Читаем Зворыкин полностью

В конце июля 1918 года речное судно, на борту которого помимо участников экспедиции находились также торговцы, целью которых была продажа разнообразных товаров по пути следования, двинулось вниз по течению Иртыша. Спустя много лет Владимир Козьмич вспоминал, что эта поездка дала ему уникальную возможность увидеть своими глазами суровую, неописуемой красоты природу этой части России. В ходе плавания по Иртышу, а затем Оби судно неоднократно делало остановки для продажи товаров местным жителям. Обитатели редких поселений по берегам рек жили в условиях, далеких от цивилизации, многие ничего не слышали о революции.

Спустя месяц после выхода из Омска судно достигло города Обдорска (ныне Салехард) в устье Оби. Распрощавшись с торговцами, участники экспедиции пересели на небольшую рыболовецкую шхуну, капитан которой долго не соглашался на рейс вдоль полуострова Ямал до острова Вайгач. К началу сентября пароходик доставил путешественников на небольшой остров в проливе Карские Ворота. Единственными обитателями острова были два оператора гляциологической станции, осуществлявшие наблюдение за дрейфом льдов в проливе, и семья эскимосов. Гляциологи с нетерпением ожидали прибытия ледокола, который дважды в год подходил к острову. Корабль должен был привезти новых людей им на смену, а также запасы продовольствия на предстоящий период. На прибывающем ледоколе и рассчитывали добраться до Архангельска Толмачев и Зворыкин.

Ледокол задерживался, что вызвало большое волнение участников экспедиции. В сентябре навигация для обычных судов заканчивалась, и капитан доставившего их парохода должен был отправляться в обратный путь. О том, что ждет путешественников, если ледокола не будет, не хотелось даже думать. Наконец, к общей радости, раздался гудок приближающегося ледокола «Саламбола». Среди пассажиров ледокола оказались французские радиоспециалисты, доставившие оборудование для омской радиостанции. Одна из задач, стоявших перед Зворыкиным, таким образом, снималась; для решения остальных он должен был продолжать путь в Архангельск.

Капитан «Саламболы» был рад помочь участникам экспедиции. Предоставленные каюты были удобными, однако плавание по Северному Ледовитому океану трудно было назвать приятным. Огромные волны, накатывавшие на корабль, бросали его как щепку. Зворыкину пришлось испытать приступы морской болезни, не отпускавшей его до конца плавания. Знакомясь с капитаном, Владимир Козьмич сказал, что уже имел дело с пушками и пулеметами такого типа, какие были установлены на корабле. Теперь, при появлении на горизонте чего-либо, напоминающего перископ германской подводной лодки, Зворыкин должен был, пересиливая недомогание, бежать на палубу, чтобы занять место в орудийном расчете. К счастью, реальных нападений со стороны противника не было, и ледокол благополучно прибыл в Архангельск.

Город был оккупирован войсками Антанты, сюда же перебрались из Петрограда посольства государств, не признавших власть большевиков. Следующей задачей Зворыкина было получение виз тех стран, которые он должен был посетить. Согласно предписанию, выданному в Омске, зарубежная работа должна была начаться с установления контактов с английскими фирмами. Однако в посольстве Великобритании посланца Омска ждал вежливый, но твердый отказ: Сибирское правительство не признано подданными его величества короля Англии Георга V. Следующим было посещение американского посольства, и, к счастью, здесь прием оказался более благожелательным.

Посол США в России Д. А. Фрэнсис внимательно выслушал Владимира Козьмича, после чего долго расспрашивал его об обстановке в Сибири. Бумаги Зворыкина были приняты для оформления визы на поездку в США. Кроме того, доктор Фрэнсис обеспечил посланцу Сибирского правительства транзитные визы, позволяющие остановиться в Англии и ряде других европейских стран. В октябре — ноябре 1918 года Зворыкин посетил Норвегию, Данию и Швецию, после чего, благодаря помощи американского посла, побывал и на берегах Туманного Альбиона.

Налаживание торговых отношений со Скандинавскими странами оказалось связанным с необходимостью оформления разнообразных документов дипломатического и финансового характера. Несколько недель Зворыкин провел в Копенгагене, где вместе с представителями Русской торговой миссии готовил бумаги, необходимые для выполнения заданий правительства Сибири.

В ноябре посланник омского правительства прибыл в Англию, где провел почти месяц. Находясь в Лондоне, Владимир Козьмич несколько раз получал приглашения встретиться с находившимися здесь русскими, покинувшими страну после прихода к власти большевиков. Соотечественники, что называется, не распаковывали чемоданы, надеясь на скорое падение советской власти. Информация человека, только что прибывшего «оттуда», представляла для них большой интерес.