Читаем Звездное эхо полностью

- Все дело в том, Олег Олегович, - сказал Дедушев, - что вы нехорошо живете. Будто в вакууме. Для вас нет людей вокруг, а есть одни лишь абстрактные функции. Топологические фигуры. Они либо способствуют достижению ваших целей, либо, напротив, препятствуют. И вы, соответственно, либо поддерживаете их существование в пространстве-времени, либо стараетесь свести их возмущающее воздействие к минимуму. Любыми доступными вам средствами. Более того. Я думаю, если бы в нашей стране вдруг отменили кару за умышленное убийство, вы первым пошли бы приобретать пистолет.

- Вы обвиняете меня в безнравственности, - холодно произнес Вольф. - Вы называете меня потенциальным преступником. Между тем, я ни разу и пальцем никого не задел.

- Даже в детстве? - с любопытством спросил Колобов.

- В детстве бывало. Задевал.

- А с девочками целоваться доводилось?

Вольф побагровел.

- Вы бог весть что себе позволяете, - жестко сказал он. - Я никому не разрешу подвергать меня подобным допросам!

- Ладно, ерунда все это, - отмахнулся Дедушев. - Куда страшнее то, что вы, Олег Олегович, существуете не по человеческим законам, а в среде некоторых чисто формальных логических ограничений. Люди так не живут. Так могут жить лишь программы в оперативной памяти компьютера, - он кивнул на "Коммодор". - И даже если сделать для вас исключение и воспринимать вас в качестве овеществленной программы, то окружающее вас общество, людей, природу рассматривать в виде пространства виртуальных адресов я категорически отказываюсь, и не просите. И вам не рекомендую.

- Может быть, вы потрудитесь как-то прояснить свои пока что голословные обвинения в мой адрес?- начал закипать Вольф.

- Извольте, - сказал Дедушев и, закряхтев, водрузил на журнальный столик перед собой телевизионную рухлядь, а грубый Колобов предвкушающе заерзал в своем кресле.

...Города планеты Роллит были разрушены до основания. В них бесчинствовал огонь. Толпы беженцев, скопившиеся в долинах, видели встающее во весь горизонт смрадное зарево. Кто-то разыскивал потерявшихся в сумятице членов семей, кто-то отчаянно пытался навести хотя бы некоторый порядок, кто-то организовал из врачей, лишенных клиник, отряд первой - да и последней тоже, - помощи.

И за всей этой бездной забот никто поначалу не обратил внимания на то обстоятельство, что губительные подземные толчки прекратились. Что ураганный ветер с ливнем не только валил с ног особенно ослабших роллитян, но и прибивал к земле тучи пепла, сносил с умиротворенных вулканов дымные шапки в океан. Что и океан больше не насылает цунами на избитые, изувеченные берега, напротив - с каждым часом отступает прочь, возвращаясь в очерченные для него пределы.

Лишь когда в просвете низких туч внезапно вспыхнул краешек солнца, о существовании которого успели позабыть, - тогда только у несчастных роллитян возникла слабая тень надежды.

Имперские стервятники упустили из виду этот переломный момент. Им было не до того - полагая, что с Роллит покончено, они внимательно наблюдали за непрестанными попытками звездолетов Разума пробить дьявольский барьер. И ждали благоприятной возможности, чтобы вступить в бой.

На дальних от Роллит орбитах установилось шаткое равновесие сил добра и зла. Должно было произойти нечто, склонившее бы чашу весов в ту или иную сторону, вмешательство некой третьей силы. Это было неизбежно.

Незримое присутствие этой загадочной третьей силы первыми почувствовали выродки-биороботы. Нельзя было назвать смятением то, что они испытали при этом. Но и безразличием - тоже...

- Это мистификация, - произнес Вольф, тщательно протирая очки. Вот уж не думал, что в стенах нашего института может найтись место подобным шарлатанам, как вы, не имею чести знать вашего имени и отчества...

- Игорь Рюрикович, - вставил Дедушев.

- Должен признать, что мне неясны технические средства, какими вы достигли подобного зрительного эффекта. Хотя, конечно, видеотехника уже добилась определенных успехов в своем развитии. Я вполне признаю за вами право на некоторое инженерное дарование, иначе вряд ли вам удалось бы задержаться на "Полигоне", где такое умельчество в чести. Что же касается тех целей, какие вы преследовали своей демонстрацией, то они мне ясны предельно. Вы хотите спасти реноме своего коллеги, а если выразиться точнее - соучастника, - Вольф с негодованием мотнул головой в сторону Колобова. - Но пусть у вас не останется никаких иллюзий на этот счет.

- Поимейте совесть, - сказал Колобов. - Или она не входит в число ваших программных установок? Гибнет целая цивилизация, а вы все сводите к мелочовке.