Читаем Звезда Комо полностью

— Возьмите себе ещё немного еды, — профессор Эспендорм указала на восточный зал. — Я позову ГрегораКёниг, чтобы он мог поменять повязку. Листья органзы у нас ещё должны быть в наличие. Я сейчас же проверю. Кстати, вы можете занять один из номеров люкс на пятом этаже. Номер 404 в любом случае свободен, насколько я знаю.

Я удивлённо смотрела вслед профессора Эспендорм, в то время как профессор Пфафф повернул со мной в восточный зал.

— Почему профессор Эспендорм делает всё сама? — удивлённо спросила я. — Где фавны?

Профессор Пфафф подошёл к буфету и взял немного хлопьев и несколько скрипышей.

— Фавны единодушно покинули Тенненбоде после того, как Морлемы сегодня вторглись сюда и выволокли профессора Нёлля из его кабинета. И я не могу их за это винить. Любой может прочесть в книгах Бальтазара, как он планирует организовать общество. Если он всё это осуществит, тогда мы можем попрощаться с благоприличием нашего времени. Даже тот, кто до сих пор думал, что мир несправедлив, узнает, что может быть ещё хуже.

— Вы, наверное, имеете в виду меня, — вздохнула я и тоже взяла себе чашку хлопьев. Вместе мы прошли к одному из круглых столиков и сели. — Я всегда боролась против социальных различий, и не скрывала, что не согласна с разделением общества на патрициев и плебеев.

— Я знаю, — промолвил профессор Пфаффк моему большому удивлению. — И мне очень жаль, что я не мог оценивать ваши достижения так, как вы этого на самом дели заслуживали. Я всегда видел ваш талант. Вы исключительно одарённая студентка. Мне бы хотелось дать вам больше признания, но я должен был следить за равновесием между патрициями и плебеями. И я не оказал бы вам услугу, если бы чрезвычайно хвалил в палате сенаторов. На плебеев, обладающих исключительными силами, смотрят с подозрением, и многих, ради безопасности, сослали в Хаебрам. Я не хотел, чтобы с вами случилось тоже самое, поэтому никогда не оценивал вас так, как вы этого заслуживали. Я также попросил других профессоров быть с вами по строже, чтобы вы и дальше могли беспрепятственно учиться в Тенненбоде. Согласен, что профессор Нёлль немного с этим перебарщивал.

— Я этого не знала, — ответила я с запинкой.

— А вы и не должны были знать, — серьёзно сказал профессор Пфафф. — Но теперь, когда вы прервали свою учёбу, я могу быть с вами откровенным. Я знаю, что иногда это было трудно вынести. Но я подумал, что с этим легче справиться, чем с приговором за измену и изгнанием в Хаебрам. Такое случилось с некоторыми моими студентами, что очень прискорбно.

— В Хаебрам действительно были сосланы плебеи, потому что они оказались слишком талантливыми? — удивлённо спросила я.

Профессор Пфафф кивнул.

— Учитывая вашу семейную историю, палата сенаторов и так всё время следила за вами. В значительной мере вас оставляли в покое, потому что профессор Эспендорм всегда всех уверяла, что вы посредственная студентка и ничего более. Но после теста на склонность к пятому элементу ваш талант больше нельзя было скрыть. Что ж, теперь всё сложилось иначе, чем ожидалось.

— А что со Скарой Энде? — спросила я.

Профессор Пфафф вздохнул.

— Сложная тема. Она дочь примуса, или была ей. Честно говоря, её склонность к пятому элементу очень слаба. Я помог, чтобы она могла справиться с тестом. Я ещё хорошо помню тот день, когда состоялся первый экзамен. Сама Скара Энде не смогла бы пробудить своего единорога к жизни. Она совершенно себя переоценила. Однако вы, Сельма, вдохнули жизнь во весь водный кабинет.

— Я понятия не имела, — всецело удивилась я. — Спасибо профессор Пфафф. Без вас и профессора Эспендорм я, вероятно, не смогла бы учиться спокойно так долго, — я медленно опустила ложку в хлопья и начала с аппетитом есть.

— Мы бы хотели дать вам возможность закончить учёбу, но, вероятно к лучшему, что вы вовремя исчезли, и никто не знает, каковы ваши навыки на самом деле.

— Он знает, — прошептала я. — В прошлом году мы с Адамом убили дракона Латориос.

Профессор Пфафф побледнел.

— Дракона Латориос? Значит это действительно был дракон Латориос?

— Он был ненастоящим, но детальной копией. Мой отец создал его и пробудил к жизни.

Некоторое время профессор Пфафф молчал.

— Это многое объясняет. Однако я не помню, чтобы ваш отец блистал чрезмерными достижениями.

— Может он не хотел, чтобы об этом кто-то узнал, — предположила я, опустошив свою миску. — Может он действовал более хитро, чем я.

— Не судите себя так строго, — улыбнулся профессор Пфафф, проводя рукой по усам.

Затем внезапно замер.

— Это была профессор Эспендорм. Грегор Кёниг спрашивает, сможете ли вы ещё прийти к нему в Акканку.

— Конечно, — я встала. Теперь, когда мне больше не нужно было носить защитное заклинание, и я немного отдохнула, сразу почувствовала себя намного лучше. — Это мне ещё под силу, — я посмотрела на использованную посуду. — Куда её отнести? — я огляделась по сторонам.

— Ничего страшного, я возьму посуду с собой на кухню, — ухмыльнулся он. — Идите к Грегору Кёниг. Однако до начала семестра нам придётся что-нибудь придумать, как гарантировать обеспечение студентов.