, но она сможет их преодолеть, победить себя. А поможет ей в этом, наверно... любовь.

Анастасия Сергеевна Шайдурова

Выдающиеся ученые о познании

Книга будет интересна всем, кто неравнодушен к мнению больших учёных о ценности Знания, о путях его расширения и качествах, необходимых первопроходцам науки. Но в первую очередь она адресована старшей школе для обучения искусству мышления на конкретных примерах. Эти примеры представляют собой адаптированные фрагменты из трудов, писем, дневниковых записей, публицистических статей учёных-классиков и учёных нашего времени, подобранные тематически. Прилагаются Словарь и иллюстрированный Указатель имён, с краткими сведениями о характерном в деятельности и личности всех упоминаемых учёных.

Коллектив авторов , Лариса В. Селезнева

Крылья Феникса; Введение в квантовую мифофизику

В Ю Ирхин , М И Кацнельсон

Мистический Атлас

Эта книга приглашает к необычному путешествию – к путешествию не по земным дорогам, а по неизведанным тропам другой реальности – пространства мистических практик.

Виктор Печорин

Бог, человек, животное, машина. Технология, метафора и поиск смысла (ЛП)

«Меган О'Гиблин - блестящий и скромный философ, а ее книга - это взрывная, заставляющая задуматься, откровенно личная поездка, которую я хотел бы никогда не заканчивать... Эта книга - такой оригинальный синтез идей и разоблачений. Она представляет то, что вскоре назовут жанром эссеистики О'Гиблин» (Хейди Джулавитс, автор книги «Сложенные часы») Оригинальное исследование того, что может значить быть подлинно человечным в эпоху искусственного интеллекта. На протяжении большей части истории человечества мир был волшебным и заколдованным местом, которым управляли силы, находящиеся за пределами нашего понимания. С развитием науки и разделением Декарта на разум и мир материализм стал нашей господствующей парадигмой, в процессе чего возник вопрос, не является ли наше собственное сознание - то есть душа - иллюзией. Теперь, когда технологии неумолимо развиваются, а искусственные интеллекты превосходят наше понимание и контроль, а цифровые метафоры распространяются для самопонимания, основные вопросы существования - идентичность, знание, сама природа и цель жизни - настоятельно требуют переосмысления. Меган О'Гиблин решает эту задачу с философской строгостью, интеллектуальным охватом, эссеистическим блеском, освежающей оригинальностью и ироничным чувством противоречия. Она глубоко, а иногда и с юмором опирается на свой личный опыт бывшей религиозной верующей, которую до сих пор преследуют вопросы веры, и служит лучшим путеводителем по территории, на которую мы все вступаем. Мэган О'Джиблин - автор сборника эссе «Внутренние состояния», который получил премию Believer Book Award за нехудожественную литературу. Она пишет эссе и статьи для журналов Harper's Magazine, The New Yorker, The Guardian, Wired, The New York Times и других изданий.  

Meghan O'Gieblyn

СТЕНА БЫТИЯ

Перед вами сборник стихов, пропитанных: силой и храбростью, отчаянием и болью, одиночеством свободы и страхом столкновения с неведомым и немыслимым. Неведомым и немыслимым, но таким обыденным и повседневным! Это стихи о борьбе человека со своим бытием – со стеной, коей является человеку его бытие. Со стеной: «невидимой и вездесущей, тихой и громко ревущей». Подобно тому как «всеми красками бытия играет всякая стезя!», так и стихи эти несут в себе много красочных в своей чёрности глубин. И среди этих «цветов зла» найдутся красивые бутоны и чарующие лепестки!

Данил Олегович Ечевский

Парадоксы

История парадоксов столь же древняя, как история логики и философии. Но возможно наибольшее их количество и разнообразие обнаружено в XXвеке.

