Читаем Знак судьбы полностью

Малина была разных сортов и от этого, ягоды были разного размера, цвета и вкуса: то кисловато – сладкие, то приторные, до противного; то не очень сладкие.

Саня с превеликим удовольствием клал в рот то по одной ягодке, то по несколько сразу, то набирал в ладонь и горстью отправлял в рот, с наслаждением пережевывая.

Скоро по рукам стал течь малиновый сок, но Саня не прекращал занятия.

Он облизывал липкие, сладкие, красные ручейки и продолжал лакомиться с неугасающим энтузиазмом.

Увлёкшись, Саня никак не мог оторваться. Да ему и не очень хотелось.

– Привет Клим, – раздался голос из – за штакетника, – ты, когда приехал?

– Привет Лёха, – обернувшись на голос, ответил Саня, – сегодня ночью.

– Вот, здорово, – весело выпалил Лёха, – будем вместе гулять.

Лёшка, по прозвищу Лёха, был местным, соседским пареньком на год младше Сани.

Всегда, когда Саня приезжал в деревню, они играли в различные игры, лазили по кустам и деревьям, бегали на пруд, помогали взрослым по хозяйству.

Вот и сегодня, Лёха вёз по деревенской улице небольшую тележку, но увидев приехавшего Саню, подошел к штакетнику, и очень обрадовался встречи, он тоже любил играть с Саней.

– Хочешь малины, – предложил Саня, – иди сюда.

– Не а, – ответил Лёха, – она мне дома надоела.

– Куда ты собрался?

– Я иду косить траву для кролей.

– Вот здорово! А их у Вас много?

– Много! Айда со мной.

– Айда, – согласился Саня.

Саня перемахнул через штакетник, приятели вышли на улицу и зашагали по дороге, везя тележку для скошенной травы. Дорога шла через край села и уходила в поле.

Но вот они набрели на лужайку не скошенного пырея, овсюга, метлика, вперемешку с другими луговыми злаками.

Лёха стал косить плавно и аккуратно, не оставляя ни одной былинки нескошенной травы. Трава ложилась ровными рядами, как будто бы стремилась побыстрее попасть на стол кроликам.

Саня смотрел на работу друга с неподдельным интересом.

Лёха косил с таким самозабвением и с таким азартом, что Сане захотелось покосить немного.

– Дай мне попробовать, – попросил он.

– Возьми, – ответил Лёха и протянул косу.

Саня с наслаждением принялся косить траву, но так аккуратно и красиво у него не получалось.

Его учил косить дед ещё несколько лет назад, но от редкого занятия этим делом, коса то врезалась в землю, то лишь приминала траву, не срезая её.

С грехом пополам удалось всё же закончить работу.

– Всему нужна сноровка, старанье и тренировка, – философски заметил Лёха.

– Это точно! – устало проговорил Саня, стирая выступивший пот со лба.

Ребята быстро нагрузили тележку свежескошенной травой и отправились в обратный путь.

Вернувшись домой, Лёха пошёл раздавать корм кроликам, а Саня отправился на дедову пасеку.

На пасеке стояло всего три улья и «пасекой» это место можно было назвать лишь условно, но Саня любил бывать здесь.

Ему нравилось смотреть как пчелы, груженные нектаром и пыльцой, как тяжелые бомбардировщики, с глухим жужжанием, устало опускались на леток улья. Сразу видно, что пролетели большое расстояние и, получив взяток с множества цветов, теперь несли домой, в улей.

Около летка останавливались и, толкая друг друга, по очереди проползали внутрь улья. Но вот к летку подлетел трутень и попытался проникнуть внутрь. Тут же несколько сторожевых пчёл взяли его за лапки и крылья, и выдворили восвояси.

Трутень сопротивлялся, карабкался назад, но сторожевые пчёлы не давали ему дороги, и успокоились лишь тогда, когда он улетел прочь.

Саня даже удивился: как ладно, и чётко у них всё это получалось.

Ещё Сане нравилось смотреть, как дед открывает крышку улья и достаёт оттуда рамки с сотами полностью забитыми мёдом.

Обычно соты пчёлами запечатаны воском, тогда дед берёт нож и срезает воск, а из сот начинает сочиться густой, янтарный, пахучий мёд.

Вот и сейчас, дед был занят пчелами.

Он надел на голову специальную шляпу с сеткой, окурил дымом один из ульев и открыл крышку, вынимая поочерёдно рамки одну за другой.

Пчёлы зло жужжали, выражая недовольство тем, что потревожили. Некоторые пытались ужалить деда в лицо, но сетка не давала сделать это.

В одном из ульев пчёлы вывели молодую матку, а старая, ещё хорошо работала, вот дед и пытался удалить одну из них.

Дед не хотел, образования нового роя, который мог бы улететь куда-нибудь за молодой маткой, а потом ищи, свищи, да лови по всей округе. Но вот дед, изловчился, поймал одну из пчёл, которая была крупнее всех остальных, и удалил из улья.

Закончив с этим занятием, дед достал рамку с сотами полными мёдом и отдал Сане. Саня сбегал в дом, взял тарелку и нарезал соты с мёдом небольшими кусками, складывая на тарелку. Затем, вынес всё это на улицу и устроился около ульев.

– Шёл бы ты в дом, – озабоченно проговорил дед, – а то ведь, не ровён час, ужалит какая пчёлка.

– Не боись, дешк, – ответил Саня, – мы с ними друзья.

– Друзья то друзья, но смотри, что б потом не пожалеть, – проворчал дед и продолжил заниматься своим делом.

Саня больше не стал слушать деда, а с огромным наслаждением начал жевать соты со свежим, желтовато – янтарным мёдом.

Мёд стекал по губам тонкой, липкой струйкой к подбородку.