Разочаровал его и визит в Германию. Здесь, правда, Зворыкин имел возможность познакомиться с действующей телевизионной аппаратурой, разработанной в компании «Телефункен» под руководством доктора Ф. Шрётера. Но это было механическое телевидение, и для Владимира Козьмича, к тому времени уже имевшего несколько патентов на системы электронного телевидения, такое оборудование представляло ограниченный интерес.

Намного более интересным оказалось посещение Франции. Очень приятно было встретиться, спустя полтора десятилетия, с мэтром французской физики Полем Ланжевеном. Профессор хорошо помнил работу стажера из России и выразил сожаление, что пребывание Зворыкина в Коллеж де Франс было непродолжительным.

Волнующим было посещение Парижского радиевого института, где посланца американских фирм приняла знаменитая Мария Кюри. Общение с единственной в мире женщиной — дважды лауреатом Нобелевской премии, конечно же честь для любого ученого. В конце беседы Мария Кюри похвалила французский язык Зворыкина, что стало неожиданным и приятным комплиментом для сотрудника «Вестингауз», по-прежнему страдавшего из-за несовершенства своего английского.

Главным инженером Радиевого института являлся знакомый Зворыкину еще по стажировке в Коллеж де Франс Фернан Голвек. В прошедшие полтора десятилетия Голвек получил широкую известность как изобретатель конструкции высоковакуумного насоса и разработчик электронных ламп с непрерывной откачкой. Свой опыт Голвек использовал в работе над приемно-передающей телевизионной системой, которую он выполнял вместе с известным ученым Эдуардом Беленом.

Эдуард Белен представил Зворыкина коллективу своей лаборатории, в составе которой трудились как физики, так и инженеры разных специальностей. Главным инженером лаборатории являлся талантливый 27-летний физик Григорий Оглоблинский. Как отметил Белен, именно Г. Н. Оглоблинский объединил усилия сотрудников и определил общую конструкцию телевизионной системы. Владимир Козьмич получил возможность наблюдать разработанную телевизионную установку в действии, возникшие вопросы он обстоятельно обсудил с Оглоблинским и другими сотрудниками.

Наибольший интерес в установке, созданной Беленом, Голвеком и Оглоблинским, представляла приемная электронно-лучевая трубка, отличавшаяся рядом несомненных достоинств. По существу, принцип действия трубки был аналогичен тому, который изобрел учитель Зворыкина Борис Розинг. Однако за прошедшее время электроника и вакуумная техника сделали большой шаг вперед. В результате целого ряда усовершенствований Белен с сотрудниками получили на экране своей трубки изображение такого качества, которое двадцать лет назад для русского ученого было недостижимо.

Зворыкин не мог не отдать должное результатам, полученным Беленом и Голвеком. Однако новаторство французских исследователей ограничивалось только конструкцией телевизионного приемника. В качестве передающего устройства ими по-прежнему использовалась система механического типа, основанная на отражении светового луча от вибрирующих зеркал.

В целом Зворыкин был весьма удовлетворен результатами своей полуторамесячной поездки в Европу. Цель, которую он поставил перед собой как изобретатель, — создать полностью электронную телевизионную систему, — для него оставалась прежней. В результате визита он убедился, что к решению такой комплексной задачи европейские лаборатории еще не подошли. В то же время аппаратура, которую он увидел в лаборатории Белена, являлась свидетельством того, что в разработке приемных телевизионных трубок европейцы находятся впереди своих заокеанских коллег.

В США Владимир Козьмич возвращался с потяжелевшим багажом. Белен выразил готовность сотрудничать с «Вестингауз» и передал американским коллегам электронно-лучевую трубку последней модели и высоковакуумный молекулярный насос конструкции Голвека. Еще более важным приобретением Зворыкина стало обещание русского француза Григория Оглоблинского приехать в США для работы в его лаборатории.

Прибыв во второй половине декабря в «Вестингауз», Зворыкин доложил результаты поездки С. Кинтнеру. На этот раз Кинтнер без обиняков объяснил, что теперь все, что касается развития телевидения, Владимиру Козьмичу нужно обсуждать с вице-президентом Ар-си-эй Д. Сарновым. Через неделю после своего возвращения из Европы Зворыкин отправляется в Нью-Йорк, чтобы встретиться с Давидом Сарновым. Этой встрече предстояло стать важным поворотным моментом как в судьбе Владимира Козьмича Зворыкина, так и, как стало ясно спустя годы, в истории мирового телевидения.

ДАВИД САРНОВ И СОЗДАНИЕ КИНЕСКОПА

Встреча Зворыкина с Сарновым состоялась в первые дни нового, 1929 года. Сотруднику исследовательской лаборатории компании «Вестингауз» и вице-президенту Ар-си-эй приходилось видеть друг друга и раньше, но на этот раз Сарнов впервые пригласил коллегу из родственной корпорации для того, чтобы посвятить в свои планы и найти в его лице союзника в решении сложной и перспективной научно-технической задачи.