Антонина Владимировна Щипкова , Натали Е , Игорь Наталик , Джеймс Фокс

Познание как произведение. Эстетический эскиз

Книга – дополненное и переработанное издание «Эстетической эпистемологии», опубликованной в 2015 году издательством Palmarium Academic Publishing (Saarbrücken) и Издательским домом «Академия» (Москва). В работе анализируются подходы к построению эстетической теории познания, проблематика соотношения эстетического и познавательного отношения к миру, рассматривается нестираемая данность эстетического в жизни познания, раскрывается, как эстетическое свойство познающего разума проявляется в кибернетике сознания и искусственного интеллекта. В сферу исследования включается сюжет, способствующий пониманию того, как философия – эта методология души, с одной стороны, и искусство, с другой, ваяют истину, как художественно-философские формирования становятся произведенческими структурами, как эти культурные образования усиливают рельефную форму как того, что есть, так и дополненной реальности. Познание и эстетическое деяние, полагаемые в апоретике, утверждаются вместе, чтобы определить интеллектуальное произведение.

Николай Александрович Кормин

Таинственные ответы на таинственные вопросы

Из этой цепочки вы узнаете о том, как рациональное мышление соотносится с убеждениями. О том, зачем нужны объяснения и какие они бывают. О том, какое отношение рациональное мышление имеет к научному познанию и научным теориям. И немного о том, как в похожих ситуациях будут вести себя рационалисты и люди, не знакомые с рациональным мышлением.

Элиезер Шломо Юдковски , Элиезер Юдковски

Юлиус Эвола, Рене Генон и христианство

Эта книга, изданная в 1978 году, стала объектом первого испанского перевода в 1982 году и была распространена в традиционалистских кругах того времени не более чем в 150 экземплярах. Теперь мы снова, но уже через Интернет, предлагаем читателю оценить качество и ясность представлений Даниэля Колона. В данном тексте, который опирается на эволианскую и генонианскую точки зрения, автор показывает не только знание мира Традиции, но и надёжную объективность. В некоторых частях текста сделан чрезмерный акцент на дискуссию против Новых Правых; необходимо рассматривать эти линии в контексте интеллектуальной полемики, которую в ту эпоху переживала Франция.

Даниэль Колон

Хрестоматия по философии. Часть 2

Часть 2. Книга представляет собой антологию тематически сгруппированных философских текстов – извлечений из трудов мыслителей разных эпох, включая и современность. Пособие подготовлено в соответствии с "Государственными требованиями (Федеральный компонент) к общему минимуму содержания и уровню подготовки выпускников высшей школы по циклу "Общие гуманитарные и социально-экономические дисциплины". Содержание дидактических единиц этих требований по философии раскрывается на основе фрагментов произведений представителей основных философских учений, школ, течений и направлений как в историко-философском ключе, так и через фундаментальные философские проблемы. В данном файле представлена вторая часть издания.

Алексей Алексеевич Радугин , А. А. Радугин

Границы естественного познания

Рудольф Штайнер

Философия биполярности: неживое и живое

Книга является своеобразным продолжением предыдущего издания, «Философия биполярности: мир, Россия, мы», и отвечает на вопрос, какова судьба человеческой цивилизации в свете философии биполярности, какие человеческие ценности в этой связи важны для нас, какие ошибки мы совершаем, приближая тем самым свою гибель. Автор не дает готовых рецептов и ответов на поставленные вопросы — он просто делится своими взглядами на процессы, которые происходят в окружающем нас мире.

Виталий Васильевич Полищук

Огненная Русь

Н. К. Макаров

К генеалогии морали

Фридрих Вильгельм Ницше

Осторожно: безумие! О карательной психиатрии и обычных людях

В начале 1960-х годов Мишель Фуко задался вопросом: кто такие безумные и как менялось отношение к ним на протяжении всей истории. Итогом этих размышлений стал фундаментальный труд по истории психиатрии и легкие подозрения автора в том, что наука об умалишенных всегда была на службе государства. А если так, то можно ли называть ее наукой? На протяжении всей истории человечества безумными называли не тех, кто болен, но тех, кто неудобен государству. Чем больше размышлений — тем больше вероятность, что факт наличия мыслей будет использован как аргумент на приеме у психиатра. Предлагаемое издание представляет собой фундаментальный труд социолога, посвященный изучению понятия нормы и патологии. Книга стала импульсом для создания так называемой «антипсихиатрии», движения против системы карательных мер по борьбе с любого рода инакомыслием.

Мишель Фуко

Нагота

В нашей культуре взаимосвязь между лицом и телом несёт на себе отпечаток основополагающей асимметрии, каковая подразумевает, что лицо должно быть обнажённым, а тело, как правило, — прикрытым. В этой асимметрии голове отдаётся ведущая роль, и выражается она по–разному: от политики и до религии, от искусства вплоть до повседневной жизни, где лицо по определению является первостепенным средством выразительности.

Джорджо Агамбен

Философская теология: дизайнерские фасеты

Монография представит авторское осмысление ряда параметров философской теологии как новой реальности в российском философском контексте. К ним относятся отличия светской рациональной теологии от традиционного церковного богословия, дифференциация различных типов дискурса в самой рациональной теологии, выявление интеркультурного измерения философской теологии, анализ современных классификаций обоснований существования Бога, теологический анализ новейшей атеистической аргументации и самого феномена атеизма, а также некоторые аспекты методологии библейской герменевтики. Работа предназначается для философов, богословов, религиоведов, а также для студентов гуманитарных вузов, изучающих курс теологии.

Владимир Шохин

Радиосон. Трактат о свободе воли

Многих сегодня волнует возрастающее влияние информатизации и роботизации на социальную жизнь. Не секрет, что робототехника развивается быстрыми темпами и в скором времени нас ожидает массовое внедрение роботов. Этому сопутствует страх перед восстанием машин и будущим технократическим обществом с цифровой диктатурой, прогрессирующая дегуманизация человеческих отношений и постепенное превращение людей в дистанционно управляемых киборгов.Если обратиться к литературным источникам – все эти проблемы были описаны в работах ученых и фантастов еще на заре научно-технического прогресса. Мы – невольные участники заговора против человеческой природы и носители программ, привитых нам вопреки нашим истинным желаниям. Настоящая работа представляет собой психотехническое пособие по депрограммированию сознания, основанное на данных психологии, физиологии и социальных наук. Содержание изложено в научно-публицистическом жанре, стилизованном под советские научно-популярные издания.

Пётр Гряденский

Утренняя заря, или мысль о моральных предрассудках

Фридрих Вильгельм Ницше

Сократ. Введение в косметику

Парадоксальному, яркому, провокационному русскому и советскому философу Константину Сотонину не повезло быть узнанным и оцененным в XX веке, его книги выходили ничтожными тиражами, его арестовывали и судили, и даже точная дата его смерти неизвестна. И тем интереснее и важнее современному читателю открыть для себя необыкновенно свежо и весело написанные работы Сотонина. Работая в 1920-е гг. в Казани над идеями «философской клиники» и Научной организации труда, знаток античности Константин Сотонин сконструировал непривычный образ «отца всех философов» Сократа, образ смеющегося философа и тонкого психолога, чья актуальность сможет раскрыться только в XXI веке.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Константин Иванович Сотонин

Думать или верить? Ода человеческой ослиности

Книга содержит философские очерки, в которых исследуются такие фундаментальные вопросы бытия мира и человека, как материя и сознание, тело и дух, разум и вера, знание и заблуждение, наука и религия, эволюция и творение, свобода и рабство.Эта книга — о борьбе разума с человеческой глупостью, которая и сегодня продолжает править миром. Книга, обращаясь к сердцу и уму каждого мыслящего читателя, способна помочь развитию его аналитического, критического, научного мышления и защите от зомбирования со стороны различных сил общества, пытающихся превратить человека в бездумное и покорное существо.

Аркадий Григорьевич Гуртовцев

Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии

Работа Ф. Энгельса «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии» – одно из основных произведений марксизма. В ней раскрыто отношение марксизма к его философским предшественникам в лице крупнейших представителей немецкой классической философии Гегеля и Фейербаха и дано систематическое изложение основ диалектического и исторического материализма.Тексты приводятся по изданию:К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения, изд. 2 (тома 21 и 3).

