Читаем Зург полностью

– Проедем ещё километров тридцать и встанем на ночёвку, нужно разобраться с трофеями и определиться, что будем делать дальше. Я лично планирую покинуть эту планету. Вы как – со мной?

– Конечно, с тобой, – за всех ответила бабушка, Лидия только кивнула.

– А как мы это сделаем? – спросила старшая сестрёнка. – Нейросетей-то теперь у нас нет. А те мумии, что остались в челноке, нам теперь недоступны.

– Меня больше удивляет, почему они пылью не осыпались, когда город облучили Н-пушкой, – буркнул я. – Не волнуйся, нашли один раз, найдём ещё.

– Может, они погибли раньше и излучение Н-пушек на мёртвую плоть не действует?

– Действует, я уже узнавал. Думаю, ответ тут прост: челнок сел на площадку уже после того, как город излучили пушками, поэтому по ним и выстрелили из обычных орудий и там появились те воронки.

– Да, так действительно логичнее, – согласилась со мной сестрёнка и закрутила головой, осматриваясь, – мы только что выехали на участок, где был один пепел. – Мы же вроде тут уже были, знакомые места.

– Да, мы возвращаемся к озеру. Хочется искупаться, да и воды нужно набрать.

– А топлива-то на такие круги хватит? – остро взглянула на меня сестрица.

– Ага, я все топливные элементы, что находились в машинах, прибрал. В кузове лежат. Правда и мародёрам оставил часть, так что есть, на чём им вернуться.

– Тогда ладно, прощаю… Ой, притормози, там зверёк скачет, я его подстрелю на ужин.

Я позволил сестрёнке выстрелить, потом подогнал машину прямо к тушканчику и, выбравшись, быстро его освежевал и убрал в кузов. Странно, что тот делал в сожжённой Саванне? Через пару минут, помыв руки, я вернулся в салон, и мы продолжили путь.

В принципе я не был особо расстроен тем, что мародёры отогнали нас от челнока с мумиями, так как был уверен, что ситуация с нейросетями разрешится. Да, я вспомнил, что означает то слово, что часто произносила Мила: «Герион». Это «Аврора» в переводе на русский. Именно «Авророй» я называл изувеченный корпус старого среднего транспорта, что был пришвартован к остову терминала. От него осталась практически груда металла, но рисунок на броне сохранился, там был морской корабль, броненосец, что явно шёл на угольном ходу. Вот я и окрестил эти обломки таким необычным названием. Так что нужно пошукать в них, наверняка я там найду ответы на все свои вопросы. Однако вслух я это произносить не собирался никогда: если нордцы за нами следят, а я не был уверен, что это не так, то не стоит давать им даже капли надежды перехватить меня. В принципе они и так нас могут перехватить, один выстрел с орбиты – и на месте нашего грузовичка останется лишь воронка. Это-то и пугало больше всего – то, что по моей вине нордцы стали всемогущи. Сволочи, и фабрику по производству нейросетей отобрали вместе с кораблём!

Стараясь не думать о нордцах и их возможном ударе с орбиты, а то настроение портилось, я управлял грузовиком, весело общаясь с сестричками и бабушкой. В кабине уже стало прохладно, поэтому, чтобы не тратить заряды батарей, мы все отключили комбезы и так и ехали в охлаждённом салоне. Лепота, вот чего нам в последнее время не хватало. Когда впереди показался чёрный ствол со сгоревшими ветками нашего дерева, я сбросил скорость и аккуратно притормозил у края обрыва. Внизу блестела гладь озера. Мы прибыли на место.

Заглушив все системы грузовика, только кондиционер едва слышно шуршал, охлаждая салон, я повернулся к своим родным и сказал:

– Ночуем тут, а завтра с утра отправляемся в обжитые земли. Бабуль, на тебе, как всегда, ужин, младшие веток от кустарника натаскают, а мы с Лидией организуем лагерь, поставим палатку и займёмся трофеями, там было три фляги с рабочими мембранами, нужно будет их помыть и наполнить. Фляги армейские, мы такими уже пользовались. Теперь есть чем очищать набранную воду.

– Помним, – за всех ответила Лидия. – Ура-а-а, трофеи!

Пока бабушка с помощью химической зажигалки разжигала костёр – зажигалку ей дали вместе с солью – и вешала котелок на сделанную мной треногу, мы с Лидией быстро организовали лагерь, поставив палатку, после чего расстелили прямо на земле одеяла и занялись трофеями. Испачкать одеяла о пепел мы не боялись, их трудно испачкать, да и пепел уже сдуло с края обрыва, и там оставалась голая земля.

Лидия сидела с краю одеяла и рассматривала всё, что мы с дроном переносили из кузова. После этого она сразу же перевернула оба рюкзака из наших трофеев, вывалив вещи, и стала копаться в том, что было внутри, используя планшет Лизы для записей трофеев, а я, посмотрев, как она резво начала работать, полез в кабину. Ремонт машины нужно закончить, это главное, а потом и сестричке помогу. Младшие, натаскав несколько длинных обгоревших веток, сейчас устроились у края одеял, разглядывая большую кучу трофеев. В кузове остались только топливные стержни для машины в специальных кожухах для хранения, и всё. Всё, что было в кузове, я выгреб. Ну, разве что оставил два чемодана и четыре сумки с вещами. Там были вещи тех, кто погиб в челноке, то, что могло нам пригодиться, прочее мы оставили.