Читаем Зоя полностью

Тишина, ах, какая стоит тишина!Даже шорохи ветра нечасты и глухи.Тихо так, будто в мире осталась однаэта девочка в ватных штанах и треухе.Значит, я ничего не боюсь и смогусделать все, что приказано…Завтра не близко.Догорает костер, разожженный в снегу,и последний, дымок его стелется низко.Погоди еще чуточку, не потухай.Мне с тобой веселей. Я согрелась немного.Над Петрищевом — три огневых петуха.Там, наверное, шум, суета и тревога.Это я подожгла!Это я!Это я!Все исполню, верна боевому приказу.И сильнее противника воля моя,и сама я невидима вражьему глазу.Засмеяться?Запеть?Погоди, погоди!..Вот когда я с ребятами встречусь, когда я…Сердце весело прыгает в жаркой груди,и счастливей колотится кровь молодая.Ах, какая большая стоит тишина!Приглушенные елочки к шороху чутки.Как досадно, что я еще крыл лишена.Я бы к маме слетала хоть на две минутки.Мама, мама,какой я была до сих пор?Может быть, недостаточно мягкой и нежной?Я другою вернусь.Догорает костер.Я одна остаюсь в этой полночи снежной.Я вернусь,я найду себе верных подруг,стану сразу доверчивей и откровенней…Тишина, тишина нарастает вокруг.Ты сидишь, обхвативши руками колени.Ты одна.Ах, какая стоит тишина!..Но не верь ей, прислушайся к ней, дорогая.Тихо так, что отчетливо станет слышнався страна,вся война,до переднего края.Ты услышишь все то, что не слышно врагу.Под защитным крылом этой ночи вороньейзаскрипели полозья на крепком снегу,тащат трудную тягу разумные кони.Мимо сосенок четких и лунных берез,через линию фронта, огонь и блокаду,нагруженный продуктами красный обозосторожно и верно ползет к Ленинграду.Люди, может быть, месяц в пути, и назадне вернет их ни страх, ни железная сила.Это наша тоска по тебе, Ленинград,наша русская боль из немецкого тыла.Чем мы можем тебе хоть немного помочь?Мы пошлем тебе хлеба, и мяса, и сала.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия