Документальное

Наше послевоенное (СИ)
Наше послевоенное (СИ)

Эта книга - рассказ о моем послевоенном детстве, похожем на детство миллионов детей, родившихся в конце сороковых, в начале пятидесятых годов. Для современного молодого поколения середина прошлого века доисторический период: у нас не было компьютеров и DVD плееров, мы не смотрели мультиков по телевизору, да и телевизоров не было. Не было не только памперсов, но и колготок, а собственная ванна и телефон (простой, не сотовый) имелись только в привилегированных семьях. Но технический прогресс не изменил души ребенка, и то, что казалось обидно тогда, обидно и сейчас, и если мы радовались стакану газировки, то сейчас дети радуются бутылочке кока-колы, и думается мне, что название напитка, вкупе со всем остальным, не важно. В моем детстве необычна только география места жительства нашей семьи: от Владивостока до Батуми.

Зоя Карловна Криминская , Зоя Криминская

Биографии и Мемуары / Документальное
Эпидемия. Записки из сумасшедших туров #Туровыебудни
Эпидемия. Записки из сумасшедших туров #Туровыебудни

«Вряд ли наши слушатели всерьез полагают, что мы каждый день с утра до вечера ходим в эльфийских нарядах с серьезными лицами, летаем на драконах и пьем только колодезную воду. В первую очередь "Эпидемия" – это именно рок-группа со всеми вытекающими отсюда последствиями».Эта ироничная и честная книга написана гитаристом метал-группы «Эпидемия» Дмитрием Процко. Если вам интересно, как живут музыканты между концертами, с чем сталкиваются в турах и как придумывают песни, то эти истории вам понравятся! От выступлений в постсоветских ДК до тура по Японии, от настройки аппаратуры до автограф-сессий, от репетиций до длительных переездов и перелетов – здесь всё, с чем приходится сталкиваться каждому рокеру.Также для фанатов подготовлен специальный сюрприз: в книге много уникальных архивных фотографий, а в конце вы найдете целый «Толковый словарь лингвистических терминов и речевых оборотов, используемых музыкантами группы "Эпидемия" в общении. Призван служить для облегчения межкультурной коммуникации между представителями Homo Sapiens и Homo Epidemicus».В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Дмитрий Процко

Биографии и Мемуары / Музыка / Документальное
Наполеон I Бонапарт
Наполеон I Бонапарт

Словно претворяя слова давнего пророчества в жизнь, Наполеон неистово стремился стать владыкой – и не одной отдельно взятой страны, а целого мира! Он стирал с лица земли одни народы, позволяя возникнуть другим. И настал тот миг, когда демиург в нем властно возобладал над человеком, которого к кормилу власти некогда привел простой народ. Отмахнувшись от народа, презрев его чаяния, он и впрямь стал мнить себя владыкой целого мира. Да что там – мира! Очень может статься, что своими помыслами он уже начинал стремительно возноситься к Небесам, намереваясь в итоге бросить дерзкий вызов самому Творцу всего Сущего…И это стало началом конца Наполеона Бонапарта.Перед вами удивительная жизнь человека, наделенного высокой и мятежной душой, познавшего невероятные взлеты и сокрушительные падения и осмелившегося низвергнуть все понятия и установки обыденного мира.

Глеб Благовещенский

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Нечаев: Созидатель разрушения
Нечаев: Созидатель разрушения

Книга рассказывает об одном из крайне радикальных деятелей российского освободительного движения Сергее Геннадиевиче Нечаеве, создателе и идеологе конспиративного сообщества «Народная расправа». Материалы нечаевской истории послужили Ф. М. Достоевскому основой романа «Бесы», в котором гениальный писатель предостерегал человечество от огромной опасности, которую несут собой личности, исповедующие вседозволенность и право «избранника судьбы» переделывать мир в соответствии с абстрактной идеей свободы. Разгул терроризма и всех видов радикализма в современном мире показывает сугубую актуальность фигуры С. Г. Нечаева. Это обстоятельство сыграло определяющую роль в решении издать биографию этой яркой, знаменательной со знаком минус личности в серии «ЖЗЛ».

Феликс Моисеевич Лурье

Биографии и Мемуары / Документальное
Зодчий. Жизнь Николая Гумилева
Зодчий. Жизнь Николая Гумилева

Книга представляет собой подробную документальную биографию одного из крупнейших русских поэтов, чья жизнь стала легендой, а стихи — одним из вершинных событий Серебряного века. Образ Гумилева дан в широком контексте эпохи и страны: на страницах книги читатель найдет и описание системы гимназического образования в России, и колоритные детали абиссинской истории, малоизвестные события Первой мировой войны и подробности биографий парижских оккультистов, стихи полузабытых поэтов и газетную рекламу столетней давности. Книга беспрецедентна по охвату документального материала; автор анализирует многочисленные воспоминания и отзывы современников Гумилева (в том числе неопубликованные), письма и дневники. В книге помещено более двухсот архивных фотографий, многие из которых публикуются впервые, в приложении — подборка стихотворных откликов на смерть Гумилева.

