Маска местами была испачкана красными пятнами. Подумав, что это кровь, она замерла, а по затылку пробежали мурашки. Отец поднес к лицу маску и несколько раз шумно втянул воздух.

– Это пятна от слезоточивого газа.

Чивон тоже принюхалась, пытаясь понять, нет ли металлического запаха крови. Вместо этого она уловила едкий запах, а значит, скорее всего, отец был прав – это слезоточивый газ. Осознав, что это не кровь, она немного успокоилась, но, поразмыслив о том, откуда здесь мог взяться слезоточивый газ, Чивон снова задрожала всем телом. Мама всегда носила при себе для самозащиты пистолет со слезоточивым газом. Если она им воспользовалась здесь, значит, действительно что-то произошло.

– Учитывая, что микрочастицы до сих пор присутствуют в воздухе, она была здесь не так давно, – произнес отец, посмотрев в лицо Чивон, сидящей на корточках. – Скорей всего, тут что-то произошло. Нам надо поспешить.

– Поспешить?

– У меня есть подозрение, кто это мог быть.

– Кто же?

– Родители На Сонгён.

– Они обо всем узнали?

– Кажется, что так.

Чивон кивнула. В памяти тут же всплыли лица этих людей. Она их постоянно подозревала. Чивон уже давно предполагала, что именно они стояли за организацией слежки за ней и комментариями под видео.

С тех пор как Чиун избежал наказания и был надежно упрятан от глаз окружающих, она, даже не видя и не зная родителей погибшей девочки, жила под постоянным психологическим давлением. Они вторглись в ее обычную жизнь и заставили чувствовать себя беспомощной. Чивон понимала, что им не суждено жить, как всем остальным, самой обычной жизнью. Ей приходилось существовать с рухнувшими внутренними устоями, с немым укором внутри.

Получается, родители девочки продолжали тайно выстраивать свой план мести, на который их семья не смогла своевременно отреагировать. Тем более что они не могли ничего требовать с них. Им оставалось лишь терпеть, ведь именно их семья виновата в случившемся, а родители На Сонгён – жертвы обстоятельств.

– Я знаю, где они живут. Поехали туда.

Слова отца тяжело отдались внутри Чивон. Раз родители девочки знают всю правду, то придется с ними встретиться лицом к лицу. Она больше не хотела терпеть и жить в страхе, как последние шесть лет.

– Поехали прямо сейчас.

Отец первым вышел из сарая. Чивон последовала за ним и тихо прикрыла дверь. Через щель все еще виднелся старый шкаф. С трудом сдержавшись, чтобы не проверить, что там внутри, Чивон решила сбросить с себя остатки сомнений и поспешить за отцом, который быстрыми шагами, уверенно направлялся прочь.

Глава 3

Черная машина отца неслась по главному шоссе, разрезая на части густую темноту. Они направлялись в горный коттедж недалеко от Хаана. Отец признался, что уже несколько раз наведывался туда, поэтому ехал уверенно без навигатора.

– Когда ты их отыскал? – внезапно спросила Чивон, не отрывая глаз от пустынной дороги, освещаемой фарами. – Я как-то слышала от мамы, что ты занялся их поисками, но не знала, что они увенчались успехом. Когда ты все-таки узнал?

– Недавно.

– А почему в семейном чате ничего не написал?

– Собирался рассказать, но не успел.

Отец признался, что обнаружил родителей На Сонгён и что уже полгода следил за ними, пытаясь понять, чем они занимаются. Последний раз он наблюдал за ними в прошлом месяце, но никаких странных и подозрительных действий с их стороны не заметил, поэтому и не сообщил об этом в чате.

Чивон вспомнила лица родителей девочки: она видела их по телевизору несколько лет назад. В той передаче они изливали свой гнев на Чи Вонхака, убившего их дочь. Не стесняясь и не подбирая выражений, они проклинали его, так и не признавшего свою вину, а в конце камера остановилась на их лицах, еле сдерживающих слезы. Через год после той передачи она услышала от мамы, что родители девочки пропали. Когда Чивон впервые это услышала, она никак не могла понять, что значит «пропали». У нее было плохое предчувствие, поэтому она переспросила маму, которая ответила, что именно это и значит: без каких-либо объяснений родители девочки внезапно исчезли из города, и теперь неизвестно, где они и чем занимаются.

– А тебе как кажется, что с ними?

– Что?

– Ну с ними все в порядке?

– Такое разве может быть?

Последняя фраза отца была сказана таким ледяным тоном, что Чивон замолчала. Ладони вспотели, и она вытерла их об штаны. В этот момент завибрировал смартфон в кармане – пришло сообщение от Сончжэ.

Машина ускорилась, и они быстро стали догонять мерцающие вдалеке огоньки. Чивон, не отрывая глаз, смотрела вперед, а в руках она держала камеру, снимающую их поездку.

– Ты ее не выключаешь?

– Да, сейчас тоже идет съемка. Без звука, я уже говорила.

– Значит, видео сначала получает твой парень, а затем выкладывает на «Ютьюб»?

– Угу.

– Он сейчас у тебя дома в Сосане?

– Да.