Он знал, что она, конечно, не увидела тогда его лица. И не сможет сейчас узнать его. Если бы это было возможно — это бы случилось. Но сейчас, когда он уже у цели, — сейчас нельзя рисковать.

Но он уже сгорал от нетерпения. Пришлось слишком долго дожидаться, пока охрана ослабит свою бдительность и можно будет незаметно проскользнуть внутрь.

Наконец он это сделал.

Бал оказался интересней, чем он предполагал. Он чувствовал себя словно ребенок в кондитерской — вокруг порхало множество очаровательных юных девушек. Они проходили мимо него, окутанные волнами яркой тафты и шифона. Они были похожи на дразнящие сладости, от которых текли слюнки. Но ему пока запрещено выбирать любую.

Ему нужна лишь одна. Осталось немного потерпеть, улучить момент, когда она окажется в одиночестве.

А они, казалось, совсем не замечали его — ну разве что иногда чей-то равнодушный взгляд скользил по нему, не задерживаясь. Они танцевали, а он стоял неподвижно, незаметный, точно часть интерьера.

Идеальный способ маскировки. Прийти в своей же собственной форме.

Он внимательно наблюдал за Виолет, за своей Виолет, стараясь не отвлекаться на других девушек, таких молоденьких и таких женственных. Он чувствовал запах — запах их юности и свежести. И этот запах его отвлекал.

Он видел, как его девочка болтает с друзьями, весело и беспечно. Как ее парень прижимает ее к себе и целует в шею.

А потом он увидел, как она уходит. Не одна, конечно, но без своего чересчур бдительного кавалера.

Он почувствовал, как возбуждение волной прокатилось по его телу, и оторвался от стены, к которой прислонялся все это время.

Он пошел за ними, тщательно выдерживая дистанцию.

И мысленно приготовился сделать то, что должен.

Глава 26

В женской уборной, ближайшей к спортивному залу, царила суматоха. Едва девочки вошли, Челси сразу передумала.

— Пойдемте отсюда, — сказала она. — Это конечно подальше, но лучше пойдем в ту, которая у раздевалки. Может, хотя бы там пусто. — Она многозначительно указала взглядом на двух старшеклассниц в украшенных фальшивыми драгоценными камнями коронах принцесс и, понизив голос, добавила: — Где рабочие пчелки — там и королеву жди.

Виолет расхохоталась над этой забавной пчелиной аналогией — она представила себе, как Лиззи Адамс жужжа, летает вокруг и двигает попкой вверх-вниз, прежде чем вонзить свое жало в кого-нибудь.

Все тут же согласились с Челси, даже несмотря на то, что вместе с Виолет они будут тащиться туда бесконечно долго.

Челси оказалась права — уборная пустовала. Но даже здесь пол гудел от громких басов, доносившихся из спортивного зала. Было приятно наконец поболтать вчетвером, без лишних ушей, особенно если учесть, что они как раз и хотели обсудить всех остальных девчонок, пришедших на бал. Здесь, в пустой уборной, не приходилось беспокоиться о том, чьи ноги виднеются из-под дверей кабинок и чьи уши стараются уловить каждое слово их язвительного трепа.

Челси конечно же начала первой.

— Мне кажется, или только я заметила, какая безобразная задница у Мими Николс в этом платье? Конечно, никто больше не заметил — все смотрели только на ее огромные сиськи, они же почти вываливаются из платья, — заявила она. И посмотрела на Джул. — Только не обижайся, — усмехнувшись, добавила она и выразительно посмотрела на грудь подруги.

Клэр захихикала, а Джул в ответ на эту подначку только усмехнулась.