Валерий Игоревич Шубинский

Биографии и Мемуары / Поэзия / Прочая документальная литература / Стихи и поэзия / Документальное
Четыре шага
Четыре шага

«… Двадцать с лишним лет назад, в ходе работы над трилогией «Живые и мертвые», я задумал еще одну книгу – из записок Лопатина, – книгу о жизни военного корреспондента и о людях войны, увиденных его глазами.Между 1957 и 1963 годами главы этой будущей книги были напечатаны мною как отдельные, но при этом связанные друг с другом общим героем маленькие повести («Пантелеев», «Левашов», «Иноземцев и Рындин», «Жена приехала»). Впоследствии все эти вещи я соединил в одну повесть, назвав ее «Четыре шага». А начатое в ней повествование продолжил и закончил еще двумя повестями («Двадцать дней без войны» и «Мы не увидимся с тобой…»).Так сложился этот роман в трех повестях «Так называемая личная жизнь», который я предлагаю вниманию читателей.»Константин Симонов

Константин Михайлович Симонов

Биографии и Мемуары / Проза / Проза о войне / Военная проза / Документальное
Этаж шутов
Этаж шутов

Вашему вниманию предлагается очередной роман знаменитого французского писателя Анри Труайя, произведения которого любят и читают во всем мире.Этаж шутов – чердачный этаж Зимнего дворца, отведенный шутам. В центре романа – маленькая фигурка карлика Васи, сына богатых родителей, определенного волей отца в придворные шуты к императрице. Деревенское детство, нелегкая служба шута, женитьба на одной из самых красивых фрейлин Анны Иоанновны, короткое семейное счастье, рождение сына, развод и вновь – шутовство, но уже при Елизавете Петровне. Умный, талантливый, добрый, но бесконечно наивный, Вася помимо воли оказывается в центре дворцовых интриг, становится «разменной монетой» при сведении счетов сначала между Анной Иоанновной и Бироном, а позднее – между Елизаветой Петровной и уже покойной Анной Иоанновной.Роман написан с широким использованием исторических документов.

Анри Труайя

Биографии и Мемуары / Проза / Историческая проза / Документальное
Возвращенцы
Возвращенцы

Как в конце XX века мог рухнуть великий Советский Союз, до сих пор, спустя полтора десятка лет, не укладывается в головах ни ярых русофобов, ни патриотов. Но предчувствия, что стране грозит катастрофа, появились еще в 60–70-е годы. Уже тогда разгорались нешуточные баталии прежде всего в литературной среде – между многочисленными либералами, в основном евреями, и горсткой государственников. На гребне той борьбы были наши замечательные писатели, художники, ученые, артисты. Многих из них уже нет, но и сейчас в строю Михаил Лобанов, Юрий Бондарев, Михаил Алексеев, Василий Белов, Валентин Распутин, Сергей Семанов… В этом ряду поэт и публицист Станислав Куняев. Его книга – о непрекращающейся войне и на новом витке истории. Книга известного русского поэта, публициста и общественного деятеля Станислава Куняева посвящена как и почти все его произведения теме Родины, тому как относятся к России, к русской культуре различные представители творческой интеллигенции Автор убедительно доказывает, что для многих из них, особенно из числа еврейской интеллигенции, Россия и русский народ являются в лучшем случае отвлеченными понятиями а в худшем – вызывают неприятие доходящее до ненависти к нашей Родине. В сущности, эти творческие деятели всегда имели двойное гражданство и как только представилась возможность немедленно покинули нашу страну, забыв о своих былых верноподданнических уверениях.

Станислав Юрьевич Куняев

Публицистика / Прочая документальная литература / Документальное
Я дрался на Ил-2
Я дрался на Ил-2

Книга Артема Драбкина «Я дрался на Ил-2» продолжает серию основанных на собранных автором записях и интервью книг. В этой книге читатель встретится с летчиками-штурмовиками, стрелками и механиками, воевавшими и обслуживавшими легендарный штурмовик Ил-2. Полные драматизма штурмовки и воздушные бои, требующие от летчика концентрации всех навыков, опыта, воли, вынужденные посадки и полеты в сложных метеоусловиях, нервное напряжение перед атакой, потеря товарищей и быт летчиков – все эти аспекты жизни летчиков-штурмовиков на фронтах Великой Отечественной оживают в рассказах ветеранов. В своих воспоминаниях они делятся с нами и тактическими приемами, позволявшими выжить в бою, и небольшими радостями, доступными летчикам после успешного боевого дня.

