Читаем Золотой полностью

У лифта больше не пахло французскими духами, теперь тут изрядно воняло селедкой и жареной картошкой, очевидно, в квартире номер два, расположенной напротив, готовили ужин.

Я вернулась домой и обнаружила на столе записку, нацарапанную Кирюшей: «Мы ушли в кино. Собаки гуляли, колбОсы нет, ее украла Капа».

Наши псы, в принципе, хорошо воспитаны, особых проблем с ними не бывает, ну разве что Капитолина предпримет попытку спереть что-нибудь со стола, и, судя по сообщению мальчика, сегодня охота ей удалась. Я подчеркнула в слове «колбОса» орфографическую ошибку и приписала сверху: «Позор Митрофанам. КолбАса! Проверочное слово – колбАсы», отнесла бумажку в спальню Кирика, кое-как привела в порядок голову, узнала по телефону адрес магазина «Серджо» и спустилась во двор к машине.

Лавка, торгующая бриллиантами, сияла огнями. В витрине, естественно, стояла елка, вокруг нее «водили хоровод» зайцы, волк, лиса и совершенно неожиданные для российской действительности жираф со слоном. Ювелиры потратили немало денег на украшения. Зеленое деревце переливалось разноцветными лампочками, зайцы шевелили ушами, волк задирал и опускал голову, лиса приседала на задние лапы, жираф вертел головой, а слон вздымал хобот. Около витрины толпились зеваки, но охранник в темном пальто весьма благодушно взирал на людей, похоже, его самого забавлял «зоопарк».

Внутри магазина было полно покупателей, в преддверии главного праздника года народ запасался подарками, я тихо удивилась. Раньше перед Новым годом москвичи и гости столицы давились за майонезом, а теперь хватают бриллианты! Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними.

Решив не привлекать к себе внимания, я встала у той витрины, где были выставлены не пользующиеся спросом серебряные подстаканники и столовые приборы.

– Вам что-то подсказать? – Из подсобного помещения тут же вынырнула дама лет пятидесяти. – Желаете приобрести кому-то подарок или себя решили порадовать?

Я внимательно осмотрела продавщицу. Волосы выкрашены под блондинку, лоб явно обколот ботоксом, в губы вкачали силикон, бюст, на котором висит бейджик «Вероника», тоже выглядит ненатурально, на шее слишком много тонального крема, на пальцах полно перстней, но самого дорогого для женщины, обручального кольца, нет.

– Планируете подарок? – томно улыбалась Вероника.

Я опустила глаза.

– Не совсем. Право, не знаю, с чего начать. Вы очень молодая женщина, думаю, не поймете меня.

Вероника кокетливо прищурилась.

– Юность прошла, мне уже тридцать восемь, – бойко соврала она, – я приобрела некоторый опыт.

– Думала, вы еще двадцатипятилетие не справили, – нагло польстила я юной пенсионерке.

Вероника приглушенно засмеялась.

– Увы! Мне тридцать четыре.

Да уж, похоже, у матроны начались проблемы с памятью, верный признак старческого склероза. Пару секунд назад она озвучила цифру «тридцать восемь», а сейчас сбавила еще четыре года. Впрочем, от плохой памяти есть польза, никогда не будешь мучиться бессонницей. Что нужно для безмятежного сна? Чистая совесть. А если ваша совесть молчит, следовательно, вы намертво забыли о некоторых своих проделках.

– Понимаете, у меня есть муж, – заговорщицки прошептала я.

Вероника попыталась вздернуть брови.

– Есть красивые мужские браслеты, перстни со знаками Зодиака.

– Нет, нет.

– Портсигары?

– Дело не в покупке, вернее в ней, но… ой, прямо и не знаю, как объяснить! – я старательно изображала смущение. – Совершенно случайно я узнала: мой муж был сегодня в вашем салоне, в первой половине дня. Он купил кольцо, называется оно «Сирена», золото с брильянтом. Камень не очень крупный, но вполне достойный… вот только…

– Что? – потеряла терпение Вероника.

– Мне он уже дарил подобное украшение, – прошептала я, – месяц назад, на годовщину свадьбы.

– Понимаю, – сочувственно закивала дама.

– Очень хочется узнать, с кем он приходил! У меня есть подозрения, – ныла я, – может, продавщица вспомнит?

Вероника поджала губы.

– У нас не приветствуются сплетни о посетителях. Но я вам сочувствую. Все мужики сволочи!

– Верно, – с жаром подхватила я.

– Исключений нет!

– Совершенно справедливо!

– Козлы!

– Уроды!

– Похотливые павианы!

– Гоблины, – припечатала я, – орки вонючие.

– Кто это? – изумилась Вероника, явно не читавшая книг Толкиена.

– Неважно, – отмахнулась я, – плохие люди! Впрочем, это не люди, но бог с ними!

Продавщица наклонилась над прилавком.

– Стойте тут, я сейчас вернусь!

Я покорно застыла у витрины и сделала вид, что поглощена изучением ужасных стопок, выполненных в виде диких животных. Больше всего меня впечатлила мартышка: стеклянная рюмка торчала у нее из спины, чтобы из нее выпить, следовало взять обезьяну за голову и поднести ко рту ее задницу. Очень оригинальное решение, интересно, нашелся ли уже человек, которому понравилось хлебать водку из попы примата?

– Пст, – раздалось сбоку, – пст!

Я повернула голову: у двери служебного входа стояла Вероника, она манила меня рукой.

– Идите во двор, – тихо сказала дама, – там, на детской площадке, Аллочка курит, она все вам расскажет.

– Спасибо, – обрадовалась я.