Читаем Золото под ногами полностью

— Ты все переживаешь, что я приказал отпустить Рея? — раздался голос Чарльза Гласса, бесшумно подошедшего сзади и слышавшего весь разговор с самого начала. — Знаешь, Эндрю, почему начальник экспедиции я, а не ты? Потому что у меня на плечах не дырявое корыто, набитое дерьмом, а голова, и я умею пользоваться тем, что в ней находится. Если бы мы пришили Шона Рея, то для того, чтобы зарегистрировать земельный участок в мэрии Стармора и получить официальную бумагу на разработки золота, нам необходимо было бы убрать с дороги Нельсона Пойнтера и еще пару—тройку видных горожан. — Чарльз Гласс присел на корточки возле костра. Поправил свои белые волосы и, прищурясь, посмотрел Эндрю Барнса. — На все это ушло бы время. А золото не любит ждать.

— А что тогда оно любит? — недовольно, но уже более спокойно спросил Эндрю Барнс.

— Что оно любит? — переспросил Чарльз Гласс задумавшись. — Оно любит силу, смелость, находчивость…

— Жадность, — добавил я, перебивая Чарльза.

— И жадность, — согласился он, посмотрев на меня.

— А чем оно пахнет? — включился в наш разговор подвыпивший Мэт Блонди и громко икнул.

По-видимому, затеянный разговор заинтересовал всех членов нашей экспедиции. Даже Марк Хукер закончил играть на гармошке и стал с интересом прислушиваться, что же ответит Чарльз Гласс. А босс, почувствовав, что все внимание приковано сейчас к нему, выдержал паузу и только после этого ответил:

— Оно пахнет дорогой выпивкой, ресторанами, казино, морским бризом райских островов, красивыми женщинами…

— И кровью, — опять вставил я.

— Может быть, и кровью, — недовольно посмотрев на меня, вновь согласился Чарльз Гласс.

— А какое оно — золото? — спросил с горящими от возбуждения глазами Эндрю Барнс.

— Разве ты сам не знаешь? — удивился Роджер Пэйн. — Ты же геолог. Неужели ты никогда не видел золота?

— Это металл, который хорошо проводит электричество и не растворяется в кислоте, — показал свою образованность Ричард Пэйдж.

Все заспорили, каждый старался рассказать все то, что сам знает об этом желанном металле, но когда заговорил Хауард Сочурек, остальные замолчали.

— Золото желтое, как глаз дьявола, — сказал он. — Ад — его колыбель, а смерть — родная сестра. Демоны тьмы охраняют его покой. И тот, кому оно отдастся в руки, должен отдать взамен свою душу.

— Нет уж, Сочурек, — после некоторого молчания, во время которого все осмысливали услышанное, произнес Эндрю Барнс, — лучше я буду думать, что золото хорошо проводит электричество, чем считать, что это соблазн сатаны.

С юга показался начинающий свое небесное восхождение бледный диск спутника планеты Хора. Заканчивался второй день моего участия в экспедиции Чарльза Гласса, который принес мне неожиданную встречу с моим другом Делом Бакстером и новые, непонятные сомнения по поводу целесообразности участия в самой этой экспедиции за золотом. Что меня ждет завтра? Ответ на этот вопрос знают лишь далекие звезды в ночном небе над головой. Маги и колдуны утверждают, что в их таинственном узоре зашифрована судьба каждого человека. Но на каждой планете свои созвездия, свои знаки Зодиака. Неужели на другой планете человека ждет другая судьба? Из неисправимого неудачника и бедолаги под другим небом, как по волшебству, можно превратиться в баловня судьбы? По своему опыту скажу, что это именно так. Зависит ли это от расположения звезд над головой, я не знаю, но если тебя не устраивает твое постное и неинтересное существование, если каждый последующий день похож на прожитый вчера, надо что-то менять. И полет на другую планету — это смелый шаг в новую, неизведанную жизнь.

Далеко не многих ждет успех в чужих мирах, но факт что ты решился на отважный поступок, говорит о том, что ты сам меняешься в лучшую сторону и становишься настоящим мужчиной, способным вершить судьбу собственными руками.

Что я «навершу» в своей судьбе «своими собственными руками» завтра? Давать советы другим легко а следовать им самому труднее всего. Если бы я им следовал, меня бы здесь не было и я бы сейчас не смотрел в незнакомое небо над головой.

Глаза слипались. Мысли путались. И последнее, о чем я подумал, — это то, что если ты действительно' хочешь изменить свою жизнь, то в первую очередь нужно измениться самому. После этого я попал в объятия глубокого, крепкого сна.

На следующее утро, когда я открыл глаза, солнце стояло уже высоко над горизонтом, припекая мне голову. Чарльз Гласс дал возможность всем поспать подольше, после того как вчера мы повернули Шона Рея обратно в Стармор.

Дел Бакстер все еще храпел рядом, и я ткнул его кулаком в бок, чтобы он просыпался. Когда Дел, недовольно ворча, открыл глаза, я встал, свернул свой спальник и, размяв плечи, направился к красному лендспидеру. В его тени лежал Элан Дойл. Заслышав мои шаги, он приподнялся на локтях и, посмотрев на меня заспанными глазами, широко зевнул:

— Что, пора вставать?

— Давно пора, — ответил я, закидывая спальник в багажное отделение.