Артем Владимирович Драбкин , Артем Драбкин

Биографии и Мемуары / Военная документалистика и аналитика / История / Образование и наука / Документальное
О.Генри: Две жизни Уильяма Сидни Портера
О.Генри: Две жизни Уильяма Сидни Портера

Настоящее издание — первая полноценная русскоязычная биография выдающегося американского новеллиста О. Генри (1862–1910). Этот человек прожил не одну, а две жизни. Первая — под именем, данным при рождении, Уильям Сидни Портер — разительно отличалась от той, что прошла под псевдонимом «О. Генри». Временами судьба выделывала поразительные кульбиты, жизнь походила на авантюрный роман, в калейдоскопическом ритме которого мелькали люди, города и страны, герой переживал взлеты и падения, менял занятия и профессии, возвышенное тесно переплеталось с низменно-бытовым. На его долю выпали и высокие обретения художника, и драматические человеческие потери.Автор книги — литературовед-американист, основываясь на широком спектре источников, создает живой и психологически убедительный портрет незаурядного человека и писателя.

Андрей Борисович Танасейчук

Биографии и Мемуары / Документальное
Жизнь и деяния видных российских юристов. Взлеты и падения
Жизнь и деяния видных российских юристов. Взлеты и падения

Как политические и социальные коллизии времени отразились на судьбе и карьере видных российских юристов? Их биографии – это интересные и познавательные страницы истории не только российской юриспруденции, но и истории страны XVII–XX веков.Герои документальных очерков в какой-то период своей жизни вошли в клинч с властью. А многие и вовсе оказались лицом к лицу с правосудием и неумолимым вердиктом роковых перипетий своей эпохи. Книга избранных биографий написана на основе редких архивных материалов и других малодоступных источников, которые долгие годы изучал автор. А. Звягинцев около сорока лет посвятил служению Фемиде, немало проработав на ниве реальной юриспруденции. Он широко известен читателям как автор не только документальных произведений, но и остросюжетной современной прозы.

Александр Григорьевич Звягинцев

Биографии и Мемуары / История / Юриспруденция / Образование и наука / Документальное
Империй. Люструм. Диктатор
Империй. Люструм. Диктатор

В истории Древнего Рима фигура Марка Туллия Цицерона одна из самых значительных и, возможно, самых трагических. Ученый, политик, гениальный оратор, сумевший искусством слова возвыситься до высот власти… Казалось бы, сами боги покровительствуют своему любимцу, усыпая его путь цветами. Но боги – существа переменчивые, человек в их руках – игрушка. И Рим – это не остров блаженных, Рим – это большая арена, где если не победишь ты, то соперники повергнут тебя, и часто со смертельным исходом.Заговор Катилины, неудачливого соперника Цицерона на консульских выборах, и попытка государственного переворота…Козни влиятельных врагов во главе с народным трибуном Клодием, несправедливое обвинение и полтора года изгнания…Возвращение в Рим, гражданская война между Помпеем и Цезарем, смерть Цезаря, новый взлет и следом за ним падение, уже окончательное…Трудный путь Цицерона показан глазами Тирона, раба и секретаря Цицерона, верного и бессменного его спутника, сопровождавшего своего господина в минуты славы, периоды испытаний, сердечной смуты и житейских невзгод.

Роберт Харрис

Историческая литература / Документальное
Частные лица. Биографии поэтов, рассказанные ими самими. Часть вторая
Частные лица. Биографии поэтов, рассказанные ими самими. Часть вторая

Читателю обычно не приходится рассчитывать на то, что поэт напишет собственную биографию; в большинстве случаев поэты никогда этого и не делают. Поэту же, по большому счету, никогда не приходится рассчитывать на то, что ему будет дано право представить читателю свою жизнь так, как он сам пожелал бы. В проекте Линор Горалик «Частные лица» поэты получают свободу рассказать о себе на своих условиях, а читатели – редкую возможность познакомиться с их автобиографиями, практически не искаженными посредниками. Второй том «Частных лиц» включает в себя автобиографии двенадцати поэтов: Льва Рубинштейна, Полины Барсковой, Станислава Львовского, Евгении Лавут, Ивана Ахметьева, Евгения Бунимовича, Гали-Даны Зингер, Демьяна Кудрявцева, Николая Звягинцева, Сергея Круглова, Дмитрия Веденяпина и Дмитрия Воденникова.

Линор Горалик

Биографии и Мемуары / Документальное