Фридрих Энгельс , Карл Маркс , Карл Генрих Маркс

Исследование интуиции

Родился он в деревушке Маданапалле в южной Индии. В 1909 году стал учеником Анни Безант, которая видела в Кришнамурти «нового мессию». Три года спустя Безант увезла мальчика в Англию, где он получил образование. В 1929 году Кришнамурти порвал с Теософским обществом и стал пропагандировать собственное религиозно-мистическое учение.Он основал несколько школ, опубликовал множество книг и статей, дал около тысячи интервью, в которых раскрывал суть своего подхода к жизни.[1]Последнее публичное выступление Джидду Кришнамурти состоялось в Мадрасе (Индия), в январе 1986 года, за месяц до смерти.Явление Кришнамурти уникально по своей сути, отлично от всех Учителей, основателей учений, сект и даже религий.Кришнамурти – человек, который из любви к миру и истине отказался от роли живого Бога, мирового Учителя, роли, к которой он был предназначен с детства. Сделал он это, так как осознал, что истина, если она открыта не самостоятельно, а навязана авторитетом другого, пусть даже в высшей степени замечательного существа, не ведет ни к чему, кроме иллюзий, конфликта и страдания.Джидду Кришнамурти родился в ортодоксальной брахманской семье, в Маданапали, в 1895 году.Малыша заметил Ч. Ледбитер?, один из лидеров Теософского общества. Он был поражен красотою Джидду, его склонностям к ярким экстатическим переживаниям, видениям. Ледбитер решил, что Джидду – тот самый человек, которого теософы искали: новый Учитель Мира, живой Майтрейя, предыдущим воплощением которого был Иисус ХристосОтец его, Нараяни Кришнамурти, охотно отдал сына на воспитание, но вскоре понял, что теософы отвратят его от ортодоксального индуизма и потребовал сына назад. Ледбитер, обвиненный в применении незаконных педагогических приемов, был вынужден уехать из Индии. Однако, теософы выиграли судебный процесс, и попечительницей мальчика стала глава общества Анни БезантПредставленный Анни Безант двум высшим Учителям – Кут-Хуми? и Мориа? – четырнадцатилетний Кришнамурти был безоговорочно признан Великим Существом, в котором должен проявиться будущий Будда – Боддхисатва Майтрейя, пришествие которого было предсказано теософами. Учителя рекомендовали внешнее воспитание и обучение в европейском духе, но запретили всякое вмешательство в духовную сферу.В декабре 1906 года Кришнамурти был принят в эзотерическую секцию общества, а в январе 1906г. – учеником к Мастеру Кут Хуми.В 1911г. А.Безант, которая сразу и навсегда глубоко полюбила Кришнамурти и уверовала в него, основала от имени Теософского общества Орден Звезды Востока с отделениями по всему миру. Этот Орден должен был стать основой будущего миропорядка под руководством Кришнамурти (в Голландии, Индии, США, Австралии).До 1929г. Орден непрерывно расширялся и насчитывал десятки тысяч членов.В 1912г. теософы неофициально признали Кришнамурти главой Ордена. Некоторые теософы, во главе со Штейнером, образовали самостоятельную общину (антропософскую), не согласившись с таким решением. К этой общине примкнули наши соотечественники: М.Волошин, А.Белый, М.Чехов.Сам Кришнамурти до 1921г. находился в Англии, где получил домашнее воспитание. Попытки поступить в Оксфорд или Кембридж были безуспешны. Кришнамурти ведет светскую жизнь в Лондоне, Париже. Знакомится с писателями, художниками, музыкантами, пользуется большим успехом у интеллигенции и снобов. На вопрос о том, трудно ли быть инкарнацией божества, он отвечал, что его сейчас больше всего волнует, кто выиграет Уимблдонский турнир.В конце 1921 года Кришнамурти ненадолго приезжает в Индию, а затем, после Конгресса Теософического общества в Австралии, направляется в Калифорнию, где в Оджаи, недалеко от Санта-Барбары, поселяется в небольшом имении, которое потом купит для него А.Безант, и где ему суждено будет умереть через много лет. Здесь начинается для него интенсивное духовное пробуждение, связанное с полной трансформацией сознания и мучительными перестройками физического организма, которое полностью изменит весь ход его жизни и будет продолжаться до конца его дней. В это время, и особенно после поездки в Италию, в 1924г., он, как никогда прежде, отвечает своей роли Мирового Учителя и Мессии, дает наставления своим последователям, излучает радость и сочувствие, поражает окружающих глубокими духовными прозрениями, собирается принять санньясу, убежден в своей способности сделать всех счастливыми. Теософы с радостью констатируют слияние сознания человека с сознанием Майтрейи. В апреле 1927г. А.Безант делает заявление для Ассошиэйтед Пресс: «Учитель Мира здесь». В начале 1929г. она пишет Кришнамурти, что хотела бы оставить пост главы Теософского общества, сидеть у его ног и слушать, что он говорит – но он ей этого не позволяет. Ведущие теософы в своем энтузиазме не замечают, что уже три года Мессия говорит странные вещи, никак не укладывающиеся в теософическую доктрину.