Читаем Звезда Егорова полностью

Но в это время минеры уже отходили. Последним — Гарсиа. Его заметили фашисты и кинулись преследовать. Гарсиа что было духу понесся к своим. Но жгучая боль ударяет в ногу. Гарсиа падает… Он попытался подняться и не смог. Лежа стал отстреливаться короткими злыми очередями…

Мы не прекращали огня, пытаясь преградить путь немцам к испанцу, но теперь, видя, что партизан от них уже никуда не уйдет, гитлеровцы перенесли огонь на нас. Убило Василя Кравченко. А Гарсиа все отстреливался. Вот он замолчал, видно, кончились патроны. Фашисты снова кинулись к нему, и тут рванула последняя граната в руках нашего товарища. А вокруг прощальным салютом рвались снаряды, взметая в темное небо ярко-желтое пламя…

Виноградники и холмистое мокрое поле с многочисленными карьерами укрыли нас, и мы благополучно вышли к берегу. Партизаны бережно вынесли с собой тело Василя Кравченко. Молча мы садились на катер, молча нас встретили моряки, не смея расспрашивать о герое Хосе Гарсиа…

А через сутки в Южную Озерейку был высажен крупный десант морской пехоты. На окраине Новороссийска возникла Малая земля. Насколько я знаю, десантные части до сих пор там успешно воюют. А меня вскоре отозвали в Москву, в Украинский штаб партизанского движения, и направили в партизанское соединение генерала Федорова. Так вот я и попал к вам с кавказского курорта. — Егоров грустно улыбнулся своим собеседникам.

— Ну, и у нас не сахар, — заметил Садиленко.

— А кто говорит, что вам сладко? — возразил Егоров. — Война везде война, а нам, подрывникам, и на морозе всегда горячо. А скоро будет еще горячее. Будем осваивать и ставить новые мины.

— Подумаешь, диво какое, новые мины, — протянул пренебрежительно кто-то из минеров.

— А что, пожалуй, и на самом деле диво, — утвердительно кивнул Егоров. — МЗД-5, или электрохимическая мина замедленного действия, «душечка-эмзедушечка», как мы ее называем, работает по нашему желанию. Как настроишь, так и действует.

— По заказу? — недоверчиво спросил Всеволод Клоков.

— Нет, по инженерному расчету, — спокойно ответил Егоров. — А есть еще и электромагнитные мины замедленного действия. Слыхали?

— Слыхать-то слыхали, а вот видеть не приходилось. Где все это добро есть? — с горечью спросил Дмитрий Резуто. Его Алексей запомнил по мягкому картавому «р».

И тут партизаны заговорили все враз, перебивая друг друга. Егоров выждал, пока они успокоятся, потом поднял руку, призывая к порядку.

— А вы, я вижу, народ нетерпеливый и нервный. — Он засмеялся. — Прямо вот вынь да положь. Но не волнуйтесь. Мины, о которых я вам только что сказал, у нас в соединении есть. Вы же вчера сами их принимали с самолета. Сегодня я их с собой не захватил, а вот начнем занятия — все увидите. Только до этого нам с вами вместе надо одну задачу решить. — Егоров посмотрел на Садиленко. — Сколько у нас подрывников сегодня, Алексей Михайлович?

— Двадцать четыре, — ответил Садиленко.

— А требуется самое меньшее — триста.

Тишина воцарилась на поляне. Подрывники переглядывались: дескать, загибает.

— Где же нам столько людей взять? — удивился Садиленко.

— А вы не собираетесь, товарищ начальник, самого генерала записать в подрывники? — шутливо спросил Клоков.

— А вот шутки тут вовсе и ни к чему. Уж если о генерале заговорили, то вполне серьезно могу ответить: диверсионная работа на вражеских коммуникациях — нынче его первейшая забота и главная задача соединения.

И Егоров подробно рассказал подрывникам о масштабах диверсионно-подрывной работы на ближайшее время, о планах перестройки этой важной службы и учебе подрывников.

— Занятия начнем, как только оборудуем полигон. Руководить учебой буду я, — добавил он в заключение. — Изучать будем новые мины, способы их постановки и тактику применения. Время у нас ограниченное, придется учиться день и ночь. А по окончании подготовки уже каждый из вас в отрядах будет учить людей. Ну, об этом потом, а пока что, — глянул Алексей на часы, — вы свободны.

Это был приказ.

Партизаны неохотно расходились с «майдана». За столом на поляне остались двое: Егоров и Садиленко. Молча курили, украдкой поглядывая один на другого.

Первым заговорил Садиленко.

— Ты, Алексей Семенович, теперь старший над подрывниками. Возможно, мне, как говорится, и не с руки поучать начальника, — издалека и осторожно начал Садиленко, — но все же хотел бы дать тебе, новому у нас человеку, кое-какие советы. — Он прищурил глаза и глубоко затянулся дымом. — Сам понимаешь, большинство — с первых дней войны вместе. Каждый не раз лицом к лицу сталкивался со смертью, потому не боятся ни бога ни черта. У нас, минеров, свои порядки, свои законы и традиции, с которыми… ну, как тебе сказать? — Командир роты задумался, подыскивая слова, чтобы ненароком не обидеть-нового человека.

Егоров понял это:

— Выкладывай, Алексей Михайлович, все, что думаешь.