Читаем Золушка в бикини полностью

Андрей Зайковский не стал бы тем, кем он стал, он не стал бы богатым и влиятельным человеком, если бы он не умел с полуслова понимать отечественную милицию. Он прекрасно понял намек наблюдательного милиционера и, поспешно вытащив из бумажника пару хрустящих зеленых бумажек с портретом иноземного президента, незаметно вложил их в удачно подвернувшуюся руку старшего сержанта Зимородко.

— Как же так? — продолжала кипятиться непонятливая Надин. — А мой новый норковый шуба?

— Успокойся, — прошипел Зайковский, болезненно ткнув подругу в бок. — Ты сама потеряла эту шубу! Я куплю тебе новую! Сиди тихо!

И, ради бога, говори нормально по-русски!

— Значит, выходит, не было никакого правонарушения? — уточнил Зимородко, заметно потеплев лицом. — Ну, на нет, как говорится, и суда нет! Так оно, понятное дело, для всех лучше! Значит, не будем протокол составлять.., кому нужна вся эта писанина?

Вас, гражданин Зайковский, может быть, сопроводить до места проживания?

— Ни в коем случае! — испугался многоопытный миллионер. — Нам совсем недалеко, мы прекрасно доберемся!

— Что-то мне лицо ваше удивительно знакомо! — не сдавался Зимородко. — Где я мог вас видеть?

— Думаю, вы ошибаетесь, — оскалился в напряженной улыбке Зайковский и вытащил из бумажника еще две зеленые бумажки.

— Может, и ошибаюсь, — охотно согласился милиционер, и деньги бесследно исчезли в его руке.

Зайковский вздохнул с облегчением. Старший сержант, скорее всего, принял его за находящегося во всероссийском розыске преступника, поэтому и согласился на достаточно умеренную взятку. Если бы он узнал известного миллионера и мецената, Зайковскому, конечно, не удалось бы так легко от него отделаться.

— Ну тогда не смею больше утомлять своим присутствием, — Зимородко неожиданно заговорил языком персонажей исторических мелодрам. Он бросил строгий начальственный взгляд на присмиревшего истопника, который в ответ вылупил честные голубые глаза, и вместе с молчаливым напарником покинул котельную.

— Никогда не говори при ментах с акцентом! — прикрикнул Зайковский на свою обиженную подругу. — Они с иностранцами не церемонятся! Могли влипнуть в серьезную историю…

— Раньше было наоборот… — жалобно проговорила Надин. — Как увидят, что иностранка, сразу вежливые становятся!

— Раньше было так, а теперь иначе! проворчал Зайковский. — Времена меняются, дорогая моя, и милиция меняется вместе с ними! Они знают, что иностранец скоро уедет и не будет права качать!

— Но моя шуба…

— Забудь ты про свою шубу! — Зайковский повернулся к истопнику. — Дед, машину поймай, я тебе заплачу!

— Это уж как водится, — охотно согласился старик, напяливая ватник. — Бесплатно нынче только кошки родятся… Машину — это мы запросто, это со всем нашим удовольствием…

Только, мил человек, деньги вперед попрошу, а то сам знаешь, какое у нас время!

Получив деньги, хитрый истопник спрятал их куда-то в глубину своего одеяния и отправился за машиной.

Зайковский, как уже было сказано, не стал бы богатым и значительным человеком, если бы у него не было врожденного и хорошо развившегося чутья. Он чувствовал запах денег, запах власти, но сильнее и острее всего — запах приближающейся опасности.

События сегодняшней ночи чрезвычайно ему не нравились. Вокруг него происходило что-то не правильное и опасное, а в такой ситуации ни в коем случае нельзя расслабляться и терять инициативу. Это может слишком дорого обойтись. Богатый человек в нашей стране напоминает ценного пушного зверька. За ним все охотятся, у него слишком много врагов, и никого не остановит даже тот факт, что он занесен в Красную книгу. Красная книга в наши дни гораздо толще любого телефонного справочника, а ценный мех попадается не на каждом шагу. Спасти его может только хороший нюх, быстрые ноги и незаурядная осторожность. Все это у Зайковского имелось.

Зайковскому совершенно расхотелось покупать камею Медичи. Вокруг этой камеи творилось что-то неприятное. Зайковскому вообще расхотелось оставаться в России. Он кожей почувствовал опасность и понял, что нужно немедленно удирать. Смываться. Делать ноги.

Добравшись до своего номера в гостинице, Зайковский не стал расслабляться. Хотя Надин стонала, всхлипывала и немедленно требовала горячую ванну и полноценный восьмичасовой сон, Андрей был непреклонен. Он лично, ни на кого не надеясь, позвонил в международный аэропорт «Пулково-2» и заказал билеты первого класса на ближайший рейс. Рейс этот был до Дубая, в Объединенных Арабских Эмиратах.

— Дубай так Дубай, — согласился Зайковский. — Оттуда переберемся еще куда-нибудь, и желательно как можно дальше!

— Андре, я хочу спать! — стонала его капризная подруга.

— Выспишься в самолете, — равнодушно отмахнулся Зайковский, торопливо переодеваясь.

— Но я хочу в ванну…

— Выкупаешься в Дубае! — неумолимо ответил он, направляясь к дверям.

— Как, но я даже не собрала вещи! — ужаснулась Надин.

— Купишь новые! — рявкнул миллионер. Короче, ты летишь со мной или остаешься здесь?