Читаем Зов сердца полностью

– Доброе утро. Ты помнишь, кстати, что сегодня твоя очередь готовить завтрак? Но тебе адски повезло, что я проснулась раньше и не стала тебя будить. Так что, голодными мы сегодня не останемся.

Я смотрела на девушку и не помнила её. Какой-то странный голос в голове что-то пытался мне сказать. И этот голос был мужским. Что он делает в моей голове?

– Хела? Ты странно выглядишь. – Девушка подошла ко мне, чтобы коснуться моего лба. – Температуры у тебя нет. Не выспалась что ли? – Потом она рассмеялась. – Ты так смотришь на меня, как будто видишь в первый раз. Эй, я же твоя подруга – Елена. Ты вчера перебрала конечно, но не до такой же степени!

У меня и правда было такое впечатление, что я вижу её в первый раз. И если бы она не назвала своё имя, то я бы его и не вспомнила. Наверное. И почему Елена? Просто Лена для неё слишком примитивно? А меня саму и правда зовут Хела? Мои родители, похоже, знатные шутники. Я наконец села на табурет.

– Мне снился странный сон.

– Кошмар?

– Нет, скорее наоборот. Там был ребёнок, и мужчина, и дом, и тёплое место. И все мои.

Елена опять расхохоталась, похоже, это её обычная реакция на любое заявление.

– Ну, ты всегда хотела простых радостей жизни – мужика, семью, ребёнка. Вот они тебя и снятся.

– Мне до сих пор кажется, что они настоящие.

– Ты вчера перебрала, поэтому не удивительно, что тебе до сих пор кажется. Аспирин в верхнем ящике, сама достань. И ешь давай быстрее, а то опоздаем.

– Куда?

– На работу, – она опять смеялась.

И вот тут очередной провал. Кто я? Кем работаю? Я не знаю ответов на эти вопросы. У меня на лбу выступила испарина от умственных усилий. Сколько нужно перебрать, чтобы не помнить о профессии? И потом, для таких провалов в памяти недостаточно одного пьяного вечера, нужно планомерно годами разрушать нейроны головного мозга психотропными веществами. Я что, алкоголичка или наркоманка?

Я достала из верхнего ящика аспирин. Почему надпись на упаковке на немецком? Почему я вообще об этом думаю? Я вдруг поняла, что не знаю, на каком языке думаю. Приехали, тормозите, я выхожу. Алкоголичка, наркоманка, психопатка? Или просто дура? Аспирин не улучшит мои мыслительные процессы, но снимет головную боль. Я заела таблетку заботливо приготовленной яичницей и выпила кофе. Елена уже убежала собираться и в очередной раз поржала надо мной.

Подруга перебрала прошлым вечером и проспала завтрак – хихиханье. Подруга не помнит собственное имя – смех. Подруге снится сон о семье – хохот. Подруга забыла о работе – гомерический охот.

А мне было совсем не смешно.

Я не понимала, кто я, где я, сколько времени у меня на сборы на работу, про которую я тоже ничего не знала. В ванной я не помнила, которая зубная щётка моя, и никто не додумался прилепить для меня стикер с именем Хела. Как люди вообще со мной живут? Я опять удивилась, как странно звучит это имя. Моё имя. Как будто оно похоже на то, как бы я хотела, чтобы меня называли, но не совсем так.

Я залезла в душ, но решила не мыть голову, потому что мне вряд ли хватит времени на сушку волос. И я не знала, какое полотенце моё или халат. Надо завязывать с алкоголем или что я там употребляю.

С одеждой в шкафу было проще. С одной стороны висели три почти одинаковых чёрных костюма и белые рубашки. Я скривилась. Ненавижу чёрный цвет, а на моей работе, похоже, строгий дресс-код. Кем я работаю? Передо мной вдруг мелькнуло видение – совсем другая униформа, больничные халаты, шапочки и перчатки. Но образ рассеялся так же стремительно, как и появился, а на лбу опять выступила испарина. Почему я вдруг подумала о больнице? Лежала там недавно? Лечилась, не долечилась? Но чем больше я пыталась разобраться в своих странных мыслях, тем сильнее болела голова, и даже аспирин не помогал.

В итоге я натянула рубашку и чёрный брючный костюм. Одежда сидела как влитая, но у меня стандартный размер, и я легко могу одеваться в масс-маркете даже без примерки. Я причесала волосы, и мне они показались основательно выгоревшими на солнце, не как после двухнедельного отдыха, а как будто я постоянно жила на солнце. На теле тоже был ровный золотистый загар. Не думаю, что с моей белой кожей можно загореть до состояния шоколадки. Но если постоянно жить под южными лучами, то цвет кожи будет именно таким. Под солнцем из моего сна. Чёрт!

Дверь распахнулась:

– Хела, поторопись уже, нет времени наводить марафет!

Я в очередной раз потёрла глаза и потащилась за опять хохочущей Еленой.

– Ты телефон забыла, подруга! – Елена заботливо протягивала мне сумку с обычным женским набором барахла, куда я закинула телефон. И мы наконец вышли из квартиры.

Узкая лестница вела вниз с третьего этажа. На улице светило солнце, обычное, не жаркое. Я не сразу поняла, в какой мы стране. Но подумать об этом было некогда, потому что мы едва успели на автобус.

– Хела, сегодня твоя очередь идти за продуктами. Список у тебя в телефоне. Только не забудь, пожалуйста. – Она опять рассмеялась. – Ты приняла аспирин?