Наконец, 3 августа 1929г., в присутствии трех тысяч собравшихся послушать его членов Общества, Кришнамурти объявляет о своем решении распустить Орден Звезды?. Он говорит о безусловной вредности авторитета и подчинении ему, о том, что к истине нет дорог, и нелепо думать, что какая-либо организация способна вести или может заставить людей идти заданным путем. И тем, кто действительно хочет что-то понять и может сотрудничать, не нужна никакая организация и никакой авторитет, особенно авторитет Учителя Мира. Будда и Христос не претендовали на божественность, ее навязывали им своим поклонением ученики. Он видит задачу в том, чтобы освободить человека от страхов, от обусловленности, от ограниченности, а не в том, чтобы строить ему новые клетки из религий, сект, теорий или философий. Чтобы понимать мир, нужно быть свободным.Теософское общество получило страшный удар и поспешило откреститься от Кришнамурти. Для Анни Безант это было крушением планов всей ее жизни, но ее вера в Кришнамурти и любовь к нему не поколебались, она до самой своей смерти, в 1933г., считала, что он лучше знает, что надо, и делала все, чтобы он мог продолжить свою деятельность. Вскоре все фонды Ордена были ликвидированы, а обширные владения и поместья возвращены первоначальным владельцам.Не все теософы смогли это принять, однако разрыв был не резким. Теплые отношения с Анни Безант сохранились до конца ее жизни. Теософские залы всегда были открыты для Кришнамурти, теософские общества печатали его труды.Кришнамурти надолго поселяется в Калифорнии. До 1939г. он еще несколько раз приезжает в Индию, где, несмотря на противодействие теософов, особенно после смерти А.Безант, выступает перед достаточно большой аудиторией. Но похоже, что Индия еще не готова услышать его. Шум вокруг его имени утихает, мир и пресса забывают о нем. С начала войны и до 1947г. он живет в Калифорнии и ведет себя настолько скромно, что даже близко знакомые с ним люди не подозревают о той гигантской внутренней работе, которая идет в нем.Вторая мировая война изменила мир. Изменила она и Индию. В 1947г., через два месяца после объявления независимости Индии, Кришнамурти приезжает на Родину. Просыпающаяся после многовекового застоя страна в жесточайшем кризисе. Восторги по поводу свободы длились недолго, для многих они сменились разочарованием и отчаянием. Миллионы людей были вынуждены под страхом смерти бросить свой дом и имущество и отправиться неведомо куда. Многие интеллигенты с ужасом наблюдали результаты своей многовековой благородной борьбы. Что происходит? Как это получилось?Новая Индия уже готова услышать Кришнамурти. И он взрывается всем гигантским зарядом энергии любви, сострадания и истины, который накопился в нем за годы, проведенные во внешнем бездействии. Этот поток уже не иссякает до самой его смерти в 1986г.В течение 40 лет он выступает перед многотысячными аудиториями в Индии, Швейцарии, Америке и других странах. К нему приходят со своими бедами и вопросами люди всех возрастов и сословий, и никто не встречает отказа.Он не обещает и не дает утешения, но в окружающей его атмосфере света и любви самая жестокая правда воспринимается как благо и способна произвести глубочайшие перемены в душах и умах людей.Представить систему взглядов Кришнамурти невозможно, потому что слово «система» неприемлемо применительно к его философии. Читая Кришнамурти, люди испытывают то великое потрясение, которое дает неожиданно открытая истина. «Я ничему не учу Вас, я только держу фонарь, чтобы Вам было лучше видеть, а захотите ли Вы увидеть – Ваше дело».Философия Кришнамурти не является учением, имеющим определенные догматы. Его представления о жизни и смерти, счастье и радости, пространстве и времени, о любви и т.д., которые обсуждаются в его беседах, не навязываются собеседнику, более того, они просто ставятся как предмет раздумий для каждого, и решение для каждого индивидуума свое. Доходите до всего сами, не верьте каким бы то ни было догмам, представлениям, шаблонам – эзотерическим, христианским, исламским и т.д.Основное положение – главное, что, на мой взгляд, можно положить в основу взглядов Кришнамурти, – это представление о свободе. Свободе от внешних и внутренних воздействий и побуждений, ограничивающих взгляд человека на жизнь, суживающих его кругозор. Но как суметь, пройдя через воспитание в семье, полученное в институтах образование, обретя определенные шаблоны мышления общества, в котором живет человек, сохранить чистоту восприятия ребенка? Кришнамурти не дает однозначного ответа на этот вопрос. Как, впрочем, и на все вопросы жизни, которые, по его мнению, не имеют однозначного ответа. Ответы Кришнамурти почти всегда парадоксальны, они лавируют на лезвии бритвы и необыкновенно точны, открывая глаза человека на вечное и непреходящее. Вот, например, понятие о жизни, как о чем-то изменчивом, динамическом потоке, с целью увидеть и оценить бессмертие и метапространство, не ограниченное временными параметрами.Он говорит об опыте, который вызывает окостенение нашего восприятия, образует определенные стереотипы поведения в уже известных ситуациях. Он указывает, что это необходимо осознавать, чтобы не ограничивать возможности восприятия каждого явления, воспринимать его как в первый раз. Необыкновенно ярко данное Кришнамурти определение истинно религиозного ума, как взрыва осознания, восстания против всех пут и систем.