В июне 1932 года немецкий летчик Вольфганг фон Гронау совершил первый в мире кругосветный перелет на французском гидроплане Dornier с баварскими моторами. И именно двигатели BMW в годы второй мировой войны поднимали в воздух хорошо известные всем «Юнкерсы», «Мессершмитты», «Хейнкели» и «Фокке-Вульфы».

С пропеллером по автобанам

Автомобильная история BMW началась в 1928 году, когда компания решила выкупить известную мюнхенскую фабрику Хайнриха Эрхарда, выпускавшую по британской лицензии популярные машины Austin 7 (в Германии они назывались Dixi). И уже в 1932 году с конвейера завода сошел первый легковой автомобиль с эмблемой BMW на радиаторе, а годом позже его решетка приобрела хорошо знакомый вид «двойной почки».

Вскоре спортивные машины BMW 328-й модели, снабженные облегченным шестицилиндровым двигателем, стали фаворитами всех ведущих европейских автогонок предвоенной поры. Всего в 1936 году было выпущено 646 машин BMW 328, а сегодня считанные сохранившиеся экземпляры – бесспорные хиты крупнейших автомобильных аукционов.

С началом войны о выпуске автомобилей пришлось забыть – BMW переключилась на обслуживание люфтваффе. Это обернулось для компании потерей главных заводов в Милбертсхофене под Мюнхеном – их сровняла с землей авиация союзников, а также заводов в Айзенахе, оставшихся в советской зоне оккупации.

Зато почти не пострадало предприятие в мюнхенском пригороде Аллахе. Туда пришли американцы, и руководство BMW с чисто немецкой практичностью убедило оккупационное командование, что лучшего места для ремонта их танков и прочей военной техники не найти. В результате заводы BMW в Аллахе превратились в крупнейшую на континенте ремонтную мастерскую – к концу 1949 года там трудились более 6,5 тыс. человек.

Вскоре было восстановлено производство спортивных мотоциклов серии RS, не знавших себе равных на протяжении почти двух десятилетий, потом с ними стали соперничать машины другой проигравшей страны, Японии. Восстановили, разумеется, и производство автомобилей. Отличаясь высочайшим качеством и надежностью, они в 1970-е годы уже на равных конкурировали с продукцией производителя, слава которого гремела еще в первые десятилетия века, – Mercedes-Benz.

В чем BMW могла дать фору любому, так это в широте предлагаемого покупателям ассортимента. Гоночные монстры, среди которых особенно выделяются модели M1 и F1 – неоднократные победительницы этапов «Формулы-1»; фавориты автопробегов BMW 3.0 CSL; экономичные городские автомобили для среднего класса; представительские лимузины; малолитражки вроде «пузыря» Isetta, ставшие особенно популярными после событий 1956 года в зоне Суэцкого канала, вызвавших один из первых масштабных нефтяных кризисов...

Творение немецкого дизайнера графа Альбрехта Герца – красавца BMW 507 – назвали «Машиной-мечтой 1950-х годов». После того как эту модель приобрел среди прочих король рок-н-ролла Элвис Пресли, американцы, отбросив свой автомобильный снобизм, принялись покупать машины BMW – своеобразный немецкий реванш за поражение в войне. Другая проигравшая страна, Япония, завоевала Америку значительно позже.

«Меня зовут BMW. BMW Z8»

В середине 1970-х годов немецкий автомобильный гигант начал азартно осваивать другую новую для себя территорию.

В 1975 году, незадолго до начала знаменитой суточной гонки во французском Ле-Мане, некто Эрве Пулен, владелец одного из парижских художественных аукционов и автогонщик в душе, решил, что просто обязан в ней выступить. И чтобы BMW включила его в списки участников, сделал компании предложение, от которого та не смогла отказаться: по просьбе Пулена одну из заявленных на старт машин 3.0 CSL разрисовал классик американского искусства ХХ века Александер Колдер, чьи оригинальные скульптурные мобили и стабили украшали к тому времени самые известные галереи мира.

Так родилась знаменитая традиция. На сегодняшний день к пестрой коллекции арт-концепт-машин BMW приложили руку уже полтора десятка ведущих мастеров современной живописи, среди них – Рой Лихтенстейн, Энди Уорхол, Роберт Раушенберг, Эрнст Фукс, Сезар Манрике, Дэвид Хокни. Созданные ими красочные «картины на колесах» сегодня можно увидеть не только на самых престижных соревнованиях, но и на крупнейших мировых художественных выставках.

Следующий этап этого захватывающего романа автомобильной компании с миром искусства начался в 1996 году. Объектом ухаживаний стало кино, а конкретно – бессмертный агент 007, привыкший иметь дело не только с лучшими женщинами, костюмами, часами и шампанским, но и с лучшими автомобилями. Первые четверо Кино-Бондов патриотично рулили элитными английскими машинами: Шон Коннери и сошедший после первой же картины Джордж Лазенби признавали только Aston Martin DB5, а Роджер Мур и Тимоти Далтон – модели Lotus (Esprit и DBS V8 Vantage). Но уже в «Осьминожке» (1983) BMW мелькал в кадре.