Ужинать не хотелось. Но чтобы не вставать ночью из-за урчащего от голода желудка, Семен запихнул в себя бутерброд с холодным мясом из борща.

Разделся, завалился в кровать, а потом сел по-турецки. О сне можно забыть, раз перед глазами мерещится голая баба.

Достав записи по нераскрытым преступлениям, Семен попробовал работать. Но мысли возвращались в соседскую спальню. Почему она развелась с мужем? Стоит взглянуть на мужика, который обладал таким сокровищем и не удержал его. Или не держал, как он сам — Галку?

* * *

— Вадик, мы скоро пойдем домой?

Катя ныла над ухом с тех пор, как они переступили порог клуба.

— Тебе не нравится? — обиженно спросил Вадим.

— Нет, что ты… нравится, — запнулась Катя.

Она вцепилась ему в локоть, чтобы не потеряться — народу на выставке аквариумистов толклось порядочно. Кругом стояли аквариумы, большие и маленькие, круглые, прямоугольные. От количества и красоты рыб кружилась голова, глаза рябило от зелени.

Вадим решил приобщить Катю к прекрасному, к тому, что любила его мать, к чему с трепетом относился он сам. Но — ошибся. Прежние спутницы хотя бы виду не показывали, что им противно. А у этой все написано на глупой физиономии. Жмется, словно ее вот-вот облепят чешуей!

— Если хочешь, мы уйдем, — холодно обронил он.

— Куда? — с готовностью спросила Катя.

— Не знаю.

— К тебе?

— Нет, ко мне нельзя. У меня коммунальная квартира и соседи любопытные, — соврал Вадим.

— А ко мне — можно! Родственники уехали! — поделилась Катя радостью. — Я, конечно, люблю их, но так, чтобы они были подальше. А у тебя есть кто-нибудь?

— Нет. Я был единственным ребенком у мамы.

— А твой отец?

Вадим перевел на нее недоумевающий взгляд. Какой еще отец? Он никогда его не знал и не хотел знать. А мама словом о нем не обмолвилась.

— Смотри, это вуалехвост! — воскликнул Вадим, подтаскивая Катю к одному из аквариумов. — Как грациозно шевелятся его плавники! Как он скользит… Неужели тебя это не трогает?

Она пожала плечами, смущенно улыбнулась. Вадим отвернулся. Катя была самой некрасивой изо всех его женщин. Зачем он пожалел ее? Какая из нее Золотая Рыбка? Скорее слизняк. Впрочем, от того и то больше пользы, чем от ее жеманства и бабьей глупости!

— Вадик, милый, пойдем отсюда! — нудела Катя, вертя кудрявой головой по сторонам. — Мы найдем, чем заняться…

— Ах, ты об этом…

— Ну да! — просветлело лицо спутницы. — Я хочу кое-что тебе показать!

Что ж, пусть покажет. Вдруг ему понравится?

— Ладно, пойдем. Только не к тебе.

— А куда? — удивилась она.

— Придумаем. Ты же романтик?

Она опять пожала плечами.

Вадим замедлил шаг. Жаль уходить с выставки, он еще не все увидел, не поговорил с любителями золотых рыбок. Надо корм хороший купить, присмотреть новую подружку, чтобы рыбки не скучали. Но Катя тянула его между рядами с замороженными циклопами и личинками мух, мимо интересных новинок, аквариумистов.

Она только все портит!

— Ты уверена, что никому про меня не говорила?

— Ну да, как ты и просил, — кивала Катя. — Только я не пойму, почему не надо-то? Ты стесняешься меня или себя? — ее пухлые руки поглаживали воротничок его рубашки, щекотали шею.

— И то, и другое, — врал Вадим. — Давай мы немного подождем, поймем, что нам хорошо вместе, что мы подходим друг другу. Ладно?

— Хорошо, — вяло ответила она.

— Я придумал… Мы поедем в лес! У меня есть одна поляна, там так здорово.

— И мы будем там…

— Да! Увидишь, тебе понравится!

Он больше не слушал ее возражений и тянул за собой к выходу. Все равно он примелькался на выставке, а ему это ни к чему.

Глава 10. Не сошлись характерами

С утра раскалывалась голова. Алена бродила по квартире, как медведь-шатун. Обычно она не напивалась до опохмелки, а тут накатило, нашло, и все из-за соседа.

Алена открыла бутылку темного пива, налила в пузатую кружку — подарок Гриши Кудинова — и сдула пену. Отхлебнула и сморщилась. Противно! Как его можно пить бочками? Сделав пару глотков, отставила кружку подальше. Лучше уж аспирином отравиться.

Звонок встревоженной Мимочки показал, что не всем безразлично ее состояние.

— Алена, ты жива?! Я не могу до тебя дозвониться, и на работу ты не приехала.

— Жива, успокойся, — Мимочкин голос отдавался в висках ударами молоточков. — Я сегодня попозже приеду… или не приеду вовсе. Отдохнуть хочу. Имею я право на отдых?

— Что у тебя с голосом?

Вот приставучая, ничего от нее не скроешь!

— Я вчера выпила лишний бокал вина, — призналась Алена.

— Это уже после меня? — Мимочка оказалась недалека от истины. — Ты не выдержишь такого напряжения! Тебе нужно немедленно уехать. Пусть полиция сама занимается вымогателями, а тебе нечего вмешиваться. Ты жертва, а не супервумен!

Мимочка говорила быстро, Алена с трудом успевала переваривать услышанное. В голове все сваливалось в кашу. Мимочка решила, что это из-за наезда? Чудесно! Зачем знать отвратительную правду?

— Пойду прилягу, — простонала Алена в трубку. — Только не вздумай приезжать. Хочу побыть одна.

— Ты уверена? Тут твой бывший провода оборвал.

— Пошел он… Машину просил — я дала. Не взял — в чем я виновата?