Кришнамурти занялся активной просветительной деятельностью в период 50–60гг., когда послевоенный кризис привел к распаду мировой системы, возник могучий поток национально-освободительных революций в разных странах. Он видел способ разрешения мировых конфликтов не в политике или религии, а в индивидуальной революции, в процессе самопознания индивидуума.«Если не произойдет преобразования индивидуума, который является продуктом общества, не знаю, как мы выйдем из этого хаоса». «Начинать надо с понимания рабства ума».«Что бы понимать страдание и беспорядок, которые существуют в нас, а поэтому и в мире, мы должны сначала найти ясность в себе, а эта ясность приходит через правильное мышление. Правильное мышление – это не результат просто развития интеллекта. Правильное мышление приходит с самопознанием. Без понимания себя, то что Вы думаете, не истинно».Эта фундаментальная тема развивается Кришнамурти последовательно, шаг за шагом, Этот Учитель делает ставку на отдельного человека, на развитие его сознания. «Надежда на человека, не на организованные религиозные системы. Организованные религии с их посредниками, священными книгами, догмами, иерархиями и ритулами предлагают только фальшивое решение основной проблемы. Вера в высшую ценность всякой данной системы ценностей ведет не к освобождению, а к еще большим старым несчастьям». И еще «верование неизбежно разделяет». Все организованные верования основанны на разделении, хотя и могут проповедовать братство. Человек, который успешно решил свои отношения с этим миром – это человек, у которого нет верований, «Только через творческое понимание себя может быть творческий, счастливый мир, в котором верований не существуют». Мир без религиозных идей был бы счастливым миром по Кришнамурти, потому, что это мир без могущественных сил, принуждающих к определенным действиям человека, без почитаемых догм, во имя которых оправдываются наихудшие преступления и величайшие глупости. Но что же предлагает нам Кришнамурти? Это не система верований, не религиозные догмы, не набор готовых правил и установок, не призывы к духовному подъему и не вдохновленная болтовня о сущесвовании в трансцендентальных мирах.Он не предлагает самодисциплины и молитвы, он не сторонник йоги.Он во всех своих лекциях говорит о развитии осознанности, о том, что жизнь – это трансцендентальная спонтанность, творческая Реальность». Только осознание такой реальности, открытость человека динамическому потоку опытов, без выбора, ведет к полному пониманию и полной любви. Это осознание без выбора в каждый момент, во всех жизненных обстоятельствах- есть единственная эффективная медитация.* * *Проводя беседу с большой аудиторией, Кришнамурти как правило подолгу говорил один. Однако, это никогда не было ни выступлением, ни лекцией, где выступающий делится со слушателями своими знаниями, инструктирует, советует, выдвигает свои мнения или убеждает. Кришнамурти смотрел на беседу как на совместное изучение сложных проблем жизни. При совместном исследовании и тот, кто говорит, и тот, кто слушает продвигаются по пути выяснения очередной проблемы вместе, предельно внимательно, с осторожностью, крайне осторожно, шаг за шагом – и всё время вместе. И хотя почти всё время аудитория слушала молча, Кришнамурти ни на миг не прекращал такое совместное изучение проблемы. Слова ведущего беседу могут лишь освещать ситуацию, но увидеть и понять слушающий может только сам; и Кришнамурти делал всё, чтобы понимание это возникало в сам момент обсуждения проблемы, предоставляя слушателю, в частности, достаточно времени для глубокого восприятия услышанного – Кришнамурти говорил очень спокойно, медленно, без спешки, выдерживая достаточно длинные паузы, – и не только после каждой своей фразы, но часто и внутри самой фразы. Паузы эти занимали значительную часть – почти половину! – всего времени беседы, но именно эти паузы и позволяли вниманию слушающего продвигаться вместе с ведущим беседу, не отставая от него, не проскакивая мимо смысла.Всё это хорошо видно на видеопросмотрах бесед Кришнамурти – но читателю текста, к сожалению, этого не видно. Чтение текста беседы Кришнамурти «обычным образом», просто подряд фраза за фразой, без столь важных пауз, что так обильно пронизывали живую речь Кришнамурти, лишает читателя того совместного исследования, ради которого Кришнамурти и проводил свои беседы.С появлением видеотехники все беседы Кришнамурти, где бы они ни проводились, записывались на видеоплёнку; существует более пятисот записей бесед последних пятнадцати лет жизни Кришнамурти. Впечатление от видеопросмотра беседы Кришнамурти намного глубже, чем от одного лишь текста беседы; важно не только то, что он говорит, но и как он это говорит, и весь его облик, чистый, совершенно не озабоченный собой, и само молчание Кришнамурти во время пауз. И только после просмотров этих видеобесед становится ясно, как правильно читать Кришнамурти – не только тексты его бесед, но и всё, написанное им самим: записные книжки, дневники, книги.

Джидду Кришнамурти

Что такое 'антинаука'

Я придаю особое значение тому обстоятельству, что первая американо-советская конференция по социальным и политическим аспектам науки и техники была посвящена «антинаучным тенденциям в культуре США и СССР». Культурологи традиционных ориентаций, наверное, сочли бы более важной и уместной какую-нибудь другую тему, чем проблема «антинауки». Весьма вероятно также, что многих академических ученых гораздо больше волнует распространение антипатий к традициям западной литературы и искусства. Еще кто-то сочтет более насущными проблемами нашей цивилизации разгул оголтелого национализма, фанатизм религиозного фундаментализма, этническую вражду, — в общем, то торжествующее насилие, которое Фрейд в книге «Почему война?» назвал «инстинктами разрушения». В сравнении с такими сюжетами наша тема выглядит чем-то второстепенным, легковесно-эфемерным. Однако из дальнейшего станет ясно, что выбор нашей темы правомерен и не случаен, в том числе (и не в последнюю очередь) потому, что она исторически и логически тесно связана как раз с теми самоочевидными социальными опасностями и угрозами, о которых я только что упомянул.Прежде всего мы должны разобраться с приставкой «анти-», чтобы верно уловить суть проблемы. Я вижу свою задачу в данном очерке в том, чтобы наметить способы корректного и отвечающего существу дела обсуждения феномена «антинауки».

Джеральд Холтон , Журнал «Вопросы философии»