Я ощутил перемену прежде, нежели она стала видимой. Даже лес кругом словно замер: деревья, камни и облака в небе как будто оставили все дела и застыли, наблюдая за происходившим. Серые угрюмые сумерки озарились ясным и чистым серебряным светом. Я мог разглядеть повисшие в воздухе пылинки, замершие подобно созвездиям небесных сфер. Каждая иголка на ближней сосне сверкала, будто серебряный меч. Древесные стволы оделись в прихотливые узоры из черненого металла. Все кругом обрело удивительную, поистине хрустальную четкость. Я ощутил, как улетучивается и без следа пропадает тягостное уныние, ставшее уже привычным… Чистый лесной воздух ни дать ни взять распространился из легких по всему моему телу, подарив ему деятельную, чудесную радость. Право же, никогда раньше я не чувствовал себя настолько живым!

Глаз я не закрывал, но моим вниманием завладел как бы обновленный мир, окружавший меня. Когда я вновь посмотрел на тучегонителя, он уже отстранился от плаксы. Мальчик стоял перед ним целый и невредимый. У него заново проявилось лицо. И оно отражало величайшее изумление.

С тех пор я не единожды размышлял, что же на самом деле случилось тогда в лесу. И пришел к выводу, что ясность и чистота, дарованные в те мгновения моему восприятию, имели прямое отношение к силам, преобразившим лакриму. Ибо у всех нас чувства отчасти притуплены: у одних в большей степени, у других в меньшей. Всех нас подавляет груз накопленного горя. Наличие лица, у меня например, просто скрывает постепенное отмирание качеств, долженствующих одушевлять человеческое существо… Если подумать – все мы в какой-то мере безлики!

…Итак, ты спрашиваешь, знаком ли я с Вещими. Отвечаю: едва. Мы ушли из тех сосновых лесов и увели с собой мальчика. Я обменялся едва ли двумя десятками слов с нашей проводницей, а с тучегонителем – и того меньше.

Ты спрашиваешь также, могу ли я вновь отыскать этих людей. Увы, не могу. Как я уже упоминал, я пытался заново обнаружить то место, но оно словно исчезло.

А вот на вопрос, верны ли слухи о целительских способностях Вещих, отвечаю со всей определенностью: правда святая! И еще добавляю: тот, кто в силах вылечить лакриму, несомненно способен изгонять хвори, против которых мы безуспешно боремся с помощью микстур и таблеток.

Часть I

Зацепки

